Цитаты из книг автора «Александр Солженицын»

Возврат с прогулки в камеру это каждый раз – маленький арест. Даже в нашей торжественной камере после прогулки воздух кажется спёртым. Ещё после прогулки хорошо бы закусить, но не думать, не думать об этом! Плохо, если кто-нибудь из получающих передачу нетактично раскладывает свою еду не вовремя, начинает есть. Ничего, оттачиваем самообладание! Плохо, если тебя подводит

Есть ему не хотелось, но он всё-таки съел (сукин сын!) порцию телятины и выпил пива». Читать духовное

у цели, вас снова запирают, но перед тем вручают столько листиков величиною чуть больше спичечной коробки, сколько вас есть. (На Лубянке это неинтересно: листики белые. А есть такие завлекательные тюрьмы, где дают обрывки книжной печати – и что это за чтение! угадать – откуда, прочесть с двух сторон, усвоить содержание, оценить стиль – при обрезанных-то словах его и оценишь! – поменяться с товарищами. Где дадут обрезки из когда-то передовой энциклопедии «Гранат», а то и, страшно сказать, из , да не художественных совсем… Посещение уборной становится актом познания.)

Жестокость обязательно подстилается сентиментальностью

Таково извечное и всеобщее свойство войны: чем больше собирает она горя на одном полюсе, тем больше радости высвобождается на другом

инженеров двадцатых годов: этот открыто светящийся интеллект, этот свободный и необидный юмор, эта лёгкость и широта мысли, непринуждённость переключения из одной инженерной области в другую и вообще от техники – к обществу, к искусству. Затем – эту воспитанность, тонкость вкусов; хорошую речь, плавно согласованную и без сорных словечек; у одного – немножко музицирование; у другого – немножко живопись; и всегда у всех – духовная печать на лице

не всё, входящее в наши уши, вступает дальше в сознание

Молодые усваивают, что подлость никогда на земле не наказуется, но всегда приносит благополучие

Вот высшее достижение суда: когда порок настолько осуждён, что от него отшатывается и преступник.

ушёл из человечества. И может быть – без возврата