Моему сыночку Паше уже пять лет. Жизнь моя совсем зашла в тупик: не люблю мужа, не хочу с ним быть, потихоньку начинаю его ненавидеть. Мне так хочется любви и счастья, а взамен я вижу только оскорбления и мат: Он ведь уже понял ему больно, но иногда он старается перешагнуть через себя и опять ко мне:

– Солнышко, прости, люблю, ты мне всех дороже.

Я молчу и прощаю, хотя надо сказать: «Это ты прости, что у нас не складывается». Не могу больше с ним, не могу, ухожу! А он возвращает, просит, молит:

– Останься, всё для тебя сделаю, всё, что хочешь, только не уходи!

Да и уходить-то мне некуда, да и в моём сердце пусто.

И вот мне уже двадцать семь лет, а так и не любила больше, так и не дрогнуло сердце. Безразлично всё, только во сне он приходит ко мне, обнимает, я чувствую счастье, тепло разливается по телу, и так хорошо и спокойно, как не было никогда в жизни. Но это только сон. Кто же ты, мой мужчина из сна? Увижу ли я тебя когда-нибудь, узнаю ли?

Время проходит незаметно, скоро мне тридцать лет, а тебя так и нет. А будешь ли?

А муж здесь, он любит, он молит ещё об одном шансе, о ребенке. И я решилась. Долго не понимала, как свою любовь к сыночку Паше смогу поделить ещё с кем-то. Как эту безграничную любовь можно разделить надвое или отделить часть и отдать кому-то другому? Но он уже здесь, на этом свете, пока у меня в животике, но так зависит от меня! Мне кажется, я уже его люблю, а почему любовь к Паше не стала меньше? Странно…

Девять месяцев позади, я нахожусь в родильном отделении. Теряю сознание, перед глазами у меня бегают мурашки, падает давление. Слышу, как врач кричит:

– Укол сделай!!

– Ну, ещё разок, ну потужься. Ну, ещё разок, – говорит мне врач-акушер. Вот ребёнок появился на свет. Я услышала, как он закричал. Врач-акушер переворачивает и кладёт мне на живот маленький комочек, я смотрю на него. Это мой сыночек маленький, и совсем мне не пришлось, что-то делить. Я просто люблю их обоих одинаково.

Время восемь утра, пишу мужу эсэмэс: «Поздравляю, у тебя сын!»

Я счастлива: у меня есть два самых замечательных сыночка на свете, они мои родные, дорогие, живу только ими! Пашеньке надо, а Максиму ещё надо, и т. д. Я забыла о себе, муж придёт иногда ночью, сделает своё дело, и всё…

И только ночами иногда опять снится ОН. Он обнимает меня, а мне тепло и хорошо, но я знаю уже, что, наверно, никогда его не встречу: разные пути у нас с ним, и не сойдутся они. И жду, чтоб уснуть и увидеть, а он приходит не всегда, не балует меня.

Максиму уже три годика; понимаю, что дальше так нельзя, что нет уже семьи. Есть я с детьми и муж. Мы с мужем живем в одной квартире, но в той же мере существуем в параллельных мирах, муж не с нами, он просто рядом живёт, как в коммуналке. Муж давно уже понял, что я его не люблю, ему было больно, потом он привык к этой мысли и жил тем, что он любит. А потом ему и это надоело, игра в одни ворота всегда надоедает, и ведь мы не говорим об этом. С виду всё у нас хорошо и прилично: такая красивая семья, детки.

– А какая красивая пара, а какая у них любовь! – говорят нам вслед соседи.

Меня мучает совесть, и я не даю людям повода для сплетен, чтобы мужу было так спокойнее. Я стараюсь сделать всё по максимуму для него, заглаживая свою вину, он это понимает и терпит… нет, не терпит, а принимает. Мужу это даже нравится, игра такая у нас.

Всё, решилась, поговорили, сказала мужу, что уезжаю на море с детьми, а приеду, и будем разъезжаться. Он согласился. Муж сказал, что пока мы будем на море, он за это время всё подготовит, всё сделает, решит проблему с квартирой.

Куда я ухожу, не знаю, знаю одно так больше жить не смогу: терпеть вечные унижения, оскорбления, скандалы, драки. Да и дети всё это видят. Зачем и кому это нужно?

Муж просил прощения, опять предлагал начать всё заново, но на этот раз я не поверила: люди не меняются, это я уже поняла, и любовь не возвращается туда, откуда сбежала. Нет смысла, нет…

Сколько же прожито было за эти годы всего: скандалов, драк, обвинений, оскорблений с обеих сторон! Надоело, хватит, ухожу в никуда! Теперь я уже не звезда, он подавил меня, я стала мышью. Я перестала улыбаться, я забыла, что значит быть беззаботной. У каждого человека внутри существует предел чувств, предел боли, предел слёз, предел ненависти, предел прощения. Поэтому люди иногда, могут долго терпеть, долго молчать, долго делать выводы, а потом в один миг взять и уйти, без слов и объяснений…

Пишу в интернете в одном из популярных сайтов своей виртуальной подруге Лене – жене своего дяди Саши. Мы с ней долго общаемся по скайпу, и я рассказала всё, что накипело. Она мне говорит:

– Лена, приезжай к нам в гости. Погуляем по Москве, будет время всё обдумать. Через неделю мы всей семьёй летим на море в Краснодарский край, Туапсинский район, посёлок Дедеркой, давай с нами. У тебя будет время всё обдумать и принять правильное и адекватное решение. Да ещё познакомимся и пообщаемся вживую, а то как-то виртуально не айс.

«Может, и действительно подруга права», – подумала я и утром, бросая все запланированные дела, бегу на железнодорожный вокзал Иркутска и беру билеты на поезд «Иркутск-Москва».

Вернулась с билетами домой, сообщила детям новость, скорей поставила их перед фактом, что сегодня мы едем в Москву, а потом на море. Радости у детей не было придела. Я начала собирать чемодан, дети мне помогали, и вот мы уже едем на железнодорожный вокзал. Всё это больше походило на бегство в никуда. Радовало меня то, что Лена пообещала встретить меня с детьми.

Мы уже на железнодорожном вокзале заходим в своё купе, разложили свои вещи в купе, вошла проводница проверила билеты и ушла. Поезд тронулся он начал медленно набирать ход. Монотонный звук колёс, и вот родной город Иркутск остаётся далеко позади.

Ночь. Дети спят на верхней полке, я лежу, слушаю стук колес… Едем с детьми в Москву, а потом – на море, в Дедеркой – небольшой посёлок под Туапсе. С роднёй, живущей в Москве, я никогда не встречалась, только переписывались по интернету и общались по скайпу в основном с женой дяди Саши – Леной, у них дочь Настя. Мы с Леной очень подружились, у нас были общие темы для беседы, и решение ехать вместе на море я приняла не раздумывая.

Дети спят, последняя ночь в поезде, наконец-то. Устала ехать, сна нет.

Поезд прибыл на Ярославский вокзал, я вышла с детьми на перрон. Суета, но нас никто не встречает. Вижу, – в нашу сторону идёт, высокий, стройный белокурый молодой человек. Симпатичный, спортивного телосложения, он подошел, и сказал:

– Привет! Извиняюсь за опоздание: «пробки». Я – Максим.

– Лена, – представилась я.

Максим взял наши вещи, и понёс. Мы молча пошли за ним. Он улыбнулся, и сказал:

– Я ещё издалека увидел вас, сразу понял, что это вы.

Максим приехал с женой: видимо, она не доверяет ему. Мы загрузили вещи в багажник и уселись. Ехали около получаса. Я и дети всё время смотрели в окно, знакомились с Москвой.

Макс припарковал свою машину у пятиэтажного дома, во дворе которого росло много деревьев, а среди них находилась детская площадка, где было много детей с родителями.

Встретили нас очень хорошо, организовали стандартное застолье. Посидели ещё поболтали, но я сильно устала и хотела спать. Макс с женой поехали домой, я с детьми легла отдохнуть: они тоже устали – мы провели в поезде четверо суток.

Я проснулась от телефонного звонка. Лена взяла трубку и громко разговаривала по телефону, дети спали. Саша увидел меня, предложил чаю или кофе. Я прошла в ванную умылась, а когда прошла в большую комнату Лена увидела меня, и сказала:

– Звонила Света, сказала, что ты очень понравилась Максу.

Я улыбнулась и ответила:

– Передай Свете, пусть не волнуется: он не в моём вкусе и слишком молод для меня.

День приезда пролетел не заметно. Начиная со следующего дня, я с сыновьями Пашей и Максимкой, а также Лена и Настя гуляли по Москве, Саша работал. Нам хотелось за неделю побывать везде, погода стояла хорошая, да жарко была, но вода у нас была всегда. Чтобы не тратиться на питание, мы с Леной с утра делали бутерброды – и в путь. Возвращались уже поздно вечером.

Красная площадь – это обязательная программа (как это быть в Москве и не побывать на Красной площади?). Парк имени Горького, ВДНХ,… А уж о многочисленных парках и говорить нечего. Действительно, Москва – очень красивый город Москва. Мы побывали во многих местах, но особенно я полюбила парк Царицыно. Какая там красота! Какая-то необыкновенная атмосфера тепла и покоя, чистый воздух. Заходишь туда и словно сразу попадаешь в сказку.

По вечерам мы с Леной подолгу засиживались на кухне, пили чай, перемывали косточки мужьям – в общем, вели стандартные женские беседы. Неделя в Москве пролетела незаметно. Пришло время, уезжать на море, утром Саша проводил меня с детьми на Казанский вокзал, посадил в поезд №283 «Москва-Адлер» и поспешил домой, собираться: вечером у них самолёт до Сочи.

Лена предлагала лететь на самолёте, но я считаю, что на поезде безопасней. Правда, тридцать шесть часов в пути, а на самолёте всего два часа, но всё же поезд роднее, да и муж у меня работает в РЖД.

Лена, Саша и Настя каждый год ездят в Дедеркой, хозяйка пансионата Зоя Васильевна принимает их, как родных. У них там своя компания, они заранее созваниваются, берут отпуска и все вместе едут отдыхать на море. В этот раз к дружной компании решили примкнуть Макс с женой, и я с детьми.

Опять еду в неизвестность, Лена пообещала встретить меня с детьми, и вот тридцать шесть часов утомительной поездки остались позади, поезд прибыл на вокзал Туапсе, мы вышли из вагона огляделись. Саши, Лены нет, получается, что нас никто не встречает. Мы с детьми спустились в подземный переход и, немного пройдя по нему, оказались в здании железнодорожного вокзала. Затем вышли из здания на привокзальную площадь, отошли в сторонку в тенёк. Местные жители подходили к нам предлагали жильё, такси, у нас для всех был один ответ:

– Нас встречают, и жильё у нас есть.

А в моей голове роились совсем другие мысли:

– «Неужели Лена забыла про нас? А, может, с днем нашего приезда ошиблась или ещё что – не будь?»

Я не знала, что делать, Паша посмотрел на меня и спросил:

– Мама, нас точно встретят?

– Да, обязательно, надо только подождать, – отвечаю я.

– А когда? – спрашивает Паша.

– Скоро, – отвечаю я.

Потом я вспоминаю, что Лена говорила, что нас должен встречать её племянник Макс, но, увы, я почему-то не вижу его. И тут к входу здание подъехала красная машина «Жигули», и я поняла, что это за нами. Из машины вышел светловолосый молодой человек, очень похожий на Макса. Я только собралась крикнуть ему, что мы здесь, но, увы, он зашёл в здание вокзала. Вскоре он вышел из здания, огляделся, посмотрел в нашу сторону, и он к нам. Он извинился за опоздание, сославшись на «пробки» (это стандартная отмазка у мужчин).

Потом, гораздо позже, Лена мне скажет:

– Лен, ты так ему понравилась! Он мне сам сказал.

Я засмеялась, сказала ей в ответ:

– Он не в моем вкусе…, да и молод». – А на душе у меня появилась лёгкая грусть, словно я упустила что-то важное. Но об этом потом….

Макс взял мои вещи, он предложил мне сдать их в камеру хранения, и погулять по городу, так как ближайшая электричка будет через три часа, и я охотно согласилась. Мы сдали вещи в камеру хранения, а сами вышли на улицу и неторопливо пошли гулять по городу, Макс был в роли нашего персонального гида, он нам показывал и рассказывал обо всех достопримечательностях Туапсе. Своего тёзку, моего маленького сына Максимку, он посадил к себе на шею, Пашу он взял за руку, я шла рядом словно заворожённая: мне казалось, что я словно попала в другой мир, в другое измерение.

Макс увидел кафе-мороженое, посмотрел на меня, спросил:

– Зайдём?

– Да! – разом ответили мои дети, а мне лично было как-то не по себе. Я не понимала, что вообще происходит со мной – возможно, это последствия утомительной поездки на поезде.

Мы вошли в кафе сели за свободный стол, Максим нам всем заказал по порции мороженого. Дети уплетали мороженое, а я чайной ложечкой ковырялось в молочном лакомстве и, не отводя глаз, смотрела на Макса. Мне казалось, что мы где-то с ним когда-то давно пересекались, а, возможно, и вообще в другой жизни.

После кафе мы продолжили прогулку по восхитительному городу. Меня поразила работа архитекторов, проектировавших этот город. Действительно, простой обыватель не мог понять, как среди не высоких гор, покрытых растительностью, на вершинах которых стояли жилые пятиэтажные дома и другие строения.

– Мама, смотри какой огромный «Чупа-чупс»!!! – прокричал Паша.

Макс посмотрел на моего сыночка, заулыбался, сказал в ответ:

– На самом деле это диспетчерская морского порта Туапсе, откуда видна вся акватория порта, а в народе эту местную архитектурную достопримечательность действительно прозвали «Чупа-чупс» за её необычный внешний вид.

И вот мы подошли к пристани порта. По громко говорящей связи шло объявление, где предлагали совершить увлекательную часовую прогулку в открытое море на теплоходе «Ирбис» с остановкой у скалы Киселева, где снимался фильм «Бриллиантовая рука». Макс не спрашивая у нас, хотим мы или нет, взял билеты, и вот уже мы на теплоходе «Ирбис» уходим в море на экскурсию.

Теплоход находился далеко от берега, шёл по направлению скалы «Киселёва». Мы стояли на палубе, и я восхищалась необыкновенной красотой. В этот момент, я была самой счастливой. Наш теплоход сопровождали два дельфина, они, словно артисты из дельфинария, выпрыгивали из воды, поистине исполняли акробатические номера. Вскоре морская прогулка закончилась, и мы поспешили на электричку.

Честно говоря, я и сама не поняла, когда влюбилась в него: когда впервые увидела его глаза, такие глубокие, что я в них утонула; или тогда, когда мы гуляли по городу, или на том теплоходе, или позже…. Но одно я знаю точно: в тот момент мне было с ним хорошо, уютно, он сразу расположил меня к себе, хотя он младше меня на семь лет, да и детям он понравился. Я чувствовала, как мы жадно ловили взгляды друг друга. Я немало глаз повидала в жизни, но вот таких не видела ни разу, – что бы вот так взглянуть и всё понять.

Интересная прогулка по городу с персональным гидом за кончалась мы пришли на железнодорожный вокзал. Макс купил нам билеты, мы поспешили на перрон. Долго нам ждать не пришлось, и вот мы уже едем вдоль моря на электричке. А вот и наша станция Дедеркой. Мы спустились на перрон и медленно пошли по улице Приморской. Мы подошли к пятьдесят первому дому, нас вышли встречать Лена, Настя и Саша, была куча слез, улыбок, словно мы сто лет не виделись. В тот момент мне было не до этого: меня обуревали другие эмоции. Мне не давали покоя эта улыбка и глаза нашего персонального гида Макса.

Зоя Васильевна (хозяйка пансионата, где мы все остановились), – встретила нас, как родных, проводила в небольшую, но уютную комнату. Макс занёс наши вещи к нам в номер, мы с детьми быстро переоделись, и дружной большой компанией, вооружившись надувными плавательными средствами, поспешили на море.

Вот он бескрайный берег моря! Какая же красота, какой воздух! Вода чистая, каждый камешек в воде виден. Дети кричат от радости, а когда Макс поймал краба, они его окружили, принялись рассматривать гладить животинку, но, увы, краб, выбрал в нужный момент, плюхнулся в воду, и только его и видели.

Постепенно солнце ушло за горизонт, и незаметно стемнело, мы все поспешили в ближайшее кафе «Синие море», поужинали и вернулись в пансионат. Допоздна сидели во дворе общались, а потом мы все разошлись по своим номерам и легли спать. На следующий день, позавтракав, мы все пошли на море, купались, общались – в общем, радовались отдыху…

Макс постоянно поглядывал на меня, все время искал меня глазами. Я чувствовала его взгляд, он, казалось, завораживал меня, манил куда-то в другой мир, – мир любви и счастья, восторга и очарования. Надо сказать, уже к вечеру я отвечала ему тем же. Глаза Макса меня сводили с ума, я в них утонула. В его глаза невозможно было не смотреть, таких глаз я не видела ни разу в своей жизни.

Так началась наша жизнь в поселке Дедеркой, утром мы все дружно шли на море купаться, потом – обед, отдых, и опять купание в море, а вечером – костры, карты, нарды и т. д.

Всё это время мы с Максом переглядывались, но это уже были, не просто заинтересованные взгляды в них уже читалась страсть, желание быть вместе. Через три дня после приезда я решила съездить в Туапсе за покупками, Макс внезапно тоже решил ехать. Вот, наконец-то мы одни, мне кажется, ещё чуть-чуть, – и я обалдею от счастья. Мы с Максом поехали на часовой электричке. Стоим в тамбуре друг напротив друга, молчим. Стесняемся друг друга, словно маленькие дети. Мы купили всё необходимое и отправились на вокзал, но, как, оказалось, опоздали на электричку. И тут мы вспомнили об автобусе. Побежали на автовокзал, и – вот досада! – последний автобус до посёлка Шепси тоже ушёл.

Макс предложил мне не терять времени зря и сходить на местный пляж. Там мы нашли укромный уголок, искупались и легли загорать, я решила сделать Максу спа-процедуры и стала класть ему на живот небольшие камни. Помню, как в то время хотела, чтоб он поцеловал меня, а он, словно школьник, боялся. Мы опоздали и на следующую, уже последнею, электричку. Боясь разоблачения, решили плыть на катере. Макс подошёл к пристани, увидел мужчину в тельняшке и фуражке капитана. После непродолжительной беседы с хозяином катера и в то же время капитаном этого великолепного судна он подмигнул мне, и мы поднялись на палубу. Мне в тот момент казалось, что вот она, настоящая сказка, – нет, это какой-то сказочный сон: мне не верилось, что это происходит со мной. Катер летел, ветер развевал мои волосы, Макс так смотрел на меня, как будто хотел обнять и прижать к себе.

Как мы добрались до пляжа посёлка Дедеркой – это, конечно отдельная история.

Расскажу коротко: был сильный ветер, море штормило, и катер не мог пришвартоваться к причалу. Максу пришлось нырять и плыть к берегу, он там у кого-то попросил надувной матрас и на нём приплыл обратно к катеру, чтобы забрать меня с сумками. Я спустилась на матрас, мы поплыли к берегу – точнее, я с сумками сидела на надувном матрасе, а Макс плыл и толкал к берегу наше надувное судно. Вот он, берег. Макс вернул матрас его законному владельцу, мы неспешно направились к нашему пансионату, Максим нёс сумки с продуктами, мы с ним шли до дома и хохотали. Это был наш первый общий секрет. Что-то общее объединяло нас, и нам это нравилось…

Меня спросили: «Счастлива ли ты?»

Я сразу даже не смогла ответить.

Я думаю, нет счастья без мечты,

А может, моё счастье – это дети?

А может, счастье – это просто жизнь?

Заботы, поиск, радости, работа.

Нет счастья большего – любимой быть!

И замечательно самой любить кого-то.

По бархатистой травке босиком,

Из бездны высоты под парашютом,

Иль на коньках по льду гнать с ветерком,

А может, чашка кофе ранним утром…