Глава 3

Я отложил напильник. Работа была закончена.

На верстаке, в пятне света от галогеновой лампы, застыл монстр. Хищная, низкая рама, сваренная из труб. Четыре лапы с мощными сервоприводами в суставах.

— Wunderschön [12], — оценил я.

Вонг, который дремал на стуле в углу, всхрапнул.

Монотонный писк, настойчивый сигнал таймера. Я переключился на камеры медблока. Зеленый индикатор на панели «Саркофага» сменился мигающим желтым.

[ЦИКЛ ЗАВЕРШЕН]

[ВЫВОД ИЗ МЕДИКАМЕНТОЗНОГО СНА]

Вонг дернулся, едва не свалившись со стула. Протер глаза, посмотрел на мигающую лампочку над дверью бокса.

— Готова, что ли? — проворчал он, кряхтя поднимаясь.

Я наблюдал через камеры.

Жидкость с шипением уходила в сливные отверстия. Стекло крышки запотело изнутри. Замки щелкнули, и колпак пополз вверх, выпуская облако густого, химического пара.

Внутри лежала Катя.

Она выглядела... хрупкой. Слишком хрупкой для этого мира. Мокрая, бледная, кожа почти прозрачная, будто из фарфора. Черное месиво гематом, затянулись аккуратной розовой тканью. Она сделала вдох. Глубокий, жадный, словно вынырнула с глубины.

— Эй, красавица, — Вонг осторожно потряс её за плечо. — Подъем. Тариф истек.

Катя открыла глаза. Зрачки расширены, взгляд блуждает. Наркоз еще гулял в крови. Она попыталась сесть, но сил не было.

— Ш-шатает... — выдавила она. Голос был тихим, обессиленным.

Вонг подхватил её под локти, помогая выбраться, довел до стола в углу бокса и усадил на табурет. Сунул в руки кружку с водой.

— Пей. Это вода.

Катя пила медленно, держа кружку двумя руками, чтобы не расплескать.

Я пока не вмешивался. Дал ей время прийти в себя, пока она восстанавливала дыхание. Счет сам себя не пополнит. Семьсот кредитов на счету. Нам нужны деньги. Я нырнул в Даркнет, используя канал Вонга.

[ПОИСК ЗАКАЗОВ: ЛОКАЛЬНЫЙ СЕКТОР]

[ФИЛЬТР: БЫСТРАЯ ОПЛАТА]

Списки мелькали перед внутренним взором.

Стоп.

Заказ #890.

Тип: Курьерская доставка.

Груз: Кейс (малогабаритный).

Маршрут: Забрать из ячейки в Промзоне (Сектор А-2) —> Доставить в «Зеленую зону» (Сектор Ц-4).

Оплата: 1000 кредитов.

Примечание: Срочно.

Маршрут идеальный. Путь пролегает мимо места засады «Шакалов». Отклонение — всего пара километров.

[ПРИНЯТЬ ЗАКАЗ]

Система пискнула.

[СТАТУС: ПОДТВЕРЖДЕНО. ТАЙМЕР ЗАПУЩЕН]

Тем временем Катя уже немного оклемалась.

— Как я?.. — спросила она, кутаясь в жесткое полотенце.

— Как новая копейка, только помятая, — хмыкнул Вонг. — Ребра срослись, сепсис убили. Жить будешь. До следующей пули.

— Мне снилось... — она вдруг замолчала, глядя в пустоту. — Бункер. Хирург... А потом пришел Он.

— Кто?

— Ангел. Он был весь из света. Сказал слово, и чудовище рассыпалось в пыль.

Я подключился к динамикам.

— Morgen [13], Спящая красавица, — прервал я этот сеанс мистицизма. — Рад, что ты жива. Но спускайся с небес на землю. Ангелы по счетам не платят, а нам нужны деньги. Я только что нашел работу.

Катя вздрогнула, поднимая голову на камеру.

— Глитч?

— Он самый. У нас заказ на тысячу кредитов. Выезд через десять минут.

— Ты шутишь? Я еле сижу.

— Адреналин взбодрит.

Катя вздохнула и посмотрела на свой старый комбинезон, лежащий на ящике. Взяла его в руки, поморщилась.

— Фу... — она понюхала рукав и тут же отдернула нос. — Гарь и запекшаяся кровь.

Она перевела взгляд на свои руки.

— От меня и так разит этой дрянью из капсулы. Кожа липкая, волосы как пакля в химии... Я в душ хочу! Смыть всё это, стать чистой, нормальной... Я девочка, в конце концов, а не бомж! А ты меня заставляешь лезть в это?

— Выбора нет, — жестко, но без злости ответил я. — Будет тебе душ. И новая одежда будет. Хоть шелка, хоть кружева. Выполним заказ, получим деньги — и пойдешь в бутик. Но сейчас ты солдат. Одевайся.

Она всхлипнула от обиды, но пересилила себя. Натянула грязную жесткую ткань поверх липкого тела, застегнула разгрузку. В глазах, помимо злости, блеснули слезы унижения.

— Глитч, — спросила она — А что с машиной? Мы на чем едем?

— На «Носороге». Вонг подлатал его.

— Подлатал? — она недоверчиво посмотрела на механика.

Вонг развел руками:

— Дырки в бортах я заварил. Ходовую перебрал, масло заменил. Бегать будет.

— А башня? — уточнила Катя. — Я помню, как её оторвало.

— А вот тут у нас проблема, — честно признался я. — Башни нет.

— И что там теперь?

— Брезент, — буркнул Вонг, пряча глаза. — Натянул тент в три слоя и скотчем армированным примотал, чтобы дождь в салон не лил.

— Брезент?! — Катя замерла с открытым ртом. — То есть, у нас вместо крыши — тряпка?

— Временно, — отрезал я. — Другой брони нет. Грузись, время — деньги.

Катя покачала головой, но спорить не стала. Полезла в кабину. Я запустил мотор.

В момент, когда мы уже были готовы тронуться, по моему внутреннему каналу ударил короткий импульс.

Без отправителя.

Всплыло окно:

> ЧИП

> 44.921, 38.105

Я замер. Неизвестный. Опять.

Координаты — поле, недалеко от места засады. Прямо по нашему маршруту. Совпадение? Нет. Он знает, что я взял заказ.

— Глитч? — позвала Катя, пристегивая ремень. — Чего ждем?

— Ничего. Прокладываю маршрут.

— Вонг, открывай ворота!

Тяжелые створки поползли вверх. Мы выкатились под серый дождь.

«Носорог» шуршал шинами по мокрому асфальту, рассекая глубокие лужи. Дождь барабанил по броне и глухо шлепал по натянутому брезенту над головой — постоянное напоминание о нашей уязвимости.

Пять километров пролетели быстро. Вот Квадрат Б-7. Я сбавил ход, врубая сканеры на полную мощность.

— Scheiße, — вырвалось у меня.

Впереди ничего не было. Всё вычистили. Асфальт был в черных подпалинах от взрывов и радужных пятнах масла, но само железо исчезло. На обочине валялся только кусок оплавленного пластика — часть крыла от дрона, бесполезная, как прошлогодний снег.

Я остановил машину посреди пустой дороги.

Катя посмотрела в триплекс, потом на приборную панель.

— Почему мы встали? — спросила она. — Это здесь? Мы забираем посылку?

— Нет, — буркнул я, чувствуя, как внутри закипает злость. — Посылка дальше.

— А здесь тогда что?

— Здесь два дня назад был бой. Я надеялся... надеялся найти запчасти для Паука. Корпоративные дроны, остатки брони... Хоть что-то.

Катя оглядела пустую, вымытую дождем трассу.

— Тут пусто, Глитч. Вообще ничего нет.

— Вижу, — огрызнулся я. — Стервятники работают быстро. Всё вывезли. Мы опоздали.

— Ну, раз опоздали — поехали, — в голосе Кати прорезалась усталость. — У нас таймер тикает. Не хватало еще и тысячу кредитов потерять из-за экскурсии по помойкам.

Я промолчал. Вызвал из памяти те цифры.

44.921, 38.105.

Неизвестный знал, что здесь будет пусто. Он дал мне эти координаты заранее. Это бесило. Меня вели за руку, но выбора не было. Точка была всего в двух километрах.

Я резко вывернул руль, съезжая с асфальта на разбитую грунтовку.

— Эй! — Катя схватилась за поручень, когда машину качнуло. — Ты куда? Промзона прямо! Зачем ты сворачиваешь в поле?

— Надо проверить одну точку.

— Какую еще точку?! — возмутилась она. — Глитч, мы курьеры! Нам надо забрать груз, а не кататься по грязи! Я устала, мне холодно, и я хочу выполнить работу, а не играть в кладоискателей!

— Это по пути, — отрезал я. — Две минуты. Не ной.

— Если мы застрянем в этом болоте... — начала она угрожающе.

— Не застрянем. У меня двенадцать тонн и полный привод.

Мы ползли по грязи минут десять. «Носорог» рычал, перемалывая колесами жирную глину. Вокруг расстилалась Пустошь — серая трава, туман и редкие кусты.

— Приехали, — сказал я, останавливая машину.

Впереди, сквозь пелену дождя, проступали три сухих дерева. Они стояли треугольником посреди поля, черные, скрюченные, мертвые.

— И что здесь? — спросила Катя, вглядываясь в серость. — Дрова? Ради этого мы делали крюк?

— Координаты указывают сюда.

— Какие координаты?

Я просканировал местность. Тепловизор — чисто. Радар — чисто. Металлодетектор пискнул. Точечный сигнал. Прямо в корнях центрального дерева.

— Там что-то есть, — сказал я. — Металл.

Катя вздохнула, понимая, что спорить бесполезно.

— Ладно. Давай покончим с этим. Я выйду.

— Осторожно.

— Я быстро.

Она отстегнула ремень, открыла дверь, впуская в салон сырость и холод. Спрыгнула в грязь. Она шла шатаясь, дошла до деревьев, опустилась на колени. Пошарила в корнях и вытащила черный сверток. Подняла его над головой, показывая мне.

— Есть! — ее голос тонул в шуме дождя. — Надеюсь, оно того стоило!

Она бегом вернулась в машину, захлопнула дверь, дрожа от холода. Бросила находку на панель. Сверток был тяжелым, с него стекала грязная вода.

— Ну? — спросила она, вытирая руки о штаны. — Что это?

— Сейчас узнаем. Открывай.

Катя разорвала полиэтиленовую пленку. Внутри лежал ударопрочный кейс. Маленький, матовый. На крышке — полустертая гравировка. Логотип моей семьи.

Щелкнули замки. Внутри, на мягкой подложке, лежал чип. Золото контактов, платиновая основа.

— Neuro-X, — прошептал я.

— Ты знаешь, что это? — спросила Катя, разглядывая сложную архитектуру кристалла. — Выглядит дорого.

— Знаю. Я изобрел его двадцать лет назад.

Это был мой прототип. Идеальный мозг для любой машины и кто-то сохранил его для меня.

— Кто это прислал, Глитч? — тихо спросила она. — Откуда он здесь?

— Тот, кто хочет, чтобы мы стали сильнее, — мрачно ответил я. — И это пугает меня больше, чем пустая дорога.

Катя закрыла кейс.

— Ладно. Мозги есть. Теперь нужны деньги на остальное.

Я включил передачу.

— Ты права, Kleine. Таймер тикает. Едем выполнять заказ.

Я вдавил газ. «Носорог» взревел, выбрасывая комья грязи, и рванул обратно к трассе.

Мы вылетели на асфальт, оставляя за собой шлейф грязи. Таймер на периферии зрения отсчитывал минуты.

[ВРЕМЯ ДО ОКОНЧАНИЯ КОНТРАКТА: 48:00]

— В Промзону, — скомандовал я. — Забираем груз.

Я гнал «Носорога» на пределе, выжимая из двигателя всё.

Точка забора находилась в глухом тупике за старой котельной. Я загнал машину в тень, развернув её носом к выезду.

— Вон там, — я подсветил маркером ржавый распределительный щит на стене здания. — Это «почтовый ящик» местных. Код: 45-88.

Катя выскочила под дождь. Подбежала к щитку, едва не поскользнувшись на мусоре. Она с трудом провернула закисшие диски. Щелкнуло. Дверца со скрипом отворилась. Внутри лежал небольшой кейс, замотанный в серый скотч.

— Есть! — крикнула она, хватая посылку.

Захлопнула дверцу, запрыгнула обратно в кабину и бросила груз на свободное сиденье.

— Тяжелый, зараза, — выдохнула она, отряхиваясь. — Надеюсь, там не бомба.

— Не наше дело, — отрезал я. — Платят за доставку, а не за любопытство.

Я включил передачу.

— Теперь в «Зеленую зону». Сектор Ц-4.

Маршрут был проложен. Он вел через «Муравейник» — лабиринт старых заводских корпусов и жилых бараков.

Мы углубились в мрачные кварталы. Дорога здесь была узкой, зажатой между бетонными заборами. Фонари не работали, только фары «Носорога» выхватывали из темноты кучи мусора и ржавые остовы машин.

Внезапно впереди вспыхнули огни. Дальний свет. Резкий, бьющий по оптике. Я лишь слегка сбавил ход. Дорога была перекрыта.

Поперек проезжей части стоял старый школьный автобус, обваренный арматурой. Рядом — пара мотоциклов и ржавый пикап. На броне автобуса сидели люди. Разномастное тряпье, маски, биты, обрезы.

«Крысы». Решили собрать дань с проезжающих.

— Черт... — выдохнула Катя. — Глитч, это блокпост!

Один из бандитов лениво махнул рукой, требуя остановки. Другой направил на нас обрез. Я оценил обстановку за доли секунды.

— Они не знают, — сказал я тихо.

— Чего не знают?! — Катя вжалась в кресло.

— Они не знают физику. Пригнись!

— Что ты делаешь?!

— Пробиваю.

Я вдавил педаль газа в пол.

Движок взвыл. Двенадцать тонн бронированной стали прыгнули вперед. Бандиты на автобусе замерли. Они привыкли, что их боятся. Они не ожидали, что грузовик пойдет на таран.

Долговязый перестал махать и уронил челюсть. Кто-то выстрелил. Дробь цокнула по лобовому стеклу. Пулеметчик на пикапе дернулся к гашетке, но было поздно.

Мы были снарядом.

— Держись!!! — заорал я.

Удар.

Скрежет рвущегося металла заглушил всё. «Носорог» врезался в бок автобуса на скорости восемьдесят километров в час. Нас тряхнуло так, что у меня на секунду пошли помехи по видеоканалу. Катя взвизгнула, повиснув на ремнях. Старый гнилой автобус сложился пополам. Мы проломили его насквозь, разбрасывая «Крыс» как кегли. Переехали мотоцикл, превратив его в блин. Пикап от удара отбросило в стену. Что-то тяжелое ударило по крыше — кто-то из бандитов прилетел на наш тент, но тут же скатился назад. Мы вырвались с другой стороны, поднимая фонтан искр и обломков.

— Не сбавлять! — приказал я сам себе.

В зеркалах я видел хаос. Горящий мотоцикл, орущие люди. Кто-то палил нам в след, но пули лишь бессильно щелкали по кормовой броне.

— Ты... ты... — Катя подняла голову, хватая ртом воздух. Глаза у неё были огромные. — Ты псих!

— Я физик, — поправил я, выравнивая машину. — Масса умноженная на ускорение.

Мы ехали дальше.

Сердце стучало в ритме перегруженного реактора.

— Мы прорвались, Kleine, — сказал я. — До места сдачи три километра. Готовь улыбку для клиента.

Сектор Ц-4 встретил нас неоном и относительно ровным асфальтом. «Зеленая зона». Здесь было чище, патрули Корпорации встречались на каждом перекрестке, а воздух пах дорогой синтетической жратвой.

Мы сдали груз без лишних слов. Задний двор неприметного клуба. Дверь открыл молчаливый киборг-вышибала. Катя протянула кейс. Тот просканировал штрих-код, кивнул и захлопнул дверь.

Секунда.

[БАЛАНС ПОПОЛНЕН: +1000 КРЕДИТОВ]

[ТЕКУЩИЙ БАЛАНС: 1700 КРЕДИТОВ]

— Получилось! — Катя выдохнула, откидываясь на спинку кресла. На её лице расплылась улыбка. — Тысяча! За час работы!

— За час работы и минус одну фару, — поправил я, разворачивая машину. — Но математика в нашу пользу. Едем на базу.

Обратный путь прошел в тишине. Катя дремала, прижавшись головой к прохладному подголовнику. Я вел машину аккуратно, стараясь не привлекать внимания патрулей разбитой мордой «Носорога».

В гараж мы вкатились уже затемно. Вонг ждал нас. Он сидел на ящике с пивом, но, увидев въезжающий броневик, подскочил.

— Мать честная... — он обошел машину, разглядывая повреждения. — Вы где были? На войне?

Он ткнул пальцем в разбитую фару и погнутый бампер, на котором остались куски ржавого металла от того автобуса.

— Бампер в гармошку! Крыло поцарапано!

— Это боевые шрамы, старик, — ответил я, глуша двигатель. — Скажи спасибо, что твой брезент на крыше цел.

Катя вылезла из кабины, потягиваясь.

— Не ворчи, Вонг. Мы заработали.

— Заработали они... — бурчал механик, пиная погнутый металл. — А чинить кто будет?

— Я заплачу, — успокоил я его. — Но не сегодня. Сегодня у нас есть дела поважнее.

Катя подошла к верстаку, где стоял мой скелет. Положила рядом кейс с чипом, но открывать не стала. Мы договорились: Вонг не должен знать про «Neuro-X». Для него это просто «запчасть».

Я подключился к камерам гаража и сфокусировался на кейсе.

Семнадцать сотен кредитов. Много это или мало? Для еды — много. Для покупки одежды — достаточно, но для того, чтобы оживить Паука...

Я быстро прогнал смету в голове.

Чип есть. Это сердце и мозг. Самая дорогая часть досталась нам бесплатно, если не считать рисков.

Нужны глаза — оптика и нервы — шины данных. Ему нужна энергия — аккумуляторы повышенной емкости, а не то барахло, что стоит сейчас.

1700 кредитов — это старт.

— Глитч? — Катя посмотрела в объектив камеры. — Ну что? Мы богаты?

— Мы не нищие, — поправил я. — На одежду тебе хватит. И на пару сенсоров для меня.

— Тогда завтра шоппинг? — в её глазах загорелся огонек. Впервые за все время я видел её такой живой. Девушкой, которая хочет купить себе нормальные штаны.

— Завтра шоппинг, — подтвердил я. — Спи. Утром выдвигаемся на рынок. Нам нужно превратить эту груду труб в машину убийства. И купить тебе что-то, в чем не стыдно будет сидеть за пультом оператора и передвигаться в бою.

Вонг погасил свет в основном зале, оставив только дежурное освещение. Катя ушла в жилой модуль. Я остался в сети. Смотрел на кейс с чипом, на скелет Паука и на разбитый «Носорог». Пазл складывался. Медленно, со скрежетом, через боль и грязь, но мы ползли вверх.

«Жди, — мысленно сказал я своему будущему телу. — Скоро ты побежишь».

Я перешел в спящий режим. Завтра будет дорогой день.

__________

[12] Wunderschön — Прекрасно (нем.)

[13] Morgen — Доброе утро (нем., сокр.)