Поэтому нельзя врать, то есть это запрещено категорически. То есть это самое важное правило. То есть люди ставят на себе крест, реально хоронят себя, когда врут. Это очень плохо. То есть насколько бы люди ни говорили бы гадкие слухи там, про меня, по поводу того, что я там, какой-нибудь жулик – мальчик, но зря они так говорят, потому что мне смешно. Потому что мне страшно то, о чем они говорят, делать мне это страшно, мне это слабо. Потому что я знаю, каково это и чего это стоит. Я бы тогда не чувствовал себя бы так круто. Я был бы забитым кроликом, если бы я бы врал. Потому что это сразу страх, ожидание, что тебя когда-то накажут, что разоблачат. Это ужасный груз, это такой, это прямо грех. Это ужас таким человеком с такой тяжестью жить. И люди, представьте, у нас вся страна так живет! Это какой-то кошмар! Вся Россия живет с таким чувством камня на душе. Это такой ужас. Естественно, люди, которые вживую потом со мной видятся когда, кому удалось, такие говорят: «Саша, я такую энергетику от тебя чувствую! Такую эйфорию, легкость!» Естественно, так у меня, вон, у меня нет ничего, никаких страхов, ни зла, ни скрытости