– Да, гостям. Только матери своей снова не попадись.

В дверь постучались. Вера улыбнулась и кивнула в сторону кружек, стоящих на столе.

Катрин стояла на месте как вкопанная, не решаясь пошевелиться. Все это было так внезапно, она не была готова к каким‑то действиям и уж тем более – к общению с незнакомыми людьми. В дверь снова постучали, но на этот раз более нервно, отчего у Катрин пробежал холодок по спине. Вера уже исчезла где‑то внутри огромной квартиры, оставив свою новоиспеченную помощницу в полном одиночестве. Когда постучали в третий раз, Катрин тут же опомнилась и, забыв про воду, побежала открывать дверь.

На пороге стояли мужчина и женщина, обоим было лет по сорок. Мужчина смотрел куда‑то в пол, а женщина удивленно уставилась на Катрин, словно та была неприятной неожиданностью. Мысли женщины подтвердили догадки девочки: «Это еще что за шлюшка малолетняя?»

Лицо Катрин залилось краской, ей захотелось прямо с порога съездить неприятной даме по физиономии, но девочка сдержалась. Наконец женщина не выдержала и раздраженно спросила:

– А Вероника принимает сегодня?

– Да, конечно, проходите, – скорчив кривую любезную улыбку, произнесла Катрин.

Мужчина и женщина зашли, и девочка закрыла за ними дверь. Вид у пары был напряженный, кажется, по пути сюда они неплохо прополоскали друг другу мозги и теперь не разговаривали.

– Здравствуйте, – гостеприимно поприветствовала незнакомцев Вера, внезапно появившаяся в коридоре. – Катрин, проводи, пожалуйста, наших гостей в кабинет и принеси им воды.

Последние слова Вера проскрежетала сквозь зубы и указала своей помощнице на приоткрытую дверь, находившуюся напротив главной комнаты. Катрин растерянно кивнула и предложила гостям пройти в комнату, в которой сама ни разу не была.

Кабинет выглядел вполне обычно. Два мягких дивана, стоящие друг напротив друга, письменный стол, стеллаж, уставленный книгами и ими же пахнущий, и фикус. Чисто, уютно, а главное, вполне подходит под реальные размеры квартиры.

Пара зашла в кабинет.

«Женатики, – отметила для себя Катрин, взглянув на одинаковые золотые кольца на безымянных пальцах гостей. – Она что – семейный психолог?» – думала Катрин, пока приносила гостям воду.

Когда Вера вошла в кабинет и попросила девочку удалиться, Катрин напрочь забыла обо всем. Она вернулась в зал и, усевшись в велюровое кресло перед камином, задремала.

Через полчаса ее разбудила Вера и попросила принести гостям еще воды. В тарелке было пусто, и Катрин налила из стоящего на столе кувшина, а затем пошла в сторону кабинета. Вера и неприятная женщина что‑то тихо обсуждали в коридоре. Катрин остановилась возле них.

– Отнеси это Антону, а мы сейчас подойдем.

«Я вам что, официант?» – подумала Катрин и, открыв дверь ногой, зашла внутрь.

Мужчина сидел на диване, закинув ногу на ногу, и что‑то усердно разглядывал в своем телефоне. Катрин подошла к столику, стоящему между двумя диванами, и тут вдруг до нее стали доноситься его мысли: «Эта еще все со своей водой таскается. Можно подумать, мы как верблюды пьем, я вообще только полстакана выпил».

«В принципе, ничего особенного, – рассуждала Катрин, – муж и жена, как говорится…»

Но тут вдруг мысли мужчины резко изменились и начали развиваться в совершенно неожиданном направлении – ведь он поднял голову и увидел Катрин.

«Ого! А девка‑то ничего! Даже очень ничего – просто бомба!»

Катрин искоса взглянула на внезапно взбудоражившегося клиента и, увидев похотливый огонек в его глазах, решила, что пора уходить, но мужчина вдруг схватил ее за руку:

– Постойте! Не могли бы вы остаться?

– Отпустите! – начала выдергивать руку Катрин.

– Я не хочу вас обидеть, мне просто нужно вас кое о чем попросить.

Он старался быть вежливым, и даже его нелепый внешний вид говорил о том, что вообще‑то он человек воспитанный и сдержанный. Но внешность оказалась обманчива – в голове у мужчины звучало все иначе: «Господи, вот бы залезть ей в вырез».

Мужчина вскочил с дивана, все еще больно сжимая руку Катрин.

– Да отпустите вы меня! – вырывалась девочка.

Мужчину вся эта ситуация только раззадорила. Изловчившись, он схватил Катрин за предплечья, толкнул на диван, где, навалившись всем телом, начал лезть в декольте губами. Тут‑то Катрин и завизжала. Антон не останавливался, бубня что‑то невнятное, он пытался как можно дальше запустить свои руки и язык, но тут в комнату ворвались Вера и жена этого «маньяка».

– Помогите! – плакала перепугавшаяся Катрин.

– Ты что такое делаешь, козлина?! – жена Антона заверещала, как сигнализация.

Кинувшись на мужа, она схватила его за волосы, силой потащив с дивана. Тут уже завыл он. Ошарашенная происходящим, Катрин вскочила и побежала прочь из кабинета. Вера стояла в дверях, и Катрин краем уха зацепила ее «тревожные» причитания:

– Антон, как же так, мы ведь с вами все обсудили, нашли точки соприкосновения, а вы… – эти слова звучали искренно, но сама Вера явно в них не верила.

Отвесив мужу звонких пощечин и оставив несколько кровавых бороздок от ногтей на его лице, женщина заявила, что он может «валить ко всем чертям». Напоследок плюнула ему в лицо и вышла из кабинета, забрав с собой все возможные шансы на реанимацию семейной идиллии.

Потрепанный мужчина сидел на полу еще какое‑то время. Лицо его побледнело, а отсутствующий взгляд выражал полное недоумение. Он фыркал что‑то нечленораздельное и, кажется, плакал. Если бы Катрин увидела его таким, не зная о том, что произошло, она бы подумала, что бедный человек явно попал в беду, его обманули и воспользовались его доверием, а после – уничтожили, растоптали, унизили. И Катрин оказалась бы почти права: ведь весь этот спектакль заказала его жена.