– Да в том-то и дело, что нет, – с досадой бросил Жорик. – Если бы алиби было, не было бы проблем. Я во время стрельбы в «Аладдине» дома в отрубе лежал, и никто подтвердить этого не может. А на следующий день с бодуна в бар потащился похмелиться, да там приключение себе на одно место и нашел. Будь проклят этот Вячеслав!

Заинтересованное выражение в глазах майора исчезло, уступив место насмешливому.

– А говорил – не пьешь!

Привольнов не стушевался.

– С тех пор и не пью, – заявил он хмуро и приложил к груди руку. – Поверь мне, Олег, я ни в чем не виноват. Я отвечаю тебе, – и, видя, что бывший сослуживец все еще сомневается в его искренности, рассудительно заметил: – Ну ты сам подумай: будь я главарем банды, туго набившей деньгами карманы, неужели я разгуливал бы по городу и лез к тебе в поисках правды? Да я бы давно уже осел где-нибудь в курортном городе и транжирил с девками награбленные денежки.

Стражников заколебался.

– И все равно, – проворчал он, – даже если все произошло именно так, как ты говоришь, ты обязан сдаться в руки правосудия. Полиция и суд во всем разберутся.

– Да никто ни в чем не будет разбираться! – в сердцах воскликнул Привольнов. – Майор, которому поручили вести расследование, заглотнул наживку. Он рад тому, что появился персонаж, на которого можно спихнуть дело и получить благодарность от начальства, а то и премию. Ну а мне суд даст пожизненное заключение, это точно.

Привольнов замолчал, ибо в комнату с огромным подносом вошла официантка. Она составила на стол салаты, бутылку с напитком, приборы и исчезла. Минуту спустя принесла горячее и хлеб. Хлеб «ассорти» оказался фигурно нарезанным с разных буханок – белых, черных, – а также батонов.

– Приятного аппетита! – сделав подобие книксена, девица шагнула к двери.

За то время, пока официантка приносила и расставляла заказанные блюда, майор успел пораскинуть мозгами и прийти к мнению, что Привольнов во многом прав и, похоже, говорит правду.

– Ну хорошо, – произнес он неуверенно. – Если я поверю тебе, что ты хочешь от меня? Чего добиваешься?

Жорик понял, что убедил бывшего сослуживца перейти на его сторону.

– Как что? – пробормотал он с легким удивлением. – Я хочу, чтобы ты помог мне.

– Каким образом? – Стражников покривил в невеселой усмешке губы. – Ты хочешь, чтобы я отправился в ГУВД и сказал следователям, расследующим это дело, что мой бывший сослуживец Привольнов Георгий замечательный парень и никого не убивал? Что я знаю его как честного и порядочного человека и прошу снять с него все подозрения? Так меня же там на смех поднимут. У тебя даже вшивенького алиби на момент убийства банды нет. А мою уверенность в твоей невиновности, как говорится в таких случаях, к делу не подошьешь. Да и не такая уж я большая шишка, чтобы по ГУВД ходить и вмешиваться в ход следствия.

Жорик открыл бутылку колы и, разливая напиток в стаканы, с иронией заметил:

– Ну вот, а ты хочешь, чтобы я туда пошел. Если тебе, менту, не поверят, кто ж поверит мне, деклассированному? – Признаться, идя на встречу со Стражниковым, Привольнов надеялся, что тот сумеет решить все его проблемы, однако после заявления Олега сообразил: напрасно он рассчитывал на всемогущество знакомого полицейского. – Не нужно никуда ходить и просить за меня, – меняя подход к делу, заявил Жорик и поставил бутылку на стол. – Я просто хочу, чтобы ты помог мне разыскать настоящего убийцу.

Стражников отрицательно покачал головой:

– Не получится, Жорик. Не имею права. Я работник РОВД, а дело ведет вышестоящее учреждение. Это во-первых. Во-вторых, я не следователь и не уполномочен вести следственные действия…

– Но не легально же вести, – перебил майора Привольнов. – Расследовать в частном порядке.

– Чушь! – фыркнул Олег. – При розыске мои пути неминуемо пересекутся с путями настоящих следаков. За вмешательство в ход следствия мне по шапке дадут, а то и служебное расследование назначат. А там и под статью подвести запросто могут. Как это ни банально звучит, но я представитель закона и закон обязан соблюдать и оберегать. Да и своей работы у меня полно. Так что, Жорка, извини, но расследовать это дело тебе придется самому.

И здесь прокол. Привольнов приуныл.

– Ну хорошо, – сказал он после паузы. – Можешь ты мне хотя бы информацию кое-какую подбрасывать?

Стражников отхлебнул напиток и хитро взглянул поверх стакана на собеседника.

– Это что-то новенькое, – произнес он озадаченно. – Обычно полицейские вербуют стукачей среди граждан. А ты, наоборот, из мента стукача сделать хочешь?

– Не знаю, как у вас, ментов, это называется, – хмуро заметил Привольнов, – а у нас в спецназе это называлось оказание помощи попавшему в беду товарищу.

– Ну не обижайся, я же шучу! – майор несильно хлопнул Привольнова по плечу и, видя, что тот вдруг поморщился, удивленно спросил: – Чего это с тобой?

– Да так, пустяки.

– Ах да! – вспомнил Стражников. – В ориентировке говорилось, что ты ранен и можешь обратиться в лечебное учреждение. Пуля зацепила?

– Слегка.

– И как?.. Удалось ее извлечь? – полюбопытствовал Олег.

Жорик дернул здоровым плечом:

– Ну, конечно, чего же я с пулей ходить буду.

– И как же тебе удалось, минуя лечебные учреждения, ее извлечь? – Стражников заинтересованно посмотрел на бывшего сослуживца.

– Сразу видно, профессионал, – ехидно ответил Привольнов. – Все-то тебе знать нужно. Но я бы не хотел отвечать на этот вопрос.

Майор не стал настаивать.

– Людей не хочешь подводить? Понятно. Ну и не отвечай. Давай спрашивай, что там тебя интересует. Чем сумею, помогу. Только сначала перекусим, а то еда стынет да слюнки текут.

Бывшие сослуживцы взялись за вилки. В течение нескольких минут они ели, думая каждый о своем. Стоявшую в кабинете тишину лишь изредка нарушал стук столовых приборов о тарелку да звяканье хрустальных стаканов. Привольнов давно не вкушал такой вкусной пищи. Ел он с завидным аппетитом. Покончив с горячим, Жорик вытер рот салфеткой и произнес:

– Для начала скажи мне, что представляют собой следователи, которые ведут это дело.

Стражников положил на стол вилку и отодвинул пустую тарелку.

– А кто его ведет?

– Майор Ковалев и капитан Лысенко.

Перед тем как дать характеристику названных Привольновым людей, Олег, продумывая ответ, в течение нескольких секунд смотрел неподвижным взглядом в окно, потом повернулся к бывшему сослуживцу.

– Ну знаю я этих ребят. Встречались как-то по работе. Порядочные вроде мужики, честные, принципиальные. Взяток, как мне кажется, не берут, хотя кто знает… Ну что еще… Толковые, хвалят их. Высокий процент раскрываемости преступлений.

– Ты мне про банду расскажи. А то Ковалев с Лысенко ничего об их делах сообщить толком не успели, – Жорик грустно улыбнулся. – Сбежал я от них. Даже обвинение не предъявили.

Вкусная еда оказала благотворное действие на расположение духа Стражникова. Лицо его стало лосниться, взгляд подобрел.

– Я мало что знаю об этом деле, – сказал он раздумчиво, ленивым жестом отгоняя присевшую на остатки салата муху. – Так, в общих чертах. Слышал, будто банда в нашем городе орудует. Четыре человека. Подъезжают каждый раз на разных машинах к неприметным магазинам, располагающимся вдали от оживленных мест, но к таким, у которых хороший оборот, входят внутрь и, если есть покупатели, кладут вместе с продавцами на пол. Выгребают все – выручку, товар, грузят на машину и уезжают. Если кто-то пытается оказать сопротивление, применяют оружие. Но смельчаки, как правило, редко находятся. Трое вот отыскались, так пристрелили их из автомата. И что интересно, никак на след банды напасть не могли. Фантазия у бандитов богатая, неизвестно, что в следующий раз выкинут, как нападение обставят. А после ограбления как сквозь землю проваливались. Ну так вот, когда определился почерк банды, разрозненные дела по ограблениям объединили в одно и поручили группе следователей, возглавляют которую, как ты говоришь, майор Ковалев и капитан Лысенко. Вот, по-видимому, ребята и вышли на банду, да главарь своих перестрелял и с награбленным смылся. Но это уже мои предположения. Что еще тебя интересует?

– Для первого раза достаточно, – шокированный рассказом Стражникова пробормотал Привольнов. – Мне еще эти сведения переварить нужно, да по полочкам разложить. – Он с озадаченным видом почесал затылок. – Да-а, крупно ж я влетел!

– Это точно! – авторитетным тоном изрек майор. – Ну что, собираться будем? А то работа стоит. Ко мне люди должны прийти.

Привольнов все еще находился под впечатлением услышанного.

– Пожалуй, – произнес он рассеянно и, продолжая размышлять о своем, добавил: – Непросто мне будет вывести на чистую воду главаря банды. Матерый волк он, судя по твоему рассказу.

– Но и ты не лыком шит, – подбодрил бывшего сослуживца Стражников. – Ты ж из спецназа. – Не вставая с места, майор приоткрыл дверь и громко позвал: – Девушка!

Официантка появилась несколько мгновений спустя.

– Да, я вас слушаю, Олег Владимирович.

– Счет, пожалуйста!

Девица выдрала из блокнота листок и положила его на стол. Взглянув на счет, Привольнов достал деньги и стал было отсчитывать, однако Стражников остановил его:

– Оставь, Жора, я заплачу. Тебе деньги еще пригодятся.

– А у тебя их куры не клюют, – пошутил Привольнов. – Давай хотя бы напополам.

– У нас в спецназе, – рассмеялся майор, – единоличная форма оплаты за съеденный вместе обед называлась крохоборством. Заплатишь, Жора, в следующий раз, когда проблемы решишь.

– Что ж, я не против, – весьма довольный заявлением бывшего сослуживца объявил Привольнов и убрал в карман деньги.

Стражников, наоборот, достал пачку купюр. Отсчитал несколько штук, положил их поверх счета на стол и обратился к официантке:

– Ответь-ка моему приятелю, красавица, откуда ты меня знаешь? А то он очень интересуется. Да и мне любопытно.

– А вы разве меня забыли, Олег Владимирович? – подивилась официантка. – Я ж Самойлова Лена.

– Что-то не припомню, – честно признался майор. – Кто такая?

– Ну как же, я ж в «Светлячке» паслась, как принято у вас говорить, торговала своим телом, – хихикнула девица. – Неужели не помните?

– А-а… Ленка! – чему-то обрадовался майор. – Ленка-промокашка! Вот теперь узнал. Но ты здорово изменилась.

Девица снова хихикнула и очертила указательным пальцем вокруг лица овал:

– Так я ж без боевой раскраски и путанского прикида. Обычный макияж и скромный наряд официантки.

– На работу, значит, устроилась? – Стражников поднялся, следом за ним встал и Жорик. – Это хорошо. А то вроде умная, красивая девка и таким срамным делом занялась. И как, нравится работа в кафе?

Ленка-промокашка поморщила хорошенький носик:

– Да как вам сказать, Олег Владимирович, не особенно. Послушалась я вашего совета, пошла на работу, в кафе вот устроилась. И что же, отработала несколько дней, пахала, как папа Карло, бегала, целый день суетилась, ну и рассчитался со мной хозяин – за бой стаканов, которые не бились, высчитал, ежедневную подать взял, еще там за что-то, короче, получила я за месяц ровно столько, сколько когда-то за день в «Светлячке» зарабатывала. Так как, товарищ майор, такая жизнь нравиться может? Раньше меня по кабакам водили, а теперь сама прислуживаю… А вообще-то спасибо вам за то, что в прошлый раз меня выручили.

– Ах, ты об этом, – махнул рукой Стражников. – Да ладно, чего уж там, это моя работа. – Выходя за дверь, бросил: – А работу официантки не оставляй! Проверю! – На улице, остановившись возле «Ситроена», майор пояснил: – Попала эта Промокашка под влияние одного отморозка. Наркотики употреблять стала, ну и в преступление ее втянул – драка с поножовщиной. В общем, пожалел я девку, еле-еле отмазал, а мужика того посадили. Поняла вроде Ленка кое-что в этой жизни, раз на работу устроилась… Ну давай, Жорик, – Олег пожал Привольнову руку. – Звони, если что. Только имени своего не называй. У меня с шефом параллельный телефон. И еще: не проговорись где-нибудь о наших с тобой взаимоотношениях.

Жорик взялся рукой за горло, показывая, что лучше удавится, чем проболтается.

– Ты меня знаешь. А тебе я обещаю: если не сумею найти настоящего главаря банды, скрываться от правосудия не буду. Сам приду в полицию и сдамся.

На том бывшие сослуживцы и расстались.