Цитаты из книг автора «Александра Лисина»

А поскольку подобные вещи даже в среде магов считались плохим предзнаменованием, Айра не стала ничего говорить. Очень уж ей не хотелось, чтобы господин Териас решил, будто она сумасшедшая. – О, не переживай обо всяких глупостях, милочка, – снова прозвучал в ее голове голос. На этот раз женский, низкий и хрипловатый. Он шел откуда-то издалека, словно девушка случайно подслушала чужой разговор. Но в то же время казался настолько реальным, будто неизвестная дама стояла на расстоянии вытянутой руки. – Гадать о том, что подумают о тебе люди, – последнее дело. Поверь, моя дорогая, они интересуются исключительно собой. Так что делай то, что считаешь нужным, и забудь, что скажут дураки. Не зря же Всевышний привел тебя именно сюда и именно сегодня?

осень созревали изумительно вкусные яблоки. Айра остановилась перед приветливо распустившей ветви Иголочкой

огда видишь, к чему стремиться, то волей-неволей ищешь пути решения, стараешься, размышляешь.

Кусяись. – Кусались, значит, – неодобрительно покачал головой я. – Понятно, что не в салочки играли. А ты, значит, защищалась?

– Ну да. Только вглубь болота не совалась, потому что там мокро. То-то при виде нас целых два упыря задали стрекача так, что я даже не успел их рассмотреть!

Зубища вела себя примерно, хотя было видно, с каким трудом она сдерживается, чтобы не заплясать от восторга.

И вообще… Модша, привет. Сегодня утром услышал, что тебя, оказывается, убили, и очень этому огорчился.

Съесть записку старик бы не посмел – знает, что я его за такое сам сожру, в буквальном смысле слова с потрохами. Спрятать ее ему было негде, да и некогда – время поджимало. Так что ежели его хорошенько обыскать… – Отстань, извращенец! – сдавленно простонал Нич и вяло дрыгнул лапами, заставив меня удивленно вскинуть брови. Надо же, какой живучий. – Не трогай крылья! Щекотно ведь! Пусти, гад! – Терпи, – наставительно заметил я, бесцеремонно обыскивая трепыхающуюся жертву. – Я пять лет терпел, ни разу не поддавшись искушению воспользоваться твоей беспомощностью. А теперь пришло время твоей расплаты за годы ничем не замутненного счастья. – Что?! – от возмущения Нич аж завибрировал и снова попытался меня укусить. – Какое, к демонам, счастье?! Да ты ж надо мной пять лет измывался как не знаю кто! – Это были воспитательные меры, – невозмутимо ответил я, звонким щелчком заставляя его закрыть гневно распахнувшуюся пасть.

– Это была звуковая материализация сложного мыслительного процесса, находившаяся в прямой зависимости от его интенсивности. – Неужели? – ядовито переспросил мастер фон Берден. – Тогда, судя по интенсивности звука, вы у нас просто гигант мысли! Я застенчиво улыбнулся: – Спасибо.

Вот-вот. А тараканьи по вкусу очень похожи! – Сам пробовал? – поинтересовался я, уважительно покосившись на возмущенно раздувшегося таракана. – Нет! – рявкнул тот. –