Повесть

Глава 1. Подготовка к путешествию.

Лето выдалось не жарким, с умеренными дождями и чудесными закатами; погода в этом году приятно радовала Ивана Алексеевича. Сегодня, после прогулки по лесу, он пришёл домой сильно уставшим: тело нещадно ломило, он чувствовал себя выжатым; ноги еле двигались и отдавались болью в коленях от длительной ходьбы. Отложив все дела по хозяйству, он удобно расположился в глубине сада, в беседке, и блаженно наслаждался прохладой и тишиной. Жена его, Валентина Васильевна, ссылаясь на загруженность своими сугубо женскими делами, не приезжала в загородный дом уже три дня. В городской квартире, где они постоянно проживали, накопилось множество дел, и она решила задержаться. Дети же редко навещали их: «Всё заботы да дела житейские», ― так обычно говорил сын Иван, живший далеко от их родного города. А у дочери с зятем были свои маленькие дети, и им было не до поездок в сельскую местность. Находясь в одиночестве в своём доме, Иван Алексеевич упивался отдыхом, тишиной сада и спокойной, умиротворённой обстановкой в округе. Мысли перенесли его в то время, два года назад, когда остро стоял вопрос о приобретении этого домика под дачу, где они планировали жить только летом, в тёплые дни. С супругой долго обсуждали серьёзную покупку, сомневаясь в её необходимости, но любовь к природе пересилила все отрицательные доводы. И вот уже два года Иван Алексеевич с Валентиной Васильевной являются владельцами небольшого деревенского дома, который находится недалеко от города. Природа здесь действительно необычайно хороша. На окраине деревни расположен небольшой лес, где можно с удовольствием собирать ягоды; да и грибных мест здесь предостаточно. Река, извиваясь вокруг поселения, протекает почти у самых огородов их усадьбы. В жаркое летнее время они с большим удовольствием ходили туда купаться и рыбачить; по вечерам же часто засиживались на берегу, любуясь чудесными закатами. Деревенская тишина радовала, даруя им душевное равновесие, безмятежность и умиротворение. Эта положительная сторона сельской жизни с её уравновешенностью, покоем и нежностью вечеров приносила им внутреннее спокойствие, что было немаловажно в их пожилые годы. Ивану Алексеевичу в последнее время не давала покоя мысль, появившаяся после того, как он зимой случайно по телевизору увидел передачу про Крымский полуостров. В этой передаче говорилось, что при отступлении фашистские войска из Крыма спрятали в горах награбленные во время оккупации музейные ценности. Также в передаче упомянули, что среди этих сокровищ могло находиться ожерелье с красивым названием «Лунное ожерелье», оценённое в огромную сумму. Он заинтересовался этим сюжетом исключительно потому, что место, где, по рассказам журналиста, были зарыты сокровища, находилось неподалёку от бухты Тайная, вблизи Севастополя – в этих краях он проходил военную службу. Таким образом, давнишнее желание посетить Крымское побережье, где он служил, подкреплялось стремлением снарядить небольшую экспедицию в горы для поиска клада: «А вдруг повезёт под старость стать баснословно богатым человеком?» ― вертелись у него в голове шальные мысли.

Одному ехать не хотелось, поэтому он решил попросить жену составить ему компанию: «Понежимся на солнышке, а заодно походим по окрестностям в горах, поищем сокровища», ― говорил он ей на досуге, рассказывая о телепередаче про запрятанные драгоценности. Она ответила, что подумает над его предложением. В своё время он прошёл много километров по горному побережью Крыма и знал все местные окрестности очень хорошо. Воспоминания минувших лет печалили его лёгкой грустью, вызывая ностальгию по молодым годам, проведённым на службе, и всё чаще появлялось желание там побывать. Так, в размышлениях о поездке на Крымский полуостров и заботах по хозяйству он не заметил, как подкрался вечер.

Вечера здесь, в деревне, вдали от городской суеты, были на редкость хороши. Тишина сельской жизни успокаивала и всегда наводила на приятные мысли.

Сегодня, как по заказу, закат выдался необычайно красивым. Ярко-багряное солнце, переливаясь красным цветом в невесомом воздушном потоке, медленно скатывалось к горизонту; создавалось сказочное ощущение, будто огненно-красный шар опускается за край земли.

Иван Алексеевич окончательно взбодрился после дневной прогулки; недомогание и вялость во всём теле немного отступили, и отдых на свежем воздухе помог ему восстановиться. Налюбовавшись чудом природы, он легко поужинал; не любил есть на ночь всё, что подвернётся под руку: съел только одно яйцо и салат со своего огорода. Всё это запил молоком из погреба, которое купил в деревне у соседей. Правил здорового питания он придерживался давно и даже гордился тем, что в любые трудные времена мог питаться только полезной пищей. Старался никогда не переедать и не предаваться чревоугодию.

Пришло время ложиться спать; сегодня он решил постелить себе в беседке, расположенной прямо посреди сада. Здесь по ночам так приятно пахло травами, и не было так жарко, как в доме. Особенно благодатно воспринималась ночная свежесть после долгого дневного зноя. Небосвод неотвратимо заволакивало пеленой надвигающихся сумерек. Звёзды, по мере наступления темноты, начали отчётливее и ярче выступать сквозь бездонное чёрное пространство и с каждой минутой становились всё крупнее и выразительнее. Лежа на свежем воздухе и любуясь звёздами, которые в эти летние ночи казались просто огромными, он незаметно уснул. Ранним утром первые лучи солнца, просачиваясь тонкими световыми струйками сквозь листву деревьев в саду, разбудили его. Проснувшись окончательно, но ещё сидя на постели, он вспомнил часто повторяющийся ночной сон, где явственно видел, как набегающие на берег большие морские волны, бурля и ударяясь о прибрежные скалы, медленно отходили назад, чтобы с новой силой обрушиться на них вновь.

Иван Алексеевич усмотрел в этом сне знак свыше и принял окончательное решение о поездке в Крым. В благодушном, превосходном настроении он сделал зарядку и, весело напевая прицепившуюся с утра мелодию из мультфильма «Катерок» о морских приключениях, в котором звучала культовая песенка «Чунга-Чанга», пошёл принимать холодный душ.

С утра, как обычно, время прошло в домашних хлопотах, и, только завершив все текущие дела по хозяйству, Иван Алексеевич засобирался на рыбалку. Взял удочку, стоявшую под навесом, и направился к речке; река, хотя и не могла похвастаться большой глубиной, но рыба в ней водилась, и её всегда можно было наловить на уху. Червей он не стал копать, так как с прошлой рыбалки в холодильнике оставался варёный горох. «Попробую сначала на горох, но если не будет поклёвки, накопаю червей в овраге рядом с рекой», ― размышлял он, запихивая банку с горохом в рюкзак. Для лучшего клёва взял с собой приманку для рыбы, которую в последнее время брал на каждую рыбалку. В мякиш хлеба добавлял траву любисток и бросал в воду перед тем, как начать ловить, с благодарностью вспоминая друга, который порекомендовал ему эту прикормку. Солнце показало свой огненный шар, взошло, и утренняя прохлада отступила. Предутренние часы ― самое приятное время летом: дневной зной ещё не начался, а ночная прохлада уже ушла. Подходя к реке, Иван Алексеевич издали заметил, что излюбленное место занято. Решил не мешать товарищам по рыбной ловле, которые пришли раньше него, и прошёл дальше по течению.

Места здесь были на редкость удобные для любителей порыбачить, и на протяжении километра можно было беспрепятственно подходить к воде. Новое место, которое он облюбовал, не было заиленным, подход к воде был хорошим, так что он ничем не проиграл. Усевшись на берегу под тенистой ивой, он быстро подготовил удочку, заранее разбросав приманку. Тщательно нанизал на крючок несколько горошин и забросил леску. Получилось очень удачно: поплавок закачался на середине реки, волн не было, водоём был спокоен и тих. Ветерок, который ранним утром разыгрался, к этому времени притих, убрав рябь с поверхности воды; речка под солнечными лучами отражалась зелёной гладью и немного слепила глаза. Здесь, у осоки, клевало хорошо. «Большим уловом нельзя похвастаться, но на уху хватит», ― рассудительно думал Иван Алексеевич, запихивая в сачок ещё одну рыбу. Примерно за два утренних часа он выудил из реки двух язей и трёх небольших судаков, ощутив при этом небывалое наслаждение от рыбалки и был непомерно рад улову. Сегодня приезжает к нему жена, и ему будет очень приятно побаловать её ухой. Солнце начало припекать, и рыба перестала клевать ― он решил заканчивать рыбалку. Находясь на речке, он не переставал думать, размышляя о поездке, прикидывал, как уговорить свою супругу поехать с ним на Крымский полуостров. Мысли о поездке не покидали его до обеда.

В полдень Иван Алексеевич встретил жену на остановке. Обычно он ездил за ней на машине в город, но сегодня заранее договорились, что она приедет сама на рейсовом автобусе. Обрадованный встречей с женой, он начал рассказывать о сегодняшней рыбалке, не забывая при этом похвалить себя за хорошую работу по дому. Даже начал немного волноваться и суетиться, чего обычно не замечал за собой. Так, за откровенными и задушевными разговорами они дошли до самого дома и начали готовить обед. Жена занялась рыбой, а он принялся разводить огонь во дворе за домом, недалеко от сада. Они любили готовить вместе на природе ― процесс приготовления пищи на свежем воздухе придавал им ощущение праздника. Выкроив минутку свободного времени, он завёл разговор о поездке в Крым, и, неожиданно для него, на этот раз супруга быстро согласилась, весело проговорив: «А почему бы и не поехать, мы так давно не отдыхали на море». Иван Алексеевич безмерно обрадовался положительному ответу. За домашними делами и разговорами они не заметили, как прошёл день. С удовольствием поужинали в беседке. Приготовленная на костре уха отдавала дымком и была особенно хороша в эти вечерние часы в летнем саду. Сразу же после ужина, не откладывая, они начали искать в интернете расписание поездов и время в пути до Крымского полуострова.

 Оказалось, чтобы добраться до Крыма поездом, понадобятся сутки; столько же времени придётся затратить, если ехать на своём легковом автомобиле или на рейсовом автобусе. Не стали спешить с решением, на каком транспорте ехать, и договорились предварительно подумать, как поступить. День близился к концу. В саду начало быстро смеркаться.

 Слегка уставшие от домашних дел, они сидели на свежем воздухе, пили чай с травами. Разговаривая о поездке в Крым, обсуждали, что брать с собой и где лучше остановиться: в городской квартире или в частном секторе. Посовещавшись и обсудив все плюсы и минусы проживания на морском побережье, пришли к выводу, что жить в частном домике рядом с пляжем будет намного удобнее, чем снимать городскую квартиру вдали от моря. Так, в лёгкой, милой, задушевной беседе они встретили закат, завороживший их незабываемой красотой и таинственностью, чарующий и не похожий на предыдущий.

Конец 1 главы.

Глава 2. Поездка в Крым.

Прошло два дня после того, как было принято решение о поездке в Крым к морю; билеты на автобус были куплены заблаговременно. Супруги, после долгого совещания, решили, что на общественном транспорте ехать спокойнее, чем на личном автомобиле, за рулём которого пришлось бы провести целые сутки. В автобусе же можно расслабиться, ни о чём не думая, и наслаждаться окружающими видами во время поездки.

С вечера, упаковав дорожные сумки, они поставили их в прихожей и немного поспали перед дорогой. На автовокзал постарались приехать заблаговременно – отъезжающие пассажиры, сонно переговариваясь, ожидали посадки в этот ранний час. Водитель подошедшего автобуса в Крым протяжно посигналил, приглашая занимать свои места в салоне.

Попутчики были доброжелательны; в основном это были пожилые люди, так что все уселись без юношеской суеты – спокойно, без шума.

Перед самой отправкой, запыхавшись, подбежали опоздавшие: парочка, видимо, муж с женой лет под тридцать, и три молоденькие девчонки, скорее всего, подруги. Посадочная суета понемногу утихла, все успокоились, сидя на своих местах, и автобус, набирая скорость, начал двигаться в сторону солнечного крымского побережья.

Дорога убаюкивала; проехав часа два, Ивана Алексеевича охватила дрема, и он незаметно уснул. Проснулся он, когда солнце было в зените и своим жаром палило сверху, накаляя всю округу, в том числе и салон автобуса. Все пассажиры, открыв форточки, задёрнули шторки от солнечных лучей, стараясь подставить свои лица под струю воздуха, пробивающегося через открытые окна. Иван Алексеевич понемногу начинал приходить в себя после сна. Жена сидела рядом с томиком Есенина – стихи были её слабостью, и в поездках она могла неотрывно читать их часами. Где-то после обеда в салоне автобуса усилился шум голосов; три подруги, весело общаясь между собой, задорно смеялись. Их живой, игривый смех настроил пассажиров на добродушный лад; все взбодрились после унылого времяпровождения и начали ближе знакомиться, тихо переговариваясь.

Проехали город Новая Усмань Воронежской области, приблизительно триста пятьдесят километров от начала пути. Пассажиры попросили водителя остановиться в тенистом месте на обочине дороги, чтобы отдохнуть и перекусить. Водитель прислушался к их просьбам, съехал с дороги и притормозил. Они остановились на стоянке, отведённой для проезжающих автотуристов; столики для отдыха и приёма пищи располагались прямо под роскошной берёзой. Место было очень удобным для отдыхающих: деревья затеняли придорожную беседку, а ветерок приносил прохладу. Пассажиры с весёлым гомоном высыпали из автобуса и, поблагодарив водителя за то, что тот внял их просьбе, с удовольствием начали разминать затекшие во время сидения конечности. Группа весело настроенной молодёжи, оживлённо беседуя, уселась возле берёзы и начала фотографироваться, делая на память снимки на фоне окружающей местности; они смеялись и шутили, поднимая настроение остальным. Но долго нежиться и наслаждаться прохладой водитель не позволил, громким голосом приглашая незамедлительно рассаживаться по местам. Все уселись на удивление быстро, без толкотни и шума, и снова двинулись в путь. Пассажирам повезло, что автобус был оснащён кондиционером: ехать без него было бы невыносимо в такой жаркий день. От нечего делать почти все смотрели в окна, где во всей красе простирались необъятные просторы русской земли. Усталость овладела пассажирами; они притихли, некоторые мирно дремали в креслах, а многие с интересом, не отрываясь от окна, рассматривали красоты здешних мест. Иван Алексеевич сосредоточенно наблюдал мелькающие за окном небольшие города и сёла, расположенные рядом с трассой, неоднократно замечая, что все они довольно однотипны: с одинаково расположенными улицами, похожими продовольственными ларьками и жилыми домами. Везде около поселений находилось множество торгующих снедью людей, в основном пожилого возраста. Продавали всё, что росло в огородах здешних мест, и чем ближе к югу, тем больше становился ассортимент продаваемых фруктов и овощей. Иногда пассажиры просили водителя остановиться, чтобы размять затёкшие ноги и купить себе продуктов. Так, с небольшими остановками и перекусами, они проехали основную часть пути.

День начал клониться к закату, солнце, оттеняя деревья придорожной полосы, бросало от них причудливые тени на землю.

Было интересно наблюдать за лучиками солнца, пробивавшимися сквозь листву деревьев; они игриво перескакивали с одного дерева на другое и били ярким огненным светом прямо в глаза.

Половина пассажиров к концу дня от усталости не находила себе места. Некоторые просто сидели молча, согнувшись на сиденьях; часть вяло и тихо переговаривалась между собой.

Воздух в салоне автобуса был не слишком жарким, вполне терпимым благодаря кондиционеру, который включался и отключался автоматически, поддерживая определённую температуру, как бытовой холодильник.

 Ивана Алексеевича из лёгкой дрёмы вывел шум и толчея в салоне; оказалось, они уже подъехали к Керченской переправе и ждут очереди, чтобы перебраться на другой берег. Супруга его почти не спала всю дорогу, плохо переносила путешествия, всегда старалась отвлечься чтением.

Когда подъехали к переправе, она вместе с другими пассажирами засобиралась посмотреть закат, ― Иван Алексеевич вышел следом.

Кроваво-красное, почти огненное солнце уже наполовину скрылось за горизонтом; казалось, что море вот-вот закипит от прикосновения пламенного диска. «Такой необычной красоты закат в море в средней полосе России не увидеть», ― проговорила Валентина Васильевна, стоявшая рядом с супругом.

Через некоторое время они погрузились на паром, море в это время было спокойным и тихим.