Цитаты из книг автора «Александр Прасол»

После смерти Ёсинобу в семье сменилось ещё три поколения. Сейчас в Токио живёт Токугава Иэхиро, праправнук последнего сёгуна. Продолжая традиционный отсчёт, его называют девятнадцатым главой семейной ветви Токугава, хотя никакого отношения к власти потомок именитой династии, конечно, не имеет. Токугава Иэхиро родился в феврале 1965 года, окончил экономический факультет престижного университета Кэйо и продолжил обучение в США, где получил степень магистра. Сейчас пишет научно-популярные книги по экономике, издаёт переводы с английского языка и выступает с публичными лекциями. Фамилия по-прежнему звучит, семейная линия сёгунов Токугава продолжается.

Двадцать второго июня 1900 года Ёсинобу был присвоен древний придворный титул ) и право заседать в верхней палате парламента. Впрочем, он им ни разу не воспользовался. Также Ёсинобу был возвращён пост главы династии Токугава, который у него отняли тридцать два года назад.

В 1888 году он заинтересовался недавно появившейся фотографией – стал приглашать в усадьбу бывшего служащего , который открыл в городе фотоателье, и брать у него уроки. Сделанные для него снимки дарил друзьям и родственникам, а в 1893 году сам взял в руки камеру и стал регулярно выезжать на фотосессии. Согласно той же хронике, поначалу он делал это по двадцать пять – тридцать раз в год и больше всего любил снимать пейзажи. В этом увлечении достиг полупрофессионального уровня и несколько раз посылал свои снимки в журналы для публикации, но их не приняли. Впоследствии к этим увлечениям добавились езда на велосипеде и работа с холодным фарфором.

Провинция Суруга, в которой жил Ёсинобу, была переименована в Сидзуока, такое же название получил её главный город Сумпу.

Звание и ритуальный меч от императора получил принц Арисугаваномия, а командующим операцией был назначен Сайго Такамори. Девятого февраля императорская армия выступила из Киото и двинулась на восток.

Предлагая императору немедленно и в полном объёме взять на себя управление страной, Ёсинобу понимал, что практически это сделать невозможно. Он был уверен, что император не сможет обойтись без помощи правительства и скорее всего попросит его ещё какое-то время исполнять свои функции. В подписанном им указе ничего не говорилось об отставке с поста сёгуна, – следовательно, Ёсинобу по-прежнему оставался главой правительства, хотя и с неопределёнными полномочиями

И это повлияло на решение Ёсинобу. Четырнадцатого октября он сам отвёз во дворец указ (букв. «возврат власти»), в котором говорилось, что он передаёт власть императорскому дому и настаивает на немедленном её принятии.

В августе того же года император впервые за много лет покинул свой дворец и совершил пышный выезд в храм Касуга в соседней провинции Ямато, где вознёс богам молитву об изгнании иностранцев. Выезд стал эпохальным событием, показав, что монарх может нарушить сразу два ключевых правила из административного кодекса, составленного для него ещё Токугава Иэясу: во-первых, выехать за пределы Киото и, во-вторых, сделать это без разрешения .

Приговорённый к домашнему аресту мог находиться у себя дома, но ему запрещалось абсолютно всё, кроме удовлетворения физиологических потребностей (еда, сон, туалет). Помещение, где он находился, должно было всегда оставаться тёмным, без естественного или искусственного освещения. Ему запрещалось выходить из комнаты или принимать гостей, вести переписку или общаться с кем-либо, включая прислугу. Арестант не имел права брить лицо и лоб, принимать ванну (можно было лишь обтираться влажным полотенцем) и поддерживать обычный для воинских семей ежедневный приветственный ритуал. Через несколько недель заключённый под домашний арест превращался в немытого, небритого и лохматого субъекта, мало похожего на нормального человека. Хитоцубаси Ёсинобу провёл в таких условиях одиннадцать месяцев, а его отец Токугава Нариаки – более двух лет

Княжество Мито выделялось высоким для того времени уровнем образования, науки и просвещения. В 1841 году здесь открылась княжеская школа , быстро получившая большую известность благодаря тому, что в неё, во-первых, принимали всех представителей воинского сословия независимо от ранга