Встреча со Спасителем

На следующее утро, еще при свете звезд, паломники построили животных цепочкой в одну колону на манер караванщиков и двинулись в путь. Утлак недобрым взглядом косился на яркий Голубой Глаз Дракона и ему чудилось, что и правда тот стал ярче и вроде как приблизился и зло на него смотрит.

По пути в столицу они два раза останавливались во встреченных оазисах, но долго не задерживались. Поили до отвала животных и сами перекусывали сыром. Шли сутки почти без остановок и утром следующего дня в свете зари увидели неказистые глинобитные строения своей провинциальной столицы. В Великой Пустыне почти никогда не было войн, поэтому никаких крепостных стен и ворот. Въехали на одну из улиц и двинулись в сторону Малого Восточного Храма Спасителя.

На улицах и площадях города было непривычно многочисленно. Никогда еще столько людей в одном месте Утлак не видел. Ревели привязанные к стволам деревьев друмы, на улицах и площадях всюду виднелись палатки, люди стояли в группах или куда-то спешили.

– Неужели это всё паломники? – удивленно задавал себе вопрос Утлак.

Вскоре выяснилось, что ближе к храму они подъехать не смогут, так как дальше улицы были уже плотно забиты палатками и кибитками. Пришлось спешиваться и искать место, где можно пристроить животных и устроиться самим. Покончив с хозяйственными делами, двинулись пешим порядком в сторону малого храма. Туда же двигалась и основная масса людей.

Шли недолго и вскоре уперлись в конец огромной очереди. В этой очереди были и такие, которые уже были в храме и стояли по второму или третьему разу. Они и объяснили, что в храм запускается очередная порция паломников и когда он полностью заполнится – выходит Спаситель, который излагает свою проповедь очередным слушателям. Так повторяется изо дня в день уже целую четверть лунного цикла. Спаситель иногда отвечает на вопросы паломников, но в общем уже ничего нового не говорит.

Утлак вместе со своими товарищами простоял в очереди почти до самого вечера. Каких только невероятных слухов они не наслушались. Везде продолжались споры на ту же тему кем является этот странный проповедник. Но даже самые отъявленные скептики продолжали стоять в очереди. Видно, они всё же надеялись, что их убеждение будет опровергнуто.

Когда Утлак попал внутрь храма, он убедился, что малый храм не такой уж и малый. Поместилось очень много людей между колонами величественного сооружения. И когда люди заполнили все ниши и закоулки и почти стихли, позади амвона открылась дверца и на возвышенное место поднялся высокий и крупный человек.

Утлака поразил его необычный облик. Особенно голубые глаза, которые горели как две маленькие злополучные звезды. Кожа иноземца действительно была светло розовой, а одежда и обувь очень странной и непривычной. Нижняя половина тела была облачена в голубую ткань, причем каждая нога в свою часть этой ткани. Эти две части сходились на тазу незнакомца и плотно прилегали к телу. Причем ткань явно была не новой, местами особенно на коленях протерта до белизны. На ступни были одеты очень странные белые с голубым ботинки и зашнурованы белой тонкой веревкой. Верхняя половина была облачена в обрезанный до пояса халат и этот халат был покрыт ярким квадратным рисунком. Никогда Утлак не встречал такого странного одеяния.

Несмотря на необычный облик проповедника у паломника появилось ощущение, что он не совсем здоров. Как-то неуверенно стоит на ногах, держится рукой в области груди и морщится как-бы от боли.

Проповедник поздоровался с паломниками как принято среди людей в Великой Пустыне и уже собрался начинать свою проповедь, как раздался выкрик:

– Дождь! Яви нам дождь!

Иноземец посмотрел в сторону кричавшего и заговорил:

– Да, я обещал вам явить дождь. И я сдержу свое обещание. Завтра утром начнется очень продолжительный дождь такой силы, какой в ваших краях больше трехсот циклов Красного Светила не было. Он будет лить двое суток.

– Мы хотим сейчас! – раздался крик рядом с Утлаком.

Паломник увидел, что это кричит Баальбек:

– Яви нам дождь сегодня! Развей наши сомнения в тебе!

Толпа начала гудеть и непонятно было чем они недовольны. То-ли осуждают нарушающих дисциплину паломников, то-ли поддерживают.

Спаситель поднял руку вверх, призывая к тишине и когда звуки затихли попытался продолжить свою речь:

– Создатель обещал полить водой Великую Пустыню завтра утром. Такого дождя у вас не было много сотен циклов. Завтра утром я покину вас и вернусь к своему и вашему богу. Поэтому эта проповедь моя последняя и я советую выслушать ее внимательно…

Проповедник не смог продолжить свою речь. Он внезапно схватился за грудь и начал утробно кашлять, разбрызгивая на пол амвона сгустки почти черной крови. Затем он упал на колени и кровь пошла горлом. На коленях он недолго простоял и упал набок сотрясаемый кашлем, который скоро затих, но раздавалось тяжелое дыхание в абсолютной тишине.

Никто не бросился ему помогать. Все стояли и изумленно смотрели как мучается и умирает этот странный человек. И вдруг раздался крик:

– Спаситель болен! Спаситель не может болеть! Боги не болеют, это самозванец!

Толпа опять загудела, раздавались новые выкрики, но их уже невозможно было разобрать в громком шуме. Возле одной из дверей началось движение. Сквозь толпу к амвону пробралось несколько вооруженных копьями людей в черных кожаных латах. Они грубо схватили проповедника за ноги и руки и поволокли его на выход.

– Это стражники Западного Храма, – пояснил сосед Утлака, стараясь перекричать невообразимый шум, – Они повели его в свой храм на суд.

Выбравшись наружу на свежий воздух, Утлак увидел ту же толпу из паломников и местных жителей, которые собирались группами и громко обсуждали происшедшие события. Рядом в такой группе кричал худой высокий старик:

– Я знаю этого проходимца! Он пришёл в наше селение пару лет назад из-за Драконьих Гор. Просил милостыню и воровал яйца домашних птиц. Мы его прогнали, а он видишь куда добрался!

С трудом протиснувшись сквозь толпу к своему лагерю, Утлак обнаружил почти всех потерявшихся сотоварищей по путешествию. Они тоже бурно обсуждали происшествие в храме. Некоторые из них сообщили, что собираются домой, но Баалбек заявил, что останется и будет смотреть казнь. Казнь – это последняя проверка для лже спасителя. Если он все-же Спаситель, то создатель не позволит произвести расправу над своим сыном. Многие с ним согласились и передумали уезжать.

Утлак тоже решил остаться, хотя не любил смотреть жестокие публичные казни. Ему было невыносимо жалко осужденных. Какие-бы преступления человек не совершил, он не заслуживал таких мучений перед смертью. Казнь должна была состоятся на следующее утро. В исходном решении суда уже никто не сомневался.

Демонстрация "Эволюции"

– Ну, давай, показывай! – раздался голос Бориса над ухом Сергея. – Говорил, что за неделю успеешь, а уже вторая неделя началась.

– Так основной алгоритм я еще в первый рабочий день сделал, – начал оправдываться Сергей. – Пришлось с графикой и управлением повозится. Графическая библиотека, которую сделали смежники, абсолютно сырая. Глюк на глюке. Я её почти полностью переписал, теперь можно виртуальными пейзажами любоваться.

– Так у тебя мир двумерный, зачем 3D?

– Это я задел на будущее сделал, хочу после сдачи эволюции один интересный эксперимент замутить. Я уже начал над этим работать.

– Подожди, Сергей, со своими экспериментами, – недовольно дернулся Борис. – Давай свою новую "Эволюцию" показывай. Я должен убедиться, что мы не зря в столовой бутерброды едим и дальше будем есть с чистой совестью.

К компании старых коллег и друзей пристроился Родион и тихонько, вытаращив глаза, наблюдал за демонстрацией.

– Ну вот, смотри, – начал показывать программист. – Чистый экран. Теперь я подвожу курсор к любому месту и нажимаю F2. В это место попадает зародыш растения. Это – основа пищевой цепочки, энергетическая база экосистемы.

На месте курсора появилась зелёная точка и начала в темпе обрастать такими же. Появился узорчатый орнамент из зелени, который стремительно заполнял свободное пространство. Алгоритм разрастания растений был не такой простой. При больших скоплениях в одном месте они отмирали и стремились размножиться на свободных местах. Поэтому на экране все мерцало и изменялось, как в калейдоскопе. Растения с каждым квантом времени становились темнее, это они накапливали энергию и могли стать совсем тёмно зелеными, а новые, только появившиеся, начинали свою жизнь со светло зеленного состояния.

– Это что, и вся "Эволюция"? – разочарованно спросил Родион.

– Да подожди ты, – парировал Сергей. – Это только кормовая база. Сейчас мы первую корову туда подсадим.

Сергей подвел курсор к середине экрана и нажал на F3. На экране появилась небольшая светло синяя окружность. Она, пульсируя двинулась к ближайшему скоплению травы, и принялась уничтожать растительность.

– Смотрите, она сейчас нажрется и захочет размножиться.

И правда, синяя клякса постепенно темнела по мере уничтожения растительности и когда приобрела темно синий цвет раздвоилась на две светло синие половинки.

– Процесс пошел! – радостно констатировал Борис.

Вскоре весь экран в геометрической прогрессии начали заполнять синие организмы. Некоторые были уже не совсем синие, одни приобретали зеленый оттенок, а другие фиолетовый. Так же изменчивость проявилась и в размерах кружков. Появились совсем маленькие, они двигались гораздо быстрее своих крупных собратьев и быстрее успевали к скоплениям зелени. Наиболее крупные двигались медленно, но могли съесть за один присест больше растительности.

– А что означает постепенное изменение цвета? – спросил Борис. – В твоей старой программе было только два цвета, красные – хищники, а синие – травоядные.

– Сейчас цвет означает в какой степени они хищники или травоядные. Каждое животное в какой-то степени и то и другое, кроме красного и фиолетового цвета. Это крайние степени этого свойства.

А на экране действие продолжалось. Вскоре трава почти исчезла и скопления клякс начали бледнеть от недостатка корма. Случилось первое массовое вымирание. Кляксы бледнели и исчезали, а наиболее зеленые желтые и даже оранжевые принялись охотится на своих мелких собратьев. Начали появляться даже редкие красные, которые не стеснялись нападать даже на особо крупных особей. Междоусобица виртуальных организмов тоже изрядно уменьшила численность населения экрана монитора.

Массовое вымирание сменилось на новое возрождение жизни. Остатки травы снова пошли в рост, занимая свободное пространство. Оставшиеся травоядные, усилено питаясь, тоже стали усиленно размножаться, а за ними стали подтягиваться и хищники. На лицо наблюдалось явление под названием "Популяционные волны или волны жизни"14^[1]

Троица зачарованно следила за пестрым калейдоскопом компьютерной модели. Наконец, долгое молчание нарушил Борис.

– На экране это что и весь виртуальный мир?

– Нет. Это только небольшой участок сферы. Но в других местах происходит примерно тоже самое. Мы смотрим на эту сферу как-бы с орбиты. Вот этими клавишами можно приближать или удалять изображение, а этими двигать влево, вправо или вверх и низ.

– Понятно, – сказал Борис и побежал к своему столу. Схватил телефон и принялся докладывать о программе начальству. Вернувшись, сообщил, что на завтра назначен совет директоров и он будет докладывать о проделанной работе. Их возьмет с собой на случай, если возникнут сложные технические вопросы.

Вечер за пивом, прошел уже в не такой радужной обстановке. Настроение испортили новости из телевизора. Российские войска перешли украинскую границу. По всем каналам показывали колонны бронетехники, двигающиеся в направлении Киева и других крупных городов. Эти города подверглись бомбардировке и массированному обстрелу ракетами. Дикторы каналов взахлеб вещали о начале третьей мировой войны и то, что Запад не останется в стороне и поддержит Украину. Поискали российские каналы, нашли один, Ток шоу. Какие-то типы с перекошенными от злости и ненависти лицами вещали о бандеровцах, наркоманах в украинском правительстве и фашистах в батальоне Азов.

Борис плюнул, грубо выругался, выключил телевизор и повел компанию на балкон пить пиво. Пиво лезло плохо, а Родион подал голос.

– Мужики! А знаете, я как-то ехал через Украину на легковушке с товарищем. Ехали в Будапешт. Остановились во Львове поесть. Когда в кафе по-русски сделали заказ, нас там очень грубо обслужили.

– И что? Теперь их всех убить за это надо? – на повышенных тонах вступил в разговор Сергей. – За что им тебя любить? Это ведь мы у них Крым и еще две области отжали под шумок.

Ладно мужики, хватит о политике, – примирительно начал тушить пожар Борис.