Мести я хочу! Всем и сразу!
Братцам лисам, чересчур самоуверенному духу, и, если кому еще за компанию прилетит – не расстроюсь! Вампиру, к примеру. Да, он еще ничего мне не сделал, но я его заранее недолюбливаю.
И какая-та наглая дохлая тварь будет пытаться сожрать то, что он сам еще толком так и не попробовал?! А не охренели ли вы, господа привидения? И не пойти ли вам… куда подальше?
А я его опять не слушала. Я с хихиканьем тыкала пальцем в особо крупные пузыри и восторженно ойкала, когда они лопались. Правда тыкала почему-то средним пальцем… А почему?
Я ощутила, как меня подхватили на руки и куда-то понесли. Обрывочное воспоминание о щекотке по коже, которая появляется при телепортационном перемещении… А еще я лишь сейчас поняла, как мне было холодно. Тело медленно обретало чувствительность, и это оборачивалось для меня болью и ознобом. Зубы стучали, Алинро матерился… Почти идиллия!
Я повернулась к своему сопровождающему и решительно заявила:
– Знаете ли, к таким ужасам я не готова!
Он обжег меня злым черным взглядом, отодвинул в сторону и решительно прошел в комнату с возгласом:
– Шаррион, твою же мать!
– Знаешь, я конечно никогда раньше не признавался женщине в любви, но чисто теоретически, она не должна в это время рыдать, – с улыбкой проговорил Шэр, вытирая соленые капли с моих щек.
Утром, вопреки ожиданиям и народным мудростям просветление меня не настигло.
Впрочем, действительно, если оно не явилось за все годы моей жизни, то почему должно было приплестись сейчас?