Женщина промолчала. Она была занята преодолением очередной глиняной волны, вытянувшейся наискосок от края и до края дороги. Сесть в здешней глухомани на брюхо ей совсем не улыбалось. Пусть даже не по-настоящему.

За первым гребнем последовал второй, третий, а потом – просто ухабы. Дамира перевела дух и спросила:

– Ты что-то сказал?

– Проехать верхом было бы проще, – усмехнулся воскресший.

Дамира обиделась и представила себе, как струсит существо из прошлого, когда она разгонится на шоссе километров до ста пятидесяти! Такое его точно должно будет напугать – дикаря из подземелья. Она даже улыбнулась, предвкушая, как тот, округлив от ужаса глаза, вцепится в дверную ручку и заскребет пальцами по пластику торпеды, и чуточку прибавила газу… чтобы тут же снова сбросить скорость. «Маверик» начал скакать, а не раскачиваться на ухабах, и его подвеску стоило поберечь.

Километр медленно проползал за километром, время растягивалось упругой резиной – и глава экспедиции вдруг ощутила потребность вовсе не духовную и интеллектуальную, а самую что ни на есть приземленную и физиологическую. Ведь с начала вскрытия могильника миновал уже не один час! И отвлекаться на пустяки времени у нее не было.

А против физиологии, как известно, не помогают даже самые чудесные грезы.

Еще несколько километров Дамира мужественно терпела, не желая покидать столь захватывающего сновидения, но вскоре поняла, что придется смириться. Как всегда – в самый интересный момент.

Она заерзала и попыталась открыть глаза. Однако тело и рассудок не подчинились, продолжая удерживать ее внутри дремоты. Дамира дернулась сильнее, остановилась, вышла из машины, сделала несколько резких движений.

Сон не отпускал.

– Вот проклятье… А-а-а-а!!! – закричала она изо всех сил, пытаясь пробиться в реальность из захвативших разум галлюцинаций, и снова безуспешно.

Дамира поймала на себе насмешливый взгляд мертвеца и, не в силах больше терпеть, отбежала от дороги и присела за густыми зарослями можжевельника, с ужасом представляя, что сейчас случится со спальным мешком и как она при пробуждении будет смотреть в глаза студентам после обрушившегося позора.

Однако ничего не произошло. Она не проснулась, она не ощутила никаких неудобств. Мир вокруг остался прежним: светлым и теплым, наполненным жужжанием шмелей и писком комаров, далекой перекличкой кукушек, запахом смолы и трав. Солнце припекало руки, знойный ветерок шевелил волосы. Мир оставался прежним: ярким, насыщенным, шумным и ароматным.

Реальным…

Начиная осознавать, что это вовсе не сон, Дамира почувствовала, как ее снова охватывает волна смертного ужаса.

Археологиня кинулась бежать, бежать со всех ног, бежать, бежать, бежать, пока сильные руки не подхватили ее и не вскинули ввысь, посадив на кривую ветку широкого разлапистого дуба.

– Куда ты собралась, смертная? – Восставший мертвец отступил, и она уже сама в страхе схватилась за ствол, пытаясь удержаться в неудобном месте.

– Кто ты?! – в отчаянии выкрикнула она. – Откуда ты взялся?!

– Я нуар, смертная, страж богов и твой повелитель, – спокойно повторил тот. – Вы рождаетесь несчитанными массами, а нас, каждого в отдельности, взращивает бог, заботясь о каждой мелочи с мига зачатия и до того мгновения, когда мы берем в руку меч. Поэтому нуары всегда быстрее, сильнее, умнее и выносливее любого из вас. Мы созданы для того, чтобы оберегать и защищать богов! Вы же выращены для простейших работ и никогда не сможете сравниться с нами ни в чем, кроме терпения и послушания. Смирись с этим и повинуйся! Тебе выпала великая честь стать моим проводником в этом странном мире.

– Это бред! Это невозможно! – замотала головой археологиня. – Я сошла с ума!

– Я понял, что твой рассудок не вынес увиденного, когда ты заговорила о том, что проснешься и я исчезну. Я дал тебе время успокоиться и осознать случившееся. Теперь ты начинаешь все понимать.

– Нет! Нет!

– Тогда прыгай.

– Этого не может быть! Это невозможно!

– Прыгай, и ты поймешь, чем отличается сон от реальности.

– Нет!

Не то чтобы Дамира сильно боялась спрыгнуть с двухметровой высоты, однако она все еще не верила в реальность того, что с ней происходит!

– Тогда оставайся сидеть здесь, покуда не высохнешь, словно осенний лист. Как управлять повозкой, я уже понял.

Мужчина развернулся и стал продираться через густой можжевельник.

– Постой! – забеспокоилась «спящая».

Оставаться одной в диком лесу, далеко от жилья ей совсем не улыбалось. Тем более что частые предупреждения местных жителей о непуганых медведях были вовсе не шуточными.

Сон – не сон?

Реальность – или бред?

Во сне прыгать безопасно. И она прыгнула, на миг ощутив невесомость, но почти сразу больно зашибла левую ступню о торчащий камень, потеряв равновесие и кувыркнувшись под можжевельник, и ободрала щеку о низкие игольчатые ветки.

Мужчина оказался рядом. Присел, опустившись на колено, склонил голову над ее лицом:

– Я нуар клана Ари, страж усыпальницы. Ты понимаешь меня, женщина?

– Ты меня убьешь? – спросила она.

– Нет, пока ты честно отвечаешь на мои вопросы.

– Ты меня изнасилуешь?

– Что? – не понял мужчина.

– Ты будешь меня мучить? Что ты собираешься со мной сделать? Зачем я тебе нужна?

– Я понял. Ты переносишь на меня нравы диких смертных. Нет, я не стану использовать тебя для утех! Ты рабыня, а я нуар. Боги запрещают смешивать кровь столь разных рас. Но я разрешу тебе встречаться с другими смертными. Теперь ответь, кто я такой?

– Ты нуар… – покорно прошептала Дамира. – Ты страж усыпальницы.

Прежнее бесшабашное веселье ушло, как пропал куда-то и страх. Внутри нее осталась только усталость. Она уже поняла, что пребывает в реальности, что все это происходит наяву. Но признала это лишь потому, что больше не смогла противостоять своим здравым смыслом происходящему вокруг безумию!

И восставший мертвец, похоже, это понял.

– Вставай! – он взял ее за руку и легко поднял. – Вези меня дальше.

Дамира покорно вернулась за руль, завела мотор и молча покатилась по дороге, переваливаясь с ухабины на ухаб.

Через полчаса джип перескочил бетонный мост и въехал в деревню из десятка темных бревенчатых изб, что стояли в окружении сараев, крытых рубероидом и шифером.

– Это и есть город? – спросил Шеньшун. – Ваше стойбище?

– Нет, это всего лишь небольшая деревня. Подожди, я сейчас вернусь…

Она притормозила возле пластиковой будки с ярко-синим телефоном, сняла трубку и набрала номер 112. Когда ответили, монотонным голосом сказала:

– Я хочу сообщить о совершенном убийстве. Убиты студенты зарегистрированной археологической экспедиции, работающей на реке Акчим, возле лесовозной дорогой за селением Мутиха. Убийца уехал с места преступления на автомобиле «Форд-Маверик» с московскими номерами. Двигается в сторону Соликамска.

– Кто вы? Представьтесь, пожалуйста!

Однако Дамира повесила трубку, вернулась за руль и спокойно поехала дальше.

– Что ты сделала? – спросил Шеньшун.

– Предупредила полицию об убийстве, которое ты совершил, – честно ответила женщина. – Я понимаю, ты не виноват: в тебя стреляли, и ты спасал свою жизнь. Но пусть в этом разбирается суд. Как и с моим кошмаром. Теперь все кончится. И очень скоро.

На берегу реки, на просторном лугу за деревней, ярким букетом рассыпались полтора десятка красных, синих и ярко-зеленых палаток, серых и оранжевых надувных лодок и каркасных байдарок. Люди собирались в путешествие, в сплав по одной из самых красивых рек мира.

Но это была уже какая-то совсем другая, альтернативная, вселенная…

От Мутихи до Красновишерска тоже тянулась грунтовка. Но уже облагороженная, отсыпанная щебнем и песком, и потому здесь можно было двигаться куда быстрее.

Через час джип въехал в город, медленно прокатился по залитым солнцем улицам. Ни одного полицейского среди млеющих от жары местных жителей Дамира не заметила, а специально искать не рискнула. Медленно и уныло она вывернула на прямую, как стрела, соликамскую трассу и вдавила педаль газа.

«Маверик» вздрогнул и, словно почуяв свободу, прыгнул вперед. Через полминуты стрелка легла на отметку «сто шестьдесят».

Шеньшун не запаниковал и за ручки хвататься не стал, однако на безупречном лице супергероя отразилось некоторое удивление. Женщина несколько раз ощутила на себе его внимательный взгляд и слегка улыбнулась: знай наших! В могиле такого не увидишь! Да и среди богов, наверное, тоже.

Просвистев таким образом по почти пустой трассе километров сорок, Дамира наконец-то увидела впереди спрятанную в тень сосен машину ДПС и с облегчением сбросила скорость.

Оба патрульных были с автоматами. Один, чуть выступив вперед, взмахнул полосатой палочкой, и водитель покорно придавила педаль тормоза, подруливая прямо к ним.

– Эти вот штуки у них в руках, они так же опасны, как те, что были в пещере? – насторожился мужчина.

– Намного опаснее! – злорадно ответила Дамира.

– Понятно, – кивнул воскресший, открывая дверцу.

– Документы на машину и права приготовьте, пожалуйста, – опустив жезл, попросил патрульный.

– Смертный, иди в лес! – сказал ему Шеньшун.

Полицейский молча повернулся, пересек дорогу и побрел в тайгу.

– И ты иди в лес, – сказал он второму.

И тот послушался. Но только направился по другую сторону дороги.

Шеньшун забрался обратно в машину.

– Поехали дальше.

Дамира растерянно тронулась в путь, но, проехав пару сотен метров, вжала педаль тормоза и повернулась к нему:

– Что это было?

– Они смертные – я нуар. Смертный не способен противостоять приказу нуара.

– Подожди, подожди, подожди… – схватилась за голову Дамира. – Ты мертвец, ты встал из могилы, и ты хочешь в город. Ты понимаешь мой язык, тебя понимают все вокруг, тебя слушаются полицейские… Что это за бред?! Что за идиотизм? В тебя стреляли медвежьей картечью, но ты все равно жив… Нет, черт с этим! Скажи одно: почему ты меня понимаешь?!

– Ты не должна задавать вопросы, ты должна отвечать на них.

– Хватит талдычить одно и то же, как попка-дурак! – взорвалась она. – Отвечай, когда тебя спрашивают!

– Ты дала мне клятву! И я заставлю тебя ее исполнить! – медленно поднял руку нуар.

– Да? Я что, обещала быть твоим извозчиком? – нервно расхохоталась Дамира. – Не пугай, я сегодня столько натерпелась, что мне уже плевать, даже если ты меня изнасилуешь и повесишь на этом дереве! Давай-давай, руби меня своей фанериной! И я все равно – слышишь! – все равно никогда не стану называть тебя господином, буйвол перекормленный!

– Ты ищешь моего гнева? – опустил руку Шеньшун.

– Гневайся, ископаемое! Или отвечай по-человечески, когда тебя спрашивают, или дальше пойдешь пешком вместе со своими клятвами!

– Вы совсем одичали, смертные, без хозяйской опеки и воспитания.

– Да уж какие есть! И если ты считаешь, что мы чем-то хуже тебя, можешь засунуть свое мнение Тутанхамону в ребра! – женщина выскочила из «Маверика», громко хлопнув дверцей, и зашагала по шоссе в сторону Красновишерска.

Вскоре позади послышалось шлепанье босых ног.

– Я помню, тебя зовут Дамира! – сказал ей в спину Шеньшун. – Твоя воля и храбрость достойны нуара. Я согласен отвечать на твои вопросы, если ты поклянешься помочь мне исполнить мой долг.

– Достал ты со своими клятвами! – обернулась к нему «смертная».

– Твоя клятва есть мое условие, – ответил нуар. – Я расскажу тебе о тайнах моего мира, если ты расскажешь мне о тайнах своего. Ты узнаешь, кто я, зачем живу, почему я первым встал из саркофага, почему ты понимаешь мою речь и чего я хочу добиться.

Археологиня замедлила шаг. Повернулась.

Как ни крути, но она была историком!

Люди, не страдающие жестоким любопытством в отношении минувших веков, обычно выбирают себе другие специальности. И потому, несмотря на все безумие минувших часов, этот огонек любознательности продолжал теплиться у нее внутри.

– Ты действительно пришел из прошлого? Из очень далекого прошлого? Почему же тогда ты жив?

– Была война богов. Иные из них жаждали битв, иные сражаться не хотели. Мой бог предпочел спрятаться от ужасов, дабы восстать, когда опасность минует. Когда усыпальница открылась, я первым получил силу и пробуждение, дабы выйти в мир и узнать, насколько он безопасен для бога. Я должен узнать, кто победил в войне и кто выжил в ней. Я должен узнать, не захотят ли выжившие убить моего бога. Я должен узнать, насколько отравлена земля после великих битв и можно ли на ней жить. Я должен узнать, безопасно ли ему выходить из сна сейчас или лучше подождать еще. Я должен пробудить бога, если мир достоин его пробуждения, или запечатать усыпальницу вновь, если его жизни и власти еще угрожает опасность!

– Это шутка?

– Ты все еще не веришь своим глазам, смертная? Я устал уговаривать тебя принять свою судьбу! Решай быстрее. Ты поможешь мне или мне нужно искать другого раба?

– Ты хочешь сказать, что был погружен в анабиоз? – перевела его речь на более понятные термины Дамира. – И это сделала совсем другая, прежняя цивилизация? Сколько же тебе лет? Когда это случилось?

– Глупый вопрос, смертная. Я же спал! Как мне определить число минувших лет?

– Тогда откуда ты знаешь русский язык?

– Я его не знаю. Но все смертные понимают язык повелителей, они рождаются с этим знанием! Разумеется, сами вы говорить на этом языке не способны, ибо не воспитывались богами. Смертный не способен ослушаться приказа, данного на языке богов! Поэтому право на него принадлежит только богам и высшим слугам. Но мы умеем понимать вас и на ваших наречиях, ибо все они подобны языку изначальному. Прислушайся к моим словам. Ты понимаешь их, как свои родные, но они мало созвучны с привычными твоему слуху.

– Как это «не способен ослушаться»?

– Вот так, – указал в сторону пустой патрульной машины нуар. – А теперь ответь мне, Дамира, способна ли ты помочь мне в исполнении моей миссии или эта ноша непосильна для твоего разума?

– Как раз для моего разума эта задача посильна, – даже немного обиделась ученая. – Я археолог, закончила аспирантуру и знаю исторических фактов поболее, чем свалено в интернете или записано в сказаниях. Если я не смогу найти нужной тебе информации, значит, ее нет вообще.

– И ты клянешься мне помочь?

– Ты – мне, я – тебе. Так будет по-честному.

– Да, – согласно кивнул нуар. – Так ты клянешься помочь мне исполнить миссию?

– О господи, во что я ввязалась! – на миг зажмурила глаза Дамира, все еще в каком-то далеком уголке души надеясь проснуться. Ведь это была самая жуткая авантюра, в которую только она могла влипнуть!

Но всей своей ученой душой младший научный сотрудник Иманова понимала, что если это не розыгрыш, не чья-либо затянувшаяся шутка, то второго такого шанса на славу и карьеру она уже не получит. Шутка ли: расспросить о прошлом человека, реально жившего невесть когда и десятки, если не сотни веков проспавшего в анабиозе! Да просто найти его и предъявить научному сообществу! Тут действительно было ради чего рискнуть…

Она раскрыла глаза и кивнула, невольно сглотнув:

– Да, я согласна. Клянусь!

* * *

В это самое время, наконец-то преодолев длинную полосу препятствий, называемую на карте лесовозной дорогой, на стоянку археологической экспедиции въехал мотоцикл «Урал» с затянутой брезентом коляской. Пригладив коротко стриженную голову, молодой сержант прошел меж тихих пустых палаток, провел ладонью над погасшим очагом, отвернул к пещере, перед которой лежала овальная гранитная плита, заглянул внутрь и тяжко вздохнул:

– Вот блин! Лучше бы он был ложным!

Вытянув шею, полицейский пригляделся к телам, отмахнулся, вернулся к мотоциклу и снял трубку рации:

– Сергеична, это Стасов, как слышишь?

– Слышу! Доехал?

– Да, я на месте. Сигнал подтвердился. Вызывай из области бригаду. Я пока вокруг осмотрюсь. Ну и зверье отгоню, коли на запах крови забредет.