Цитаты из книг автора «Александр Мазин»

Плюнуть дракону в морду можно. А каково будет, если дракон плюнет в ответ?

они замечательно объясняют, почему сказания об Илье Муромце прошли через века и приняты множеством племен и народностей, живших и живущих на территории и Древней Руси, и будущей Российской империи. Стремление к единству и понимание, что именно в нем сила государства и безопасность его граждан – это и есть то самое чаяние народное. И единство это Древней Руси дал не гениальный завоеватель Святослав, а его сын Владимир, совсем не зря получивший в былинах прозвище Красно Солнышко. Именно он изменил вектор существования Древней Руси – с внешней экспансии на укрепление Государства и Закона. И когда это произошло, пришло новое время, которое, в свою очередь, потребовало новых героев. Не тех, кто грабит чужие страны, а тех, кто хранит свою. Именно это время и породило Богатырей. Таких, как Илья Моровлянин-Муромец.

Сын – молодец. Усвоил один из главных принципов власти. Слабые должны бояться. А сильные – верить. Вот поэтому за ним идут и те, кто вместе с ним дрался против разбойников.

Рану ты по-дурному получил, – проворчал Сергей Иванович. – Себя переоценил, врага недооценил, а надо как? – Надо – наоборот, – вздохнул Илья. – Больше не повторится.

Отец Димитрий не пожелал за стены уйти. Остался. Илью сие не удивило: монахи смерти не боятся. Умереть за Христа для них – наивысшая радость. Илья этого не понимал. Умереть – дело нехитрое, но кто ж тогда своих защитит? В то, что с неба за молитву помощь придет, не очень-то верилось. Илья так мыслил: в смерть тоже сбежать можно. И мысль эта для него – не праздная. Сам недавно о том же думал. Но понял: трусость это. Как посреди боя друзей-родных бросить и удрать.

Но он понял, что тема Богуславу не нравится, и дальше расспрашивать не стал. Он очень дорожил доверием брата, а основа доверия – не отсутствие секретов, а уважение к чужим тайнам.

предки, князья-варяги, наказывали: не жалей серебра для дружины. Будет дружина – будет и серебро.

Считаешь, Владимир неправ был, когда народ киевский силой к Христу пригнал? – Добрыня недобро прищурился. – То Киев, а то лесовики, – ответил Сергей Иванович. – Сильного не гнут, его ломают. А мелкого да слабого ломать не надо. Маленькому человеку что требуется? Чтоб не обижали его, чтоб сытно было и спокойно. Смерд – он как муравей. Ты ему приманку покажи сладкую, он сам к тебе придет. И тропу проложит. И другие смерды по той тропе побегут. А вот, если не муравей мне попадется, а волк, тогда другое дело. Волка – только силой. Слабому он глотку вырвет, а к сильному на брюхе приползет. – А если не приползет? – Шкуру сниму и на пол брошу. Другим волкам в назидание.

Оплеуха прилетела вмиг… Только мимо, потому что Илья «нырнул» и мозолистая длань прошла над макушкой. Трувор еще больше развеселился. А Стемид сердиться не стал. Будь здесь, в тереме, еще кто-то, возможно, он и осерчал бы… А может, и нет. Понравилось белозерскому князю, что, уворачиваясь, мальчишка не назад, а вперед шагнул. Да и увернуться от Стемидовой длани непросто.

Воистину есть просто ложь, наглая ложь, беспардонная ложь и политика.