Поймите, как я буду страдать, сударыня, если мне придется вернуться в Париж, оказаться за сотню лье от вас! Сердце мое разрывается, Диана, и я становлюсь трусом.
– Да, посвятите нас в эту тайну, дорогой друг, – подхватил Арамис. – Если только в эту историю не замешана честь дамы: тогда вам лучше сохранить вашу тайну при себе.