Цитаты из книг автора «Александр Чудинов»

Роялистами называли тех, кто противился какому бы то ни было ограничению королевских прерогатив. Удивительно, но самыми активными защитниками трона оказались не представители родовой аристократии, а люди не слишком высокого происхождения.

Революция — это ведь не спонтанные или даже организованные вспышки насилия, которые можно определить как бунт. Революция представляет собой смену путем одного политического или социального строя другим. Иначе говоря, подобная смена всегда происходит в нарушение существующих на данный момент норм права. Однако парадокс любой революции состоит в том, что, попирая прежние правовые институты, она должна немедленно создать новые, чтобы обеспечить сохранность и функционирование установленного в результате нее нового строя. Как раз этим и занимались в последующие два года депутаты Учредительного собрания.

Вслед за королем Учредительное собрание тоже переехало в Париж, где разместилось поблизости от новой королевской резиденции.

толпа угрюмо рокотала: «В Париж! В Париж!» И Людовик опять сдался. Предпочитая плыть по течению и не осмеливаясь искать защиты у верных ему войск, он со всей семьей под конвоем национальной гвардии и в окружении многотысячной толпы покинул Версаль.

Между тем к ночи в Версаль подтянулась и национальная гвардия Лафайета. Прибывшие с нею представители парижского муниципалитета потребовали у короля покинуть Версаль и перебраться с семьей в Париж.

Утром 5 октября сотни женщин из Сент-Антуанского предместья и «чрева Парижа» отправились в Версаль жаловаться королю на дороговизну.

Следом за женщинами к королю пришла делегация Учредительного собрания с Мунье во главе. Депутаты принялись объяснять Людовику, что на самом деле народ недоволен его отказом санкционировать августовские декреты и Декларацию прав человека и гражданина. Король поверил им и утвердил все эти акты

В течение всего сентября революционные газеты нагнетали страхи, муссируя тему «аристократического заговора». А уже в первые дни октября революционные журналисты как большую сенсацию преподнесли «известие» о том, что офицеры прибывшего охранять Версаль Фландрского полка на своем банкете якобы демонстративно топтали трехцветные кокарды.

Другим инструментом воздействия на умы стала в те дни освобожденная от цензуры пресса.

Отняв во время июльского хаоса у короля долю власти, «патриоты» надеялись в условиях новой нестабильности забрать оставшееся. Фабрика слухов Пале-Рояля с завидной регулярностью производила на свет «новости», одна страшнее другой: грядет переворот; Собрание будет распущено; аристократы уморят народ голодом и т.д. и т.п. Окружение герцога Орлеанского распространяло подобные «сведения» через торговок «чрева Парижа» — гигантского продовольственного рынка в центре столицы.