Они очутились в каком-то каземате. Вадим стоял на коленях, держа неподвижное тело Штоль на руках. Девушка выглядела… краше в гроб кладут. Но она была жива, Вадим видел, как судорожно вздымается её грудь. «Надо бы уложить её хоть куда-нибудь» – подумал он. В этот момент в стене каземата распахнулись двухстворчатые стальные двери, поначалу даже не замеченные Черниковым. В помещение ввалилась целая толпа. Трое из прибывших тащили за собой каталку, на которую они сразу же принялись укладывать бесчувственную Штоль. Нацепив какие-то датчики на голову и запястья девушки, эти «медбратья» тщательно укутали её блестящим покрывалом. Вадим, протянул руку, он хотел дотронуться до Штоль, но какой-то мужчина в сером мундире и с непонятным оружием на ремне преградил ему путь.
Каталку укатили. Вадим остался в каземате один на один с… вне всякого сомнения, это были соплеменники Штоль. Об этом говорил их рост и характерная внешность. Одеты все были то ли в военную, то ли в полицейскую форму. В этом Черников нисколько не сомневался. Мундир во все времена остаётся мундиром.
Вперёд выступила женщина. Выглядела она гораздо старше Штоль и была не такой симпатичной. По крайней мере, на первый взгляд.
– Вас можно считать Кандидатом? – спросила женщина, и голос её показался Вадиму слишком резким, неприятным.
«Господи, – подумал Черников, – кто ж тебя русскому учил?»
– Вы меня понимаете? – женщина немного наклонилась и посветила в лицо Вадиму каким-то фонариком.
«Нормальненько они своего спасителя встречают!»
– Да, да, я вас понимаю. Уберите свет, на хрен, я и так ничего не вижу! – громко сказал Вадим, закрывая лицо рукой.
Женщина выключила фонарь.
– Я повторяю вопрос, – нет, тётке конкретно не повезло с вокальными данными, – вас можно считать Кандидатом?
– Я не знаю, можно меня считать Кандидатом или нельзя, – в интонациях Черникова прорезалась толика раздражения, – но Штоль доставила меня сюда для того, чтобы я помог вам избежать прихода песца.
Женщина удивлённо посмотрела на Вадима.
О проекте
О подписке
Другие проекты