Глава 5

Едва Олег вошёл – массивная дверь за ним закрылась, и он остался в полной темноте. «Опять ловушка, – мрачно подумал он, – блин… Почему я всегда так глупо попадаюсь?». Олег, услышав отовсюду механический гул, даже схватился за пистолет. Не зная, с какой стороны ждать нападения, он медленно поводил им по темноте. И тут с внезапным щелчком тьму рассеял яркий светодиодный прожектор. Олег зажмурился: от такого света можно и ослепнуть! Но он всё же заметил, как на него смотрели две видеокамеры.

– Мы что-то засекли! – Резкий женский голос раздался из динамиков где-то сверху.

Олег осторожно открыл глаза. Камеры смотрели прямо на него.

– Так, это человек, – заключил голос, – ау!

Тьма вдруг снова окутала Олега, но затем вся камера осветилась нормальным светом самой обычной лампочки. Олег увидел в стене широкое окно, в котором виднелись два лица – женское и мужское.

– Расслабьтесь, – обратилась к нему женщина, – Вы в безопасности.

– Вы уверены? – Саркастически пробормотал Олег.

– Вы должны извинить нас за сканирование, – сказала женщина, склонившись над чем-то, – мы не можем рисковать.

– Как считаете, – мрачно сказал Олег, глядя, как на него с потолка медленно опускается дюжина зелёных лазерных лучей, – лишь бы только эти лазеры не повредили костюм.

При этих словах женщина, наконец, подняла на него взгляд и растерянно улыбнулась.

– Олег? Олег Ахатинов? Это Вы?

– Я очень удивился бы, если бы Вы меня не узнали, – усмехнулся Олег, пряча пистолет.

– Вы добрались так быстро? – В её голосе слышалось одновременно и восхищение, и недоверие, – вот это да! Представляю изумление и облегчение Рамзеса!

– А где он сам? – Олегу уже начало надоедать стоять под лазерами, – и кто Вы?

– Я доктор Галина Гоцман. Я слышала о Вас ещё задолго до аварии в «Мамоново».

– Да?!

«Надо же, – подумал Олег, внимательнее всматриваясь в лицо женщины, – она слышала обо мне ещё тогда? Интересно, от кого? Тогда я ведь был лишь обычным инженером».

– Вы знали меня? Как? Я имею в виду…

– Мне тогда очень много рассказывала о Вас профессор Кречетова. Она очень хвалила Вашу работу в «Мамоново». Ах, «Мамоново», – Галина даже закрыла глаза, вспоминая, – хорошие времена были. Я так завидую Вам, ведь Вы работали с Рамзесом и Натальей Николаевной в дни их величия.

– Было, девки, было, – пробормотал Олег, тоже уносясь в те далёкие дни. Он вспоминал Рамзеса, который всегда был рад ему. Вспоминал его родителей, которые всегда угощали его кофе и домашней выпечкой. Он вспомнил и маленького мальчика Руслана, играющего на полу конденсаторами и диодами.

Лазеры потухли.

– Ага, вот так! – В голосе Гоцман слышалось неподдельное облегчение, – теперь можно пройти.

Мощные двери позади Олега с грохотом разъехались, и он вышел в просторный коридор. Вслед за ним из контрольной комнаты вышла и Гоцман. Её взгляд был так исполнен смесью восторга, смущения и восхищения, что Олегу стало как-то неловко. Он даже потоптался на месте, но Галина так и не отвела взгляда. Это была стройная женщина лет сорока, со светло-русыми волосами, в очках, с приятным круглым лицом, острым носом и добрым взглядом.

– Я отведу Вас к Рамзесу, – прервала молчание Галина, – он мне не простит, если я заставлю Вас ждать.

Они пошли по коридору.

– Да, интересное название вы придумали для этого места, – сказал Олег, – почему именно «Новосибирск»?

– Рамзес назвал его так в честь академгородка в Новосибирске. Он ведь защищал там кандидатскую.

– Большие здесь лаборатории, доктор Гоцман? – Спросил Олег, осматриваясь.

– Не такие большие, зато их много, – ответила женщина, – сотрудников только мало, не все хотят работать со сложной техникой.

– Да уж… – Протянул Олег, – я полагаю, образование сейчас не на высоте?

– А Вы догадливый, – засмеялась Гоцман, – действительно, Правительство уже давно уничтожило систему образования. Ни школ, ни техникумов, ни университетов уже давно нигде нет.

– И кто же у вас тогда работает? – Удивился Олег, – наверное, такие же мастодонты, как мы с Рамзесом.

– Почти, – усмехнулась Галина, – да, у нас есть несколько специалистов старой школы. Но большинство всё-таки молодые. Мы по ходу работы обучаем их. Особенно старается Рамзес, не понимаю, как он всё успевает?

Они остановились, и Гоцман нажала на кнопку вызова лифта.

– И многого вы достигли?

– Ну, за последние месяцы мы сделали очень многое, – сообщила Гоцман, – но всё шло бы быстрее, будь у нас больше людей с Вашим опытом.

Последние слова были сказаны с явной надеждой, и Олег решил её не развеивать. В конце концов, кто знает? Может, здесь он снова вспомнит, что он инженер?

– Мы близки к созданию безотказной технологии местной телепортации, – продолжала Галина, входя в лифт, – это то, что пока так и недоступно Правительству. Рамзес полагает, что их порталы основаны на струнном эффекте, подобно нашей Калаби-Яу, но у них не те коэффициенты тёмной энергии. Они могут установить пространственный коридор из своей местности, но здесь они уже зависимы от местной телепортации. Знали бы они о наших работах…

Она вошла в кабину. Олег последовал за ней, с интересом глядя на неё. А она неплохо знает предмет.

– Да, послушайте меня только, – смутилась Галина, – я говорю как юная магистрантка. Просто не могу поверить, что, наконец-то, мы будем работать вместе.

– Конечно, поработаем, – заверил Олег, – давно я не занимался наукой.

Галина нажала на кнопку, решётчатые двери захлопнулись, и лифт поехал вниз.

– Так о чём это я? – Опомнилась Галина, – ах, да! Наталья Николаевна смогла добиться такого сжатия телепортационного луча, что никто в «Мамоново» не поверил бы.

Олег лишь смотрел, что проплывало за дверьми кабины. Они проезжали какой-то этаж. Олег увидел уютную, хорошо обставленную комнату, напоминающую комнату отдыха. Но не это смутило его. Он успел увидеть сидящего на диване парня, который задумчиво глядел на шахматную доску на журнальном столике перед собой. Не менее задумчивый вортигонт передвинул фигурку. Парень ещё больше напрягся и приготовился уже было сделать ответный ход, но Олег этого не увидел – кабина ехала дальше.

– Как же ей это удалось? – Спросил Олег, повернувшись к женщине.

– С помощью кристаллов, – ответила Галина, – вроде тех, что нашли на Плутоне. Оказывается, эти кристаллы связаны с Плутоном невидимыми струнами.

Олег машинально кивал, глядя на очередной проплывающий мимо этаж. Расположившись в просторной кухне, два вортигонта с увлечением готовили. Один из них, поправляя белый поварский колпак, с помощью половника пробовал на вкус суп, который помешивал в большой кастрюле на электроплите. Другой стоял за столом из нержавейки и, бормоча что-то, усердно нарезал ломтиками массивный кусок мяса.

– Наталья Николаевна поняла, как использовать эти струны в качестве направляющих рельсов для телепортации. А раньше просто создавался пробой в пространстве по сложно устанавливаемым координатам.

– То есть, – подытожил Олег, вспоминая все свои знания, – при местной телепортации объект всё-таки попадает на границу Солнечной системы, а затем возвращается в пункт назначения.

– Так раньше и было, – поправила Галина, – но теперь всё по-другому. Нет больше ни координационных спутников, ни огромных запасов энергии для совершения телепортации. Пришлось искать другие пути. И теперь объект всё так же идёт к Плутону, но просто огибает его и возвращается в пункт назначения, не выходя за пределы Солнечной системы.

– То есть, и энергии затрачивается меньше? – Спросил Олег, чувствуя себя снова в своей любимой науке.

– Гораздо меньше, – ответила Гоцман, – тем более, с такими уникальными источниками энергии.

Но Олег перестал слышать её. Он увидел ещё одну комнату, проплывающую за дверьми лифта. Три вортигонта стояли в длинном коридоре возле мужчины в синей одежде «гражданина». На том конце коридора на треноге висел манекен… Да это же был макет госкавалериста! Мужчина, что-то сказав вортигонтам, резко махнул рукой, словно тренер стартующим спортсменам. Вортигонты с электрическим треском напряглись, и коридор пронзили зелёные молнии. Манекен в конце коридора, дымясь, раскачивался, когда кабина уже уехала дальше.

– О, а вот и Рамзес! – Воскликнула Галина.

И Олег увидел его. В медленно предстающей перед ним лаборатории он увидел старого друга.

– Хорошо, продолжай в том же духе, – стоящий к лифту спиной парень отдал что-то вортигонту, который, взяв прибор, направился с ним куда-то в сторону.

Лифт остановился. Олег всё ещё смотрел на Рамзеса, не в силах поверить, что, наконец, нашёл его… Гоцман вышла из лифта первой.

– Рамзес, смотри, кого я нашла в шлюзе!

Олег шагнул вперёд. Рамзес обернулся. Олег помнил это лицо. Да, Рамзес изменился. Чёрные волосы местами поседели, измученное выражение лица. Сколько же Олег его не видел? Сколько раз считал погибшим? Но этот человек сумел выжить, сумел спасти семью. И теперь он – здесь. Олег подошёл, не отрывая глаз от его лица. Рамзес, поначалу смутившийся, мягко улыбнулся.

– Олег! Дай-ка мне на тебя посмотреть! – Рамзес протянул руку, – господи, да ты нисколько не изменился! Как это тебе удаётся?

– Сам не знаю, – смущённо ответил Олег, пожимая тёплую руку Рамзеса, – я даже не помню, где я был всё это время. Много времени прошло, Рамзес.

– Да уж. Последний раз я тебя видел, когда отправил тебя за помощью после энергетического выброса. Никогда бы не подумал, что на это уйдёт так много времени!

Олег рассмеялся – он не понимал, как, но этот человек не мог не подарить хорошее настроение. Рамзес засмеялся тоже, вздохнув, уносясь в те времена.

– Ну, как бы то ни было, – сказал он, – добро пожаловать в лабораторию! Это, конечно, не «Мамоново», но тоже неплохо. У нас здесь оборудование не уступает тогдашнему!

– Да, – сказала Галина, наблюдая за друзьями, – с Олегом здесь всё будет как в «Мамоново».

– Ты права, – улыбнулся Рамзес, – молодые выпускники СамГТУ в наши дни большая редкость! Ну что, Олег? Осваивайся. Давай мы вытащим тебя из этого костюма и оденем во что-нибудь более домашнее!

– Хорошо, Рамзес, – обратилась к нему Гоцман, – сейчас, я только закончу кое-какие дела и посмотрю, что смогу откопать.

Галина направилась к какой-то двери. Проходя мимо Олега, она задержалась. Её глаза смущённо смотрели на него.

– Олег, это огромная честь. Я жду не дождусь, когда мы будем работать вместе.

– Я тоже этого жду, доктор Гоцман, – мягко улыбнулся Олег.

– Называйте меня Галина, хорошо? – Тоже улыбнулась она и отошла, закрыв за собой дверь.

Олег поглядел ей вслед. Рамзес за его спиной улыбался. Олег, увидев это, покраснел.

– Хорошая женщина, – как бы оправдываясь, сказал он.

– Она действительно верит в тебя, – кивнул Рамзес, – да и мы все верим. Ладно, я не буду докучать тебе, Олег. Можешь пока осмотреться тут. Мы стараемся по возможности раздобывать самое современное и качественное оборудование. Уверяю тебя, такого ты не найдёшь даже у Кречетовой.

И он отошёл в сторону – к вортигонту, прилаживающему какую-то микросхему к большой плате. Рамзес устало развёл руками.

– Нет, не так! – Вздохнул он и терпеливо объяснил, – я же тебе говорил, что микроконтроллер нужно подсоединять к программатору через вот этот переходник…

Вортигонт, пристально посмотрев на приборы, кивнул и снова завозился с ними, на этот раз оставив своего учителя довольным.

Олег решил последовать совету Рамзеса. И тут действительно было на что посмотреть! В углу лаборатории стояла клетка телепорта, а сам он висел под высоким потолком. Оглядев аппарат, Олег пошёл дальше, рассматривая компьютеры и мониторы с данными. Невдалеке стояли большие стеклянные колбы, как и у Кречетовой, только намного совершеннее – они были компактнее и обрамлены в железный каркас. Вортигонт только что закончил прилаживать к ним какое-то устройство. Олег секунду понаблюдал за ним. Тот почти сразу отошёл к компьютерам и начал что-то набивать на клавиатуре. Олег хотел уже было пройти мимо, но вдруг заметил на полочке возле мониторов фотографию в рамке. Олег подошёл поближе и заглянул вортигонту через плечо. Это было семейное фото. Родители Рамзеса стояли на заднем плане. На переднем стоял сам Рамзес, будучи ещё совсем мальчиком, и держал за руку другого, совсем маленького мальчика. Олег смотрел в давно знакомые и ушедшие в прошлое лица.

– Рамзес! – Позвал Олег, – а где ваши родители?

И тут же понял, что этого не стоило спрашивать…

– В лучшем мире, – ровно ответил тот, – я не смог. Я не успел добраться до них вовремя. Эта фотография и Руслан единственное, что я успел тогда вытащить из этого ада.

– Прости, – прошептал Олег, – я, правда, не знал…

– Да не бери в голову, – отмахнулся Рамзес, – у меня есть Руслан, который напоминает мне о них. Он с каждым днём становится похож на мать… Посмотри-ка сюда, Олег!

Олег поспешил к Рамзесу, поняв, что вортигонт уже несколько минут неотрывно смотрит на него. Рамзес стоял у небольшого устройства с дисплеем. От устройства шли толстенные провода с бирками, подписанными простым карандашом: «Солнечные панели», «Аккумуляторная №1», «Аккумуляторная №2», «Инвертор», «Выход 12В». Олег пригляделся. Да ведь это же…

– Ну, как тебе? – Улыбнулся Рамзес, – это самый лучший источник энергии на планете. После реактора Цитадели, разумеется.

– Откуда у вас солнечная электростанция? – Удивился Олег, – я мог бы быть уверен, что теперь трудно найти такую технику.

– Сумели добыть несколько десятков солнечных модулей, в смутные времена. Их хватит, чтобы снабжать всю лабораторию энергией несколько десятилетий, может быть. Ладно, не буду тебе мешать.

Рамзес отошёл. Олег ещё минуту любовался миганием индикаторов на контроллере заряда аккумуляторов. Обернувшись, чтобы продолжить осматривать всё, Олег вдруг встал, как вкопанный. Он понял, что же именно Рамзес хотел показать ему. И это действительно стоило внимания… Олег подошёл к стенду на стене, читая заголовки наклеенных на него вырезок из газет, и не верил своим глазам. «Разломы в пространстве продолжаются», «Мировое Правительство захватывает власть во всём мире», «Владислав Дорожный назначен временным президентом Мировой Федерации». Он читал заголовки, и с каждой минутой становилось труднее дышать. Рамзес подошёл и положил руку ему на плечо.

– Что же произошло? – Олег повернулся к другу, – что случилось с миром? Как это получилось, что у нас больше нет дома?

Рамзес смотрел на заголовки статей и думал. Это было давно, но словно этих девяти лет и не было. Словно ещё вчера Земля была планетой мира и ярких красок. Учёный, наконец, посмотрел на Олега.

– Ты и вправду ничего не знаешь?

Олег лишь помотал головой, глядя на вырезки из газет.

– Пойдём, у меня есть кое-что для тебя.

Олег послушно шагнул за Рамзесом, а тот порылся в ящике стола. Через секунду он извлёк оттуда маленькую флешку. Из-под того же стола появился небольшой ноутбук. Рамзес вставил в его разъём флешку и показал жестом на экран.

– Так, посмотрим… Где тут начало?

Пока он нажимал кнопки, на экране уже успели появиться первые кадры. Олег напрягся. Вот оно. Никогда он не забудет это роковое место, где жизнь и смерть пересеклись. Каждый кадр на стене оставлял в душе Олега глубокую рану. Мелькали старые знакомые стены. Общий вид на «Мамоново». Прибывающий вахтовый автобус. Лаборатории. Тестовая камера.

– «Мамоново», – сказал Рамзес, глядя на картинку, – не будем на этом останавливаться. Тебя никто не винит. Ты не мог ничего предвидеть. Никто из нас не мог.

Олег посмотрел на него, но так и не сказал ни слова.

– Мы все ответственны за случившееся… – Рамзес опустил глаза, – главное это то, что мы будем делать дальше. После катастрофы.

– Что же произошло? – Прошептал Олег, замечая, что вортигонт тихо вышел из лаборатории.

– Ну, скажем так, волна пошла дальше.

Олег смотрел на изображение и не верил. Нет, этого не может быть! Олег вздрагивал при каждом новом кадре. Олег не хотел верить, но это было правдой. Он видел то, что действительно было. То, что он пропустил за эти девять лет. Кадры сменяли друг друга, и каждый был ужаснее предыдущего… С полок супермаркетов на покупателей прыгают хедкрабы. Ужасный зверь, похожий на крокодила с щупальцами, окружающими рот, гонится за семьёй из коттеджа. Маленькие синие чудища размером с собачек рыщут по тёмным улицам городского парка. Огромный монстр асимметричной формы, сжигая колосья огнём, опрокидывает трактор, а тракторист в ужасе убегает по полю. Акулоподобная тварь появляется из ниоткуда в аквапарке, прямо перед зажимающим нос мальчиком, который только что прыгнул с вышки…

– Что это?

– Энергетический выброс в результате аварии повлёк за собой разломы в пространстве. Через них стало насильно и хаотично затягивать существ с других планет. Не помог даже ядерный взрыв.

– Ядерный взрыв?

– Да. Минобороны доставило в «Мамоново» ядерную боеголовку и взорвало её. Сдетонировали все взрывчатые вещества, которые имелись на территории. Предполагалось, что это поможет закрыть разломы в пространстве. Но огромная доза радиации и гигантский огненный вихрь взрыва не решили проблемы. Разломы стали появляться по всей Земле. Сельская местность, пригороды и все места, которые тяжело контролировать, стали почти необитаемыми из-за нашествия хедкрабов, барнаклов и прочих инопланетных тварей. В поисках безопасности люди устремились в города.

Олег видел следующий кадр. Люди толпятся у ограды с колючей проволокой, позади виднеется большой город. Напуганные полицейские в наскоро выстроенных укреплениях стреляют по зомби за периметром.

– Возникло временное затишье, но ненадолго. А потом появились Цитадели. Всего за минуту, сразу по всему миру. Из центра города просто исчезал кусок, а на его месте вырастала Цитадель, штаб-квартира Мирового Правительства.

Новые картины. Центр города, из ниоткуда возникает огромная яма, куда падают машины, здания и люди. И – тот же вид, но уже с уходящей в небо Цитаделью. Не замечая ручьёв пота на лице, Олег судорожно обернулся на Рамзеса.

– Как? Как им это удалось?

– Члены Мирового Правительства воспользовались разломами в пространстве, которые привели к дестабилизации порядка в мире. Словно они только и ждали такого случая. А, впрочем, так и было. Без этой дестабилизации они не могли взять и захватить власть, никак. Но с ней всё изменилось за сутки… И мы познакомились с нашими новыми хозяевами, которые объединили все страны мира, сделав их своими рабами.

Олег глянул на экран: из гигантской Цитадели выходили всё новые отряды колоссальных существ, похожих на пауков на трёх ногах, с большими пушками между ног. В воздухе над Цитаделью появлялись их корабли – вроде тех, что Олег видел в каналах.

– Все люди сопротивлялись, да.