Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
202 печ. страниц
2019 год
16+

Витька Нежданов

В следующую командировку на Северный Кавказ Сергей не попал, он готовился к поступлению в институт на заочное отделение. О произошедших там событиях он знал из рассказов своего друга Витьки Нежданова.

Виктор Нежданов тоже, как и Сергей, начинал службу в ОМОН с должности милиционера-бойца оперативного взвода, хотя и имел высшее образование. Но в то время офицерских должностей в отряде было очень мало. Видимо, со вступлением нашей страны в вооруженные конфликты в спецподразделениях появилась надобность, и штаты отряда были расширены. Комплектование, как уяснил себе Сергей, было скопировано с воинского подразделения. Вот тут и появилось место для Витьки. Он пришел к командиру с рапортом о переводе на другое место службы, где ему предлагали должность участкового инспектора милиции.

– У тебя что, образование какое-то есть? – прочитав его рапорт, устало спросил Атаманов.

– Что значит какое-то, Аркадий Иванович? Высшее – педагогическое, – ответил Виктор.

– Так куда же ты уходишь? У нас и в отряде офицерских должностей полно. – Он поднял телефонную трубку – Дежурный? А ну позови-ка мне капитана Иванова.

Через минуту в кабинет командира, тихо постучавшись, зашел Иванов, который занимал должность инспектора отдела кадров.

– Вот, Иванов, бери хлопца и обучай его. Ты, как я слышал, переходишь на более спокойную работу. – Атаманов достал пачку сигарет и щелчком выбил одну из пачки.

– Да я, товарищ майор, из-за командировок. Жена против, – почему-то покраснев, начал оправдываться капитан.

– Вот-вот, я и говорю. Пока парня не обучишь, не отпущу, – отрезал командир.

Надо заметить, ученик из Виктора получился отменный. Через два месяца он разбирался в кадрах лучше ленивого Иванова, а через год мог заткнуть за пояс любого кадровика в области.

Руки в чернилах, всклокоченные волосы, красные глаза из-за многочасовой работы на компьютере и отсутствующий взгляд – вот полный Витькин портрет. Когда он был занят работой, обращаться к нему было бесполезно. Но, закончив что-нибудь сложное, Виктор, довольно улыбаясь и сияя глазами, мог спросить: «Серег, ты мне что-то говорил, кажется?» Еще Витька мог уйти на работу в домашних тапочках или перед уходом домой долго заламывать набок форменный берет, но, увидев, что в гражданке, бросить его на шкаф. Сергей называл Витьку «рассеянный с улицы Бассейной», потому что его светлая голова всегда была занята мыслями о работе.

Виктор со своими боевыми товарищами был направлен в очередную командировку. Но их почему-то на два дня задержали в Моздоке. Затем все отряды, коих насчитывалось около пятнадцати, были выстроены на военном аэродроме.

Увидев, какая началась суматоха, Виктор спросил у омоновца, охранявшего взлетную полосу:

– Дружище, не знаешь, кого ждут?

– Ты че, братан, не разумеешь? Все бегают, обоссавшись, видать, какое-то худило мучное должно прилететь, – ответил ему омоновец.

Вертушка, сделав круг над аэродромом, приземлилась. Из нее, после многочисленной охраны, вставшей кругом, вышла небольшая, но очень представительная правительственная делегация. Витька, открыв рот, смотрел на лица людей, которых неоднократно видел на телевизионном экране. Из всех выделялся и ростом, и фактурой бывший генерал, а нынче модный политик.

Он подошел к выстроенным милиционерам, дождался тишины и знаменитым тембром начал свой спич.

– Солдаты, – сказал он, – я обещал остановить войну! Ей конец. Два часа назад в Хасавюрте подписаны соглашения с правительством Чеченской Республики Ичкерия о прекращении боевых действий!

Здесь генерал сделал паузу, видимо, он ждал криков «Ура!» и подбрасывания вверх чепчиков, но строй парней в камуфляжах хранил молчание. Все понимали, что еще день-два, и война бы закончилась, силы боевиков были на исходе, им как воздух нужно было перемирие. И потом, поднабравшись сил и отдышавшись, они начали бы новый виток боевых действий. Как, впрочем, и произошло в дальнейшем, но этим событиям суждено было случиться тремя годами позже.

А сейчас, по мнению многих политиков, политологов и простых обывателей, сильная личность волевым решением прекратила кровопролитие – ура, ура, ура.

– Солдаты, – продолжал генерал, – теперь воевать вам нет надобности. Но, как вы сами понимаете, в республике набирают обороты криминалитет и преступность. Посему в ваши обязанности будет входить охрана общественного порядка в городе Грозном и его окрестностях, совместно с милицией свободной Чечни.

Тут из общего строя ОМОНов и СОБРов вышел командир одного из сибирских подразделений спецназа. Оглядев правительственную делегацию, он обратился к генералу лично.

– Товарищ генерал, – сказал он, – город Грозный и его окрестности политы кровью моих подчиненных. Поэтому, если в нашей работе нет надобности, я умываю руки. Охрана общественного порядка – обязанности ППС, а моему СОБРу здесь делать нечего.

Он повернулся назад и, скомандовав своему отряду «Кру…гом!», ушел, высоко подняв голову, сопровождаемый своими парнями.

Десять минут – и на взлетной полосе аэродрома остались только два ОМОНа: Липецкий и Владимирский. Командиры обоих оказались жидковаты.

Липецким парням командиром в этот раз достался подполковник милиции Сергей Царев – человек пожилой, пугливый и очень большой любитель перестраховаться.

Ребята были размещены в мусульманском центре, причем на первом и втором этажах жили чеченские милиционеры, а проще говоря, бывшие боевики, не успевшие переодеться и сбрить бороды, а на третьем – владимирцы и липчане.

В городе творилось всеобщее ликование: люди танцевали лезгинку и воинственные вайнахские танцы, все поздравляли друг друга с тем, что маленькая Чечня выиграла войну у большой и сильной России. Оружие с грузовых машин раздавали всем желающим. Разрешением на его ношение зачастую служила справка, написанная на клочке грязной бумаги по-чеченски или по-арабски, без подписей и печатей.

Ребята совместно с чеченцами несли патрульно-постовую службу по городу И, надо вам сказать, чеченские милиционеры относились к нашим вполне уважительно и, если возникали эксцессы с местными жителями, в обиду не давали.

На обратном пути паровоз остановился в Минеральных Водах. Стоянка длилась около тридцати минут. Три офицера, в число коих входил и Витька Нежданов, вышли в тамбур, чтобы хлебнуть белого чая вдали от посторонних глаз. Спирт был налит в большую литровую алюминиевую кружку. Проходившая по перрону старушка, торговавшая раками, увидев людей в военной форме, спросила:

– Сынки, вы с войны едете?

– С нее самой, мамаша, – ответил ей молодой лейтенант Саня Ибрагимов.

– Спасибо вам, сыночки, что защищаете нас, – и старушка протянула омоновцам большого живого рака, – угощайтесь, миленькие.

– Чего с ним делать-то? – Витька смотрел на товарищей.

– А давайте его в спирт кинем, – озорно подмигнув, сказал Ибрагимов, – говорят, когда рака в водку кидаешь – он сразу краснеет. А потом приколем кого-нибудь.

Сказано – сделано. Рак действительно тут же покраснел и только тупо шевелил усами на дне кружки. И вот тут, как по писаному, на ловца пришел зверь. В тамбур в майке и клетчатых тапочках ввалился, о ком писали все газеты, подполковник Царев – собственной персоной.

– Иваныч, хлебни из нашего кубка, – сотрясаясь от внутренней дрожи, протянул кружку подполковнику Саня Ибрагимов.

– А че это? – осторожно спросил Царев.

– Это наши слезы, Иваныч, – продолжал Саня.

– Понятно, – Царев понимающе подмигнул, – можно. – И подполковник доверчиво поднес кружку ко рту. Но, увидев на дне емкости огромное скрюченное чудовище, шевелившее щупальцами и зырившее на него из небытия, Царев, содрогнувшись, уронил кружку на пол и, громко икнув, умчался в ужасе, голося что-то нецензурное и махая руками. Видно, подумал, что его посетила «белочка».

– Испили, блин, чарочку. – Витька укоризненно посмотрел на своих товарищей, подбирая кружку с пола. Но товарищи тряслись от хохота, повалившись набок и вытирая слезы…

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
261 000 книг
и 51 000 аудиокниг