Глава 2, в которой Тасе оказывают знаки внимания

Тася Данилова

Мне почему-то до самого конца не верилось, что он вот так просто меня отпустит. Без контроля, без клятв и обещаний. Словно то, что я нечисть хвостатая, ничего не изменило.

Эол просто сказал, что ровно в одиннадцать утра ждет меня у главного зала совещаний. И, выставив меня за дверь, наверняка отправился собираться на ту самую встречу с попечителями академии, о которой говорил раньше.

Я же со всех ног рванула к себе в общежитие.

Так как первая пара уже началась, парк был пуст и мне никто не встретился.

В комнате тоже было пусто, видимо, бармосур где-то гулял. А жаль, мне так хотелось хоть с кем-то поделиться произошедшим!

Как-то так сложилось, что котобелк Сурик стал единственным существом в этом мире, с кем я могла поговорить начистоту.

Нет, конечно, есть еще библиотекарша Саечка, но с ней было весело потрепаться о всякой интересной ерунде или обсудить книжки. Оно, конечно, тоже нужно и важно, все же социальные связи, и даже можно назвать это громким словом «дружба».

Но рассказать про себя правду я в любом случае не могла.

По крайней мере сейчас.

Я прислонилась к двери, пытаясь перевести дух. Сердце колотилось где-то в горле, а в голове стоял оглушительный звон. Знаете это чувство, когда только что избежал смертельной опасности и теперь трясешься от адреналина, смешанного с диким облегчением? Вот это самое.

– Так, Тася, дыши, – приказала я себе вслух и, швырнув сумку на кровать, принялась расхаживать по комнате. – Вдох-выдох. Он не съел тебя. Не заковал в цепи. Не сдал в лаборатории в качестве экспоната «редкая нечисть». Более того, он… накормил тебя.

Вспомнился вкус кофе и этих дурацких профитролей. До сих пор во рту стоял их привкус. Невероятно раздражающий привкус его снисходительного спокойствия.

Эол Девиаль подкармливал филену Тасю. И, судя по всему, не поменял свою стратегию, когда филена обратилась человеком.

Но почему-то если в виде зверька такое меня привлекало, то в своем настоящем виде скорее бесило!

Как все же меняются предпочтения в зависимости от жизненных условий, а? Еще пару месяцев назад, когда я лезла в ректорскую башню с приворотным зельем, желая подлить его «любителю животных», статус домашнего питомца был для меня пределом мечтаний. Он гарантировал еду и безопасность. Потому что мелкая животинка может претендовать только на это.

Но сейчас… сейчас все по-другому. И даже попытки низвести меня на прежний уровень откровенно бесили.

Хотя будем честны, просто я так дорожу своей новообретенной свободой, что в каждом действии вижу попытку ее отобрать.

Тем более что Второй лорд Триумвирата Королевской службы безопасности явно может это сделать.

А по факту ничего не случилось, Тась. Выдыхай. Вроде как мужчинам в целом свойственно желание вкусно накормить женщину.

Я налила себе водички и залпом выпила, сначала один стакан, а после и второй. Немного полегчало, и ко мне даже вернулись сбежавшие было спокойствие и адекватность.

Бросив беглый взгляд на часы, я поняла, что вполне успеваю на завтрак. А потому натянула первое попавшееся платье, надела берет, уже привычно запихнув под него уши, и выскочила из своей комнаты.

Пока работаем!

И разбираемся с проблемами по мере их поступления.

Кстати, эта мысль была крайне своевременной! Стоило мне выбросить из головы Эола и сопряженные с ним сложности, как появились другие. Я зашла в столовую, и первым, кого увидела за преподавательским столом, стал декан нечистеведов Кайшер Эйдан.

Который, едва заметил меня, лучезарно улыбнулся и, поднявшись, отодвинул стул рядом с собой.

– Пусинда, счастлив встретить вас этим утром. Вы вчера так быстро ушли…

К сожалению, за упомянутым столом сидел не только декан нечистеведов. А еще и Сая, у которой, кажется, очки от удивления с носа сползли, вышедший с больничного завхоз Квинтус и еще парочка преподавательниц. Все с очень большим интересом на нас смотрели.

– Присаживайтесь. – Стул развернули чуть удобнее.

Вариантов у меня не имелось. Убегать на другой конец стола к Саечке было бы очень странным действом, потому я шагнула вперед и опустилась на предложенное место, стараясь не смотреть на окружающих.

– Благодарю, – с любезной улыбкой ответила я, усаживаясь так, чтобы между нами оставалось как можно больше свободного пространства.

Эйдан улыбнулся в ответ и… пододвинул ко мне тарелку с идеально очищенным апельсином, разобранным на дольки.

– Вы выглядите немного уставшей, дорогая мисс Касиопис. Возможно, вам не хватает витаминов. Фрукты в нашей столовой, должен сказать, превосходного качества.

Я замерла, ощущая на себе вес взглядов всего стола. Даже звон посуды и гул голосов в зале стих. Квинтус подавился кашей и закашлялся. Одна из преподавательниц – строгая дама с седыми волосами, вроде как читавшая историю магии, – уронила ложку в суп с громким всплеском.

Сая просто сидела с открытым ртом, совершенно забыв поправить очки.

– Э-э-э, нет, спасибо.

– Тогда, быть может, кофе? – не унимался чертов змей.

На столе перед ним стоял изящный кофейник с парой чашек, и он уже наливал ароматный напиток в одну из них, не дожидаясь ответа. Его движения были плавными, уверенными, будто он каждый день ухаживал за мной за завтраком. От этого по моей спине пробежали противные мурашки.

– Это специальный сорт из моего личного меню. Думаю, вам должно понравиться.

Он с легким стуком поставил чашку передо мной. Весь стол замер в немом ожидании, будто наблюдал за представлением в цирке. Даже звон ложек на секунду стих. Я поймала взгляд Саи – ее глаза были круглыми от изумления, а щеки порозовели. Она быстро отвела глаза, уткнувшись в свою тарелку.

– А разве меню не одинаково для всех? – спросила я, чтобы хоть как-то поддержать беседу и, в идеале, на безопасную тему.

Эйдан томно улыбнулся, отломив кусочек булки.

– На восемьдесят пять процентов – да, – чуть подумав, ответил он. – Но у тех, кто давно работает в академии или имеет заслуги перед ней, есть несколько… эксклюзивных, так сказать, позиций. Потому прошу, угощайтесь. Считайте это компенсацией за нашу неудачную экскурсию.

Он произнес это так легко, словно вчерашний кошмар в виварии был всего лишь небольшим недоразумением.

– Вы очень любезны, профессор, – выдавила я. – Но, признаться, после вчерашнего я немного… пересмотрела свой интерес к практическому нечистеведению.

– О, напрасно! – воскликнул он с искренним, казалось, огорчением. – Нельзя отступать после первой же неудачи. Тем более что инцидент исчерпан и виварий снова безопасен. Я мог бы предложить вам куда более… структурированное погружение в предмет. В более подходящей обстановке.

С той стороны стола раздался сдавленный кашель завхоза Квинтуса. Вторая преподавательница – строгая дама в очках – смотрела на нас поверх меню с таким видом, словно Кайшер снял голову вместо шляпы, любезно поздоровался и приставил обратно.

Что он задумал?! Публично скомпрометировать меня? Демонстративно показать не только Эолу, но и всей академии, кто здесь главный претендент? Или он и вправду считает, что один поцелуй дал ему некие права?

Впрочем, будем честны: тот поцелуй был всего лишь средством стереть мне память.

Так, ладно…

– Мой график расписан буквально по минутам. Ректор Девиаль лично… – попыталась я увернуться, делая ударение на слове «ректор».

– Лорд ректор, – мягко, но настойчиво перебил меня Эйдан, – несомненно, ценит инициативных и образованных сотрудников. Уверен, он одобрит ваше стремление к профессиональному росту. Тем более что ваша работа напрямую связана с документооборотом академии, включая и мой факультет. Не так ли? Кстати, советую к кофе эти премилые булочки с корицей.

Мне пододвинули блюдо.

Он произнес это с такой сладкой улыбкой, что мне захотелось швырнуть в него той самой булкой. Это был не вопрос. Это была ловко расставленная ловушка. Отказаться сейчас – значит выставить себя ленивой и нерадивой работницей при всех.

– Я… я постараюсь найти время, – сдалась я, понимая, что дальше сопротивляться – только усугублять ситуацию.

– Как скажете. – Он откинулся на спинку стула с видом человека, довольного итогом беседы. – Но как только найдете – я к вашим услугам.

Вставая из-за стола через несколько минут, он легонько коснулся пальцами моей спины – мимолетное, почти невесомое прикосновение, которое можно было списать на случайность.

– До встречи, мисс Касиопис, – сказал он на прощание самым обычным голосом. Но для меня в этих словах прозвучало обещание. Неприятностей.

Как только Эйдан вышел из столовой, за столом повисла гробовая тишина. А потом Квинтус фыркнул:

– Ну надо же, старый холостяк зашевелился…

А седая преподавательница язвительно процедила:

– И надо же было выбрать объектом ухаживаний именно секретаршу ректора. Кайшер всегда отличался изысканным вкусом к провокациям.

Я не стала ничего отвечать. Я просто сидела и смотрела на дверь, в которую он ушел, с тщетной надеждой, что пол проглотит меня целиком.

И что теперь будет, а?

Я нервно выпила остаток кофе, вкуса которого не ощутила от слова совсем, и от расстройства, открыв меню, натыкала сразу в пять наименований. Да, как говорит Сая, «много есть – это неприлично», но сейчас у меня стресс!

Легкая на помине библиотекарша поднялась со своего места и пересела ко мне.

– Пусинда, что это было? – громким шепотом спросила она.

– А что было? Вежливость, галантность джентльмена… – попыталась «отмыться» от подозрений я.

– Не смеши, – фыркнула Саечка, и цапнула рекомендованную профессором булочку с корицей. – Как ты знаешь, я большой знаток приличий, спасибо бабушке. Так вот, даже в ее парадигме Эйдан всегда вел себя безупречно. А тут, поверь, надо быть маразматичным ретроградом, чтобы не вызвать нареканий у миссис Мирандис. То, что было сейчас, не просто вежливость. Это – самое настоящее ухаживание!

К счастью, завхоз Квинтус и остальные преподаватели уже разошлись, студентов тоже в столовой не осталось: началась первая пара. Потому Сая Мирандис имела огромный простор для удовлетворения своего любопытства. Удовлетворять которое, я, разумеется, не желала.

– Ты не права.

Черт побери, я ведь была уверена, что такой хладнокровный (как выяснилось, даже в прямом смысле) мужчина, как Эйдан, сначала инициирует откровенную беседу, а уже потом станет как-либо проявлять свои намерения публично!

В этот момент на столе появилась тарелка с кашей, и я чистосердечно посвятила всю себя ей, а Саечка вздохнула.

– Ну ла-а-адно, – медленно протянула она. Но, судя по прищуру глаз за очками, не поверила и планировала продолжить допрос в другой раз.

А потому я мстительно спросила:

– А где ты была вчера вечером?

Ведь действительно, где, а?!