Цитаты из книги «Сын Человеческий»

Царь поступил правильно, потому что человеческая нужда важнее обрядовых запретов[141].

Обряды имеют смысл лишь тогда, когда выражают любовь к Создателю.

Только Иисус говорит об Отце, Которого может обрести каждая человеческая душа, если захочет этого. Евангелие приносит людям дар богосыновства. На тех, кто примет его, исполнятся обетования Христа. Они узнают, что с Создателем Вселенной можно говорить один на один, как с «Аввой», как с любящим Отцом, Который ждет ответной любви.

Душой оппозиции двору стала группа благочестивых людей, которых называли «отделившимися», или фарисеями.

Они знали, что Бог, как бы ни был велик Он, связан узами любви со Своим творением, что человек – Его избранник, которому Он Себя открывает.

Поэтому каждый властелин Израиля (а иногда и пророк) именовался помазанником, мессией, или по-гречески – Христом. Однако со временем этот титул стали относить лишь к великому Царю грядущего.

Учение Христово есть Благая, или Радостная, Весть. Так его называл Он Сам: Бесора́ по-еврейски, по-гречески Евангелие.

В Нем не было чувства греховности, которое присуще каждому святому, не было ничего ущербного. Пусть даже часто Он оставался непонят и одинок, это не омрачало просветленности Его духа; Иисус постоянно был с Тем, Кого Он называл Своим Отцом

Утверждая, что Он пришел исполнить Закон, Христос не имел в виду простое выполнение заповедей. Слово πληρώσαι, употребленное в Евангелии (как и его арамейский эквивалент, происходящий от слова мале́), имеет более емкий смысл: «наполнять», «восполнять», «давать полноту».

Согласно ап. Павлу, старый синайский Закон был дан в виде системы повелений и запретов, поскольку являлся прежде всего воспитательным средством, «детоводителем ко Христу» (Гал 3,24). Закон лишь ставил «преграду» греху, не давая внутренних сил одолеть зло и приблизиться к Богу. Когда же наступил предсказанный Иеремией (гл. 31) Новый Завет, Бог даровал людям спасающую благодать через Иисуса Христа. Христос открыл путь к богосыновству, которого человек не мог достичь одним исполнением заповедей.