Камень ожил, запульсировал и изменил пространство моего восприятия, которое благодаря этому открылось миру, как открывается солнцу утренняя земля. Мое расширенное сознание обнаружило способность улавливать тончайшие соответствия в том, что окружало меня. Камень безмолвно заговорил. Теперь я мог использовать заключенную в нем магическую силу. Я мог спрашивать и получать ответы. Изначальная реликтовая энергия, излучаемая этим спрессованным кусочком материи, передалась мне. Волна экстатического восторга захлестнула меня, однако, чтобы потопить себя самого в этой опьяненности, я, следуя указаниям Старика, отрешился от своих чувств, как бы созерцая их со стороны. Дело в том, что подобная деятельность, которая соприкасается с миром магических отношений, требует известного хладнокровия от того, кто ее осуществляет, иначе возможны непредвиденные обстоятельства, способные причинить вред. Поэтому, поплескавшись в своей экзальтации, я переключился на другую работу и быстро восстановил эмоциональное равновесие…»

На наш взгляд, этот отрывок талантливого исследователя глубин человеческой психики – яркая иллюстрация веры в магическую природу вещей, которая основывается на поклонении и обожествлении предметов – анимизме, вере в душу и духов, раннюю форму религии, из которой впоследствии возник шаманизм. Кроме того, в этом же отрывке подчеркиваются качества, необходимые верующему, носителю и проповеднику этой веры – хладнокровие, умение выйти из состояния экстаза, чувства, необходимого для природы видения магического; состояния, в котором шаман прорицает и вещает.

Поклонение камням сохранилось еще с первобытных времен, когда их обожествляли и приносили им жертвы. Иллюстрацией может служить рассказ вождя онкилонов, народности, о которой упоминается на страницах книги «Земля Санникова».

«…– Этот камень, – пояснил Амнундак, – упал с неба в год прихода наших предков на эту землю. Поэтому мы чтим его как дар богов. Каждый раз, когда после зимней ночи солнце в первый раз показывается нам, здесь совершается большое моление и приносится жертва. Шаман отмечает это событие чертой на камне. Поэтому вы можете сосчитать, сколько лет мы уже живем здесь.

Он подвел гостей к южной очень гладкой стороне глыбы, на которой виднелись высеченные твердым орудием небольшие вертикальные черточки; каждая десятая была немного длиннее, так что легко было сосчитать их.

– Когда Амнундак сказал, что этот камень упал с неба, – заметил вполголоса Ордин, – я подумал, что это огромный метеорит и очень заинтересовался им. Но оказывается, что это просто базальт и упал он, конечно, с этого обрыва.

– Что он говорит? – спросил шаман.

Горохов перевел, что белый человек думает, что камень упал с горы, а не с неба.

Шаман укоризненно покачал головой и сказал:

– Великий шаман, который привел наших предков сюда, сам видел, как этот камень падал, и первый поклонился ему.

– С горы падают только маленькие камни, – прибавил Амнундак, – а этот больше наших жилищ. Под ним лежат пять оленей, которых он придавил как первую жертву богам от пришельцев на эту землю. С тех пор и стали приносить жертвы. Это было знаменье свыше…»

Ученый-психономик Э. Цветков существованию души в камне, да и в любой другой вещи, дает свое объяснение, видя в мистическом, иррациональном проявление той силы, ИМЯ которой ЖИЗНЬ. Она проявляется потоком «глобального мышления». «Будь это лес, или солнечный луч, или камень, или дверь, или заросли камыша у болота – все наполнено существованием и исполнено существования. Каждая вещь имеет свой трепет…» «Мертвого нет, есть замершее, – говорит Э. Цветков. – В каждой вещи таится сила. Каждая вещь пронизана Бытием…»

Духи и их африканские воплощения

Вера в то, что духи остаются на земле, оказывая большое влияние на живых, связана с идеей бессмертия. Легенды большинства африканских народностей утверждают, что человек первоначально был создан бессмертным. Момент смерти рассматривается ими как переход в другое состояние, которое можно отнести к обратимым процессам. Смерть воспринимается всего лишь как трагическая разлука, потому что по прошествии некоторого времени погребенная человеческая душа вновь возвращается к земной жизни, воплощаясь в новорожденного.

Смерть, верили африканские народы, – явление неожиданное, и есть не что иное, как злодеяние колдуна. Более сильным колдовством смерть можно было предотвратить.

Погребение умершего происходило после соблюдения обрядов, цель которых заключалась в обнаружении и обезвреживании колдуна. Если обряды по обезвреживанию не совершались, то душа могла превратиться в зловредного, странствующего по земле духа, которого уже в наше время окрестили «зомби», то есть она принимала вид человека.

У гвинейцев существовало поверье, что человек состоит из: 1. Тела – ара. 2. Тени – ожиджи. 3. Ума – ийе, сознания, умирающего вместе с телом. 4. Жизненной силы – эми, связанной с дыханием, которая при жизни человека соединяет его с миром божеств и лишь после смерти покидает тело. 5. Души – окан, существующей вечно, вселяющейся в тело в момент рождения и возрождающейся в его потомках. Поклонники культа шаманизма поселили души под землю и под воду, где их должны искать шаманы.

Духи, как считали (да и до сих пор считают) все представители шаманизма, могут принимать облик различных существ. У африканцев чаще всего они вселяются в сов. Такие духи носят название зизи. Они могут быть и добрыми, и злыми. Вместилищем духа может стать орел – чупунгу, который приносит вести из потустороннего мира. Есть водяной дух – Нзузу, похожий на рыбу. Существует семейный дух – мудзиму.

Добрый дух, верят в Африке, чаще всего поселяется в змее. Доброта этого духа заключается в том, что змея никогда не укусит спящего и не нападет первой. В этом духе заключается вселенская мудрость, которую змея передает человеку. С особым почтением должна относиться к змее женщина в период своей беременности. Если убить змею в этот период, то ребенок может погибнуть в чреве матери.

Злой африканский дух – муройи – воплощается чаще всего в образе женщины. Шаманка, скачущая на гиене (средство ее передвижения), может проникнуть в дом того, кого решила сделать своей жертвой. Своего мужа, прежде чем покинуть дом, она заколдовывает. Пощады от муройи не ждут. Все, окружающее ее, – поле для ее злодеяний. Благословение на свои разрушительные поступки она испрашивает у духов предков. Когда такое разрешение ей дано, она посылает слуг – звидома – и те совершают убийства. В случае, если духи не дали ей такого разрешения, муройи добивается своего другим способом, превращая жертв своих зловредных козней в страшные существа. Например, подзывает свою жертву, которая, увидев ужасное лицо духа, сразу лишается ума.

Однако сильный шаман может помочь жертве муройи, совершив определенный обряд, во время которого узнает имя ведьмы, воплотившее дух муройи, и называет его родственникам. Те идут к колдунье, имеющей вид обычной женщины, и намекают ей о дарах, которыми ее отблагодарят, когда она избавит от злых чар свою жертву. Часто бывает, что после этого заколдованный излечивается.

Легенды Африки рассказывают о бродячем духе шави. Это одинокий дух ведьмы, у которой не было детей. Он странствует по земле, предлагая встречным свои услуги. И как только человек, независимо от пола, поддается его уговорам, то сразу же становится колдуном. У него появляются способности насылать порчу и болезни, но, в отличие от ведьмы, только в дневное время.

Африканская деревня до сих пор полна злых духов. К родовым божествам и злым духам обращались и при заключении браков. Брак – «это та точка, в которой сходятся все члены общины: умершие, живые и те, кому еще предстоит родиться. Брак и продолжение рода – единый процесс, одно не может существовать без другого», – писал о значении брака в африканском обществе известный историк и философ Джон Мбити. Поэтому придавалось большое значение тому, какие духи существовали в роду жениха и невесты. Если в роду были духи жадные, то они могли потребовать непомерного выкупа, например, зарезать корову, а этого не могли сделать в семье бедной невесты. Злые же духи могли навредить. Когда они были против этого брака, то могли наслать порчу на невесту, сделать ее бесплодной, а жениха или его родственников поразить болезнями.

По обычаю, во время приготовлений к свадьбе посредник передавал от имени жениха две мотыги, полученные женихом от отца, который в момент вручения мотыг обращался к сыну с традиционными словами:

«Я передаю тебе эти мотыги с чистой совестью и от души желаю тебе счастливого брака. Я призываю духов нашей семьи, чтобы они шли впереди тебя к родителям твоей девушки… Пусть мой дух и дух твоей матери, и твой дух, о мой сын, постараются вместе, чтобы твой брак был счастливым».

Мать, согласно традициям, мазала мелом лоб и шею сына, а отец вновь обращался к духам:

«Призываю духов востока, запада и юга, чтобы шли впереди тебя и позади тебя. Пусть они охраняют тебя в течение всего пути».

Главные «связники» шамана с иными мирами

У каждого духа был земной посредник – шаман: женщина или мужчина – дух сам выбирал, в кого ему вселиться. Избраннику предназначалось выкурить священную трубку с девятью отверстиями и выпить священного напитка, после чего он садился к огню, пристально смотрел на огонь и, впадая в транс, издавал нечленораздельные звуки, означающие откровения неба, которые толкователь «переводил» присутствующим.

Шаман был постоянно связан с теми духами, которые ему были нужны для выполнения его работы, но мог в течение жизни расширять круг своего общения, призывая и других духов. Среди духов шаман различал две основные категории – духов-покровителей и духов-помощников.

Именно дух-покровитель выбирал среди толпы того, кто должен был стать шаманом. Правильность выбора духами именно этого человека на роль шамана подтверждала сама жизнь, его действия и поступки, их эффективность и польза или вред, который шаман наносил своему племени.

На Алтае покровителями считаются божества высокого уровня: Ульгень со своими сыновьями – божество огня и хозяева священных гор. Божество огня, в честь которого шаманами совершались моления и жертвоприношения, известно из мифов глубокой древности. У сибирских шаманов его называют мать-огонь. У них каждый обряд шаманства начинался с чествования и угощения кровью этого божества. Мать-огонь – это посредник между шаманом и божеством более высокого ранга. На неуважение, пренебрежение она отвечала наказанием.

Хозяева священных гор помогали шаману, когда он обращался к ним с просьбами дать благополучие своему роду или отдельным людям, от имени которых выступал.

Реальной силой шамана являлись духи-помощники – те, кто сами при жизни были шаманами. Именно они определяли силу и возможности шамана. Это были предки шаманов, которые передавали ему свой шаманский дар. На Алтае можно было услышать такое выражение: «дух предков наступает» или «дух предков давит». Духи предков там считались духами земными, они находили свое прибежище на священной горе, которая служила постоянным местом их обитания.

У алтайских шаманов существовал культ ветра. Алтайцы верили, что некоторые злые духи в виде ветра поражали людей болезнями. Убедительным доказательством появления злого духа считался вихрь, который крутился против часовой стрелки. И был ничем иным как шаманом, мчащимся на место проведения своих шаманских действий. Качинские и сагайские народности принимали вихрь за двойника человека, попавшего в плен к злым духам. Дух-вихрь крал души людей. Связь шамана с ветром прослеживается и в обрядовых шаманских движениях. Во время шаманства он быстро вращается на ногах вокруг своей оси – движение, которое символизирует вихрь. А во время своей подготовки к исполнению функций шамана он удалялся в тайгу или горы и там вращался подобно вихрю. В своих обращениях к духам шаман обычно употреблял выражение «мчался», «примчался», отождествляя себя с вихрем.

Во время обрядовых действий шаман с помощью опахала вызывал искусственный ветерок, который должен был свидетельствовать о том, что вызванный им дух или духи появились и вселились в его тело, чтобы управлять его действиями и помогать добиваться цели, ради которой совершается обряд.

Обязанности шамана

Вступая в непосредственную связь с духами, шаман был способен лечить, предсказывать судьбу, обеспечивать удачную охоту, улаживать конфликты, хранить традиции. Одной из важнейших его обязанностей было сопровождение «умершего члена племени» в страну предков. Проводы усопшего имели большое значение у многих народов, так как не перекочевавший в землю, как мы уже говорили выше, становился злым духом, который мог нападать на живых людей.

У каждой народности были свои обряды погребения, отправляемые шаманом. Например, у теленгитов на седьмой день шаман в присутствии родственников и близких умершего вел разговоры с покойным, после чего возвращался в юрту и окуривал ее можжевельником. У некоторых племен шаман, взяв на себя охрану покойника от злых духов, отправлял его в «землю умерших» вниз по течению реки на плотике и показывал новопреставленному дорогу в загробный мир. Именно шаман сопровождая мертвых в мифический мир, что и отличало его от других чародеев, связанных с неземными существами.

В алтайских краях существовало поверье, будто усопший, уходя в подземный мир, мог захватить с собой души других членов семьи. Поэтому в юрту, где находился покойник, обязательно приглашали шамана, который «ловил» душу умершего, прижимал ее к себе, несмотря на ее сопротивление, и переносил в царство мертвых, где упрашивал покойников принять новую душу, так как они не хотели принимать нового члена в свое мертвое сообщество.

В научно-фантастическом романе «Земля Санникова» есть строчки, описывающие сцену погребального обряда у таинственного племени онкилонов, живущих среди Северного полярного моря:

«…Положив покойников у опушки, воины занялись приготовлением могил; выбрасывая камни-россыпи в стороны, они вырывали продолговатую яму не более метра глубиной. Когда могилы были готовы, к каждой поднесли покойника и положили его ногами на юг. С вытянутыми по бокам руками, с луком с одной стороны и колчаном стрел с другой стороны; лица закрыли куском кожи, копье поставили в головах и затем заложили могилы вынутыми из них камнями. Детские черепа и кости, собранные в пещеру вампу, сложили в одну могилу, ничем не украшенную.

Во время этих действий шаман, взобравшись на большую глыбу, лежавшую среди кладбища, бил в бубен и глухим голосом пел какие-то заклинания, очевидно, отгоняя злых духов от свежих могил, чтобы они не нарушили покой мертвых…»

В обязанности эскимосских шаманов входило также обеспечение хорошей охоты. Шаман просил духов присылать гусей, оленей, рыбу, песцов и других нужных человеку птиц и зверей. Его шаманство было связано с временами года. Осенью его призывы к духам содержали просьбы послать оленей, весной он вымаливал большие косяки рыб, зимой совершал благодарственные ритуальные действа, во время которых благодарил божества за ниспосланные благодати и испрашивал новых благ: хорошего урожая, обильного корма для животных да и самого изобилия скота.

Даже изменение погодных явлений приписывалось шаману. На Чукотке существовала вера в то, что он мог с помощью своих молений вызвать или остановить снежные бури. В других местностях считали, что он может вызвать летом снег, дождь, необыкновенной силы град.

Во время военных действий, разворачивавшихся между отдельными племенами и родами в старину, шаману вменялось в обязанность обеспечить победу с помощью всяческих штучек из своего колдовского арсенала – наслать порчу, призвать духов в переломные моменты битвы, чтобы помочь своим соплеменникам. От тех давних времен остались рассказы о могуществе шаманов, предсказывавших исход битвы, указывавших своим согражданам пути достижения победы, которые им самим поведали, естественно, духи.

Известный этнограф Б. Э. Петри, давая оценку шаманской деятельности, говорит так: «Шаман не знает покоя ни днем, ни ночью, всегда его могут позвать, и придется ехать в любую погоду за десятки верст. Дома шаман бывает редко; хозяйство его приходит в упадок, заработки невелики. Шаманы обычно бедны». Последнее замечание, скорее всего, относится к шаманам добрым. Злые шаманы, наверняка, были более обеспеченными, ведь их задабривали, приносили им дары, боясь всяческих козней.

Итак, мы дали вам некоторое представление о шаманах; оно расширит ваши знания, базирующиеся на описаниях шаманских обрядов в художественной литературе. Обобщенный лик шамана дается в следующем стихотворении Н. Подснежниковой:

 
Пришел я к вам из сказок, из легенд.
Я нужен всем в тяжелый или радостный момент.
Я вас от злых болезней исцелю,
Бальзам в больную душу я пролью.
Улажу все конфликты, споры.
Схожу к своим я предкам в горы,
Благословенье в деле получу,
Усопшего в мир теней я домчу.
Я превращусь в медведя иль в гагару,
И похитителям души поддам я жару.
Я поднимусь на небо, опущусь под воду,
Подвластны мне явления природы.
Я странник в мире душ небесных и земных.
Я получаю знанья из миров иных.
Я маг, волшебник, чародей, шаман.
Я был, я есть. Я явь, а не обман!