Конечно не домашние кондиционеры, но лучше так чем ничего. Прямо на дверях наших домиков развешали режим дня на время пребывания в этом аэропорту, который приютил нас до начала наших археологической работы в горах.

Поэтому мы не утруждались думать о предстоящих мероприятиях в этих местах. Да и какие могли быть у нас мероприятия, как только кушать и спать до предстоящего следующего перелёта на вертолёте в горах, которые окружали эту не большую впадину.

– Господа из Таджикистана! – сквозь сон, услышал, голос Томаса Мартина. – Пройдите на ужин к столу.

  Мы заранее знали, что наш ужин будет в домике столовой, которая находилась через мостик за речкой. Рядом с тем местом, где мы все вместе обедали.

Лениво потягиваясь, мы пошли обратно под душ прямо в плавках. Нам было лень накинуть на себя одежду, так как душ был в нескольких шагах от нашего домика.

Так зачем нам одеваться, а после обратно переодеваться, если можно преодолеть в плавка, туда и обратно, короткую дорогу всего в несколько шагов.

Но этикет соблюдать надо. Ведь мы в международной археологической экспедиции от ЮНЕСКО тут представляем различные культурные слои многих стран мира.

   После душа, получив бодрость во всем теле, мы всей группой направились в местную столовую, где суетились официанты с приготовлением сервированного стола.

Томас Мартин разговаривал с шеф-поваром на английском языке и показывал на стол. Видимо, сэр Роджер, закрепил Томаса Мартина по вопросам нашего питания.

Он давал сейчас указание на блюда, чтобы угодить мусульманам, христианам и католикам.

– Чтобы у вас не было ошибок в выборе неизвестных вам местных блюд, – обратился к нам Томас Мартин, – распорядился о подборе блюд европейской кухни, которая похожа на русскую, но блюда без свинины.

   В этот раз перечень блюд выглядел намного короче и скромнее, напечатанный на обычном листе бумаги. Даже ни стал изучать весь список представленных нам европейских блюд.

Заказал то, что было в списке первых, вторых и третьих блюд. Возможно, это руководители учли тот момент, что мы в обед из-за острой пищи, фактически, остались в своём большинстве голодным?

Поэтому ужин был похож на хороший обед. На первое блюдо заказал венгерские щи. Вторым блюдом у меня жаркое по-ирландски с картофелем по-швейцарски.

К третьему блюду мне подали исландский овощной салат. Пить выбрал уже испытанный напиток из смеси ягод.

Мучные продукты и сладости лежали на столе в вазах рядом с разнообразными экзотическими фруктами, которые выращивают в Индии.

Мои друзья заказали себе почти такие же блюда. Когда официанты закончили обслуживание нашей группы, Томас Мартин вышел из столовой.

Увидел в окно, как он сел на джип вместе с сэром Роджером. Они уехали куда-то за приделы нашего городка.

Проводив их взглядом, принялся усиленно набивать себе желудок, словно меня кормили в последний раз перед смертью.

Люблю всегда хорошо покушать, а тут такой случай, после прокола с обедом, можно было ужинать по-человечески и без проблем.

Так что ужин мой удался на славу. На ужине был вполне сытым. Никифоров Сергей и Касымова Зухра, сидели рядом и угощали друг друга продуктами из своих тарелок.

Они специально заказали совершенно разные блюда, чтобы попробовать всего понемногу. Откровенно говоря, завидовал им в том, что им удаётся попробовать больше различных блюд.

В то же время, было приятно смотреть на влюблённую пару, которая заботилась друг об друге.

Это была не наигранная сцена влюблённых, а настоящая любовь молодых людей. Вероятно, что они планируют свою семейную жизнь?

   После ужина все направились в домик, который был рассчитан под актовый зал заседания. В нем было много рекламы ЮНЕСКО по археологии тех мест, куда нам предстояло отправиться.

Рядом лежали географические карты с пометками предполагаемых мест работы международной археологической экспедиции. Естественно, что каждая группа вяза только то, что их интересовала по месту намечаемой ими работы.

Остальное брать не было смысла. Здесь столько полиграфии, что её можно измерять килограммами. Руководители археологической экспедиции уехали на машинах куда-то из нашего городка.

Возможно, что где-то рядом был более крупный административный город, туда и поехали наши руководители? Нам некуда было идти или ехать.

Мы занялись чисткой и стиркой своего белья. Девушки предлагали нам постирать белье, но мы сразу все отказались.

Сказали, что чувствуем себя, как во время полевых учений в армии, а там всегда обходились без помощи армейских женщин и стиркой белья занимались сами.

Так что и в полевых условиях будем заниматься стиркой и другим бытом сами, ну, в крайнем случае, на равных правах с девушками.

Конечно, девушки планировали создать из нашей группы семейный очаг.

Но парни хотели хотя бы в археологической экспедиции освободиться от семейной опеки и просто заниматься интересной работой.

Несмотря на то, что был вечер, жара в городке держалась. Это было в самый раз к нашему влажному белью, которое мы развесили на лавсановых стропах между домиками.

Продуваемое тёплым ветерком наше постиранное белье быстро высохло, примерно, через час мы занесли его в наши комнаты, чтобы утром уложить в свои рюкзаки с другими вещами снаряжения. Ведь завтра утром мы вылетаем работать в горы.

3. Археологические раскопки.

Нам было приятно находиться в этом гостеприимном городке Индии. Однако все наши мысли были там, высоко в горах, где мы должны были проводить археологические раскопки.

Поэтому мы с огромной радостью и воодушевлением услышали ранним утром после завтрака объявление о сборах на посадку в вертолёт.

Откровенно говоря, собирать нам было нечего, кроме своих рюкзаков. Весь основной груз и снаряжение отправили вертолётами до нашего прибытия в городок.

На посадку в вертолёт мы пошли налегке и там свободно разместились. Как договаривались мы с руководителями экспедиции, нашу группу сохранили.

Кроме нашей семёрки однокурсников в вертолёт сели Ахтам Бабаев, Томас Мартин и Ян Робинсон.

Вероятно, Томаса Мартина и Яна Робинсона отправили с нами по той причине, что хорошо говорили на русском языке?

Ахтам Бабаев говорил на английском, таджикском, русском, узбекском и арабском языках.

Возможно, что Томас Мартин и Ян Робинсон знали также местный язык хинди? Кроме меня, все остальные мои однокурсники знали языки Средней Азии.

Таким образом, в нашей группе присутствовал набор разных языков речи, которые могли пригодиться нам во время археологической работы в горах и во время встречи с местным населением.

Контакты могли оказать какое-то содействие во время археологических раскопок. Пёстро разукрашенный вертолёт немного подёргался во время раскрутки винтов.

Легко оторвавшись от земли, стал набирать высоту. Наша группа первой вылетала в горы, туда, где за склонами коричневых гор виднелись остроконечные заснеженные вершины.

Мы ничего не знали об этих горах, а спрашивать некогда. Нас дружно провожали все оставшиеся участники международной археологической экспедиции и персонал городка, которые вышли на вертолётную площадку и махали нам руками, пока вертолёт взлетал.

Затем все они исчезли где-то внизу на площадке. Вертолёт направился в сторону коричневых гор за зелёные склоны.

Под вертолётом потянулись небольшие поля с узкой лентой притока реки Инд, порошей деревьями и кустарниками.

Вскоре появился редкий лес хвойных деревьев, которые сменил серый ландшафт гор. Долго смотрел в иллюминатор вертолёта на скучную картину под нами, но после мне надоело смотреть.

Стал дремать. То же самое делали все участники нашей группы. Они разместились в своих сидениях, пристегнувшись крепко ремнями, дремали на своих рюкзаках, которые у каждого из нас разместились на коленях.

Когда вертолёт начал кружиться на месте и осторожно спускаться вниз, посмотрел в иллюминатор. Кроме серых скал и жёлтой глины, местами поросшей травой, ничего другого вокруг не было.

Пытался увидеть хотя бы какие-то постройки или развалины древности, но ничего не было видно вокруг места, на которое собирался сесть вертолёт.

Даже завезённого нам ранее снаряжения на раскопки не было видно. Как только вертолёт произвёл посадку.

Мы вышли на землю, покрытую жёлтой глиной с трещинами от засухи, вертолёт тут же включил свои двигатели. Поднимая клубы пыли, поднялся над котловиной, в которой находились мы. Вертолёт быстро скрылся за отвесными скалами гор. Больше мы не слышали его треска.

– Вот это да! – жалобно, воскликнул Никифоров Сергей. – Настоящая ловушка до стихии и врагов. Отсюда никуда не скроешься во время землетрясения, наводнения, нападения зверей и какой-то другой стихии.

– Здесь есть проходы. – сказал Томас Мартин. – Кто не доволен этим местом, того можно быстро заменить на другого.

– Нет! Нет! – поспешил поправить свой прокол в речи, Никифоров Сергей. – Остаюсь здесь. Это даже романтично, чем где-то на археологических раскопках вблизи городов и дорог, куда постоянно приходят разные зеваки.

– Тогда приступаем к работе. – настойчиво, сказал Ян Робинсон, который, возможно, был здесь в каменном котле раньше нас?

Ян Робинсон уверенно направился в расщелину между скал, где вскоре мы увидели ящики нашего снаряжения и необходимого инвентаря, которые лежали под небольшим навесом в скале.

Все ящики подписаны на русском и английском языках, так что нам легко было определить место нахождения необходимых сейчас нам вещей.

Ян Робинсон взял на себя руководство по установления места нашего жительства в горной котловине.

Томас Мартин принялся разворачивать космическую связь с главным штабом международной археологической экспедиции, которая осталась за пределами горного массива, окружающего нас со всех сторон скалами.

Если бы не космическая связь, то не представляю, как мы могли бы связываться тут.

– Здесь есть несколько родников и уютные пещеры, в которых когда-то жили люди. – сказал нам Ян Робинсон, указывая в другу расщелину между громадных скал. – Жить мы будем там все вместе. Работать будем в другом конце котловины, примерно, в километре от места жительства. Большую часть дневного времени мы будем находиться на рабочем месте и там питаться. На кухне будем дежурить по очереди вдвоём.

Ян Робинсон рассказывал нам о нашей задаче и условиях в археологических раскопках. В это же время распаковывал ящики и помогал укладывать вещи в раскладные алюминиевые тачки с брезентом и одним колесом.

На этих тачках мы стали перевозить все свои вещи к месту жилья, на которое нам указали сразу. Место в скалах обжитое когда-то людьми, неожиданно поразило нас своим видом.

Перед нами появился настоящий храм, вырубленный в скальной породе. Прямо от нескольких родников, бьющих живительной влагой из-под камней, вырублены каменные ступени, которые поднимались к двум вырубленным колоннам высотой, примерно, шесть метров.

За колоннами у входа начинался зал квадратной формы размером, примерно, по десять метров каждая сторона. Возле каждой стороны резные колонны из камня подпирающие потолок и пол в резном зале. Через две колонны проем в небольшое помещение, в котором, вероятно, жили эти странные люди во время строительства храма? Пол и стены зала украшены резным растительным орнаментом неизвестного ранее вида и культуры, которую мы не изучали на курсах и лекциях по культуре в нашем университете.

Здесь нигде не было признаков краски и ни одной картины живой природы. Видимо, люди поклонялись растительному миру, а не животной природе, окружающей повседневную жизнь.

По всему видно, что странные люди тут не жили. В этом каменном котле нет никаких признаков жилья людей.

Словно странные люди пришли вырезать храм из камня и уйти обратно к себе. Только куда ушли странные люди из храма, вырубленного в скале?

– Возможно, что этих людей застигла стихия? – сказал Томас Мартин, словно прочитал мои мысли. – Может быть, было сильное землетрясение или наводнение, которые заставили людей покинуть эти места? Но жили они здесь очень долго. На вырубку в скальной породе этого храма понадобилось несколько десятилетий или даже несколько поколений мастеров живущих здесь людей. По рисунку растительного орнамента видно, что за это время менялись люди и культура народа. Вполне вероятно, что само племя изменило себя?

– Зато теперь нам есть выбор где жить. – сказал Ян Робинсон. – Мы предоставим дамам выбрать место своего проживания на сезон археологических раскопок.

Девушки не задумываясь, отправились в ближайшее помещение, которое освещалось солнечными лучами, пробивающимися откуда-то из расщелины над колоннами у входа в зал.

Мы выбрали помещение напротив девушек, которое вскоре тоже осветилось солнечными лучами, пробивающимися из других расщелин над колоннами у входа в зал.

Вскоре зал был освещён солнечными лучами, которые проникали через множество расщелин над колоннами при входе в зал и отражались от полированных пластин белого мрамора, установленных в разных местах зала.

Получалось общее освещение храма солнечными лучами. Очень похожей на подсветку с разных сторон фонарями, свет которых хорошо освещал весь храм, но не слепил глаза находящихся в храме людей.

Это так сильно похоже на пещеру духов, в которой были мы с братом Юркой в горах во время охоты на кекликов.

С той разницей, что вход в ту пещеру был потайной и с предупреждающей надписью об опасности на различных языках.

Кроме того, в пещере духов не было такого резного орнамента и освещение, отражённое от огромных скорлуп мидий, ослепляли присутствующих в зале пещеры духов.

Однако, сам стиль подсветки выполненной по методу фото-умножителей и отражателей, указывал на то, что это был один и тот же народ или, в самом крайнем случае, так люди храма и пещеры духов знали о технике выполнения подобного освещения от одного и того же источника знания.

Возможно, что кто-то из народов поделился своим знанием с другим народом, поэтому у них схожие культуры? Наши археологи выбрали себе помещение прямо напротив входа в зал храма. Конечно, это было удобно им за наблюдением о перемещении возможных нежданных гостей, которые могли проникнуть в зал храма. Хотя, это только такие безумцы, как мы, могли случайно проникнуть по отвесным скалам в этот каменный котёл между гор.

Ничего живого поблизости от храма не было и строение самого храма видно лишь только из середины этой каменной котловины.

Так что нет никакого смысла опускаться людям в эту каменную чашу и нападать на нас. Сейчас здесь за сотни километров нет ни одного поселения и нет живых людей.

– Интересно! Кто же из людей обнаружил этот храм до нашего прихода сюда? – спросил, у Яна Робинсона.

– Совсем недавно, – ответил Ян Робинсон, – местный охотник полез в расщелину за своей собакой и увидел эту красоту. Об этом храме мы узнали буквально несколько дней назад, перед вашим прилётом сюда. Так что вы самые первые посетители этих мест. Не считая того охотника и меня с вертолётчиками. Мы даже не планировали на этот год никаких раскопок в этих местах. У нас были намечены другие места раскопок.

– Почему тогда, решили проводить, срочно, археологические раскопки? – спросил Гиясов Морис.

– Дело в том, – опять, ответил Ян Робинсон, – что на следующий год ожидается резкое атмосферное потепление. В этих горах пройдут массовые муссонные дожди. Этот котлован может заполниться водой. Тогда никто из археологов не сможет изучить эти места. Нам с вами повезло. В это время дожди бывают очень редко.

Весь первый день в этом каменном котле у нас ушёл на благоустройство своего жилья. Томас Мартин наладил прямую космическую радиосвязь с сэром Роджером и доложил ему, что мы уже устроились с жильём на историческом месте и с завтрашнего дня приступаем к работе.

Сэр Роджер поздравил нас началом. Мы так были увлечены благоустройством своего места жительства, что совсем забыли про наш обед.

Только когда тень сумерек накрыла нашу каменную котловину, мы поняли, что пора подумать о пище.

Ян Робинсон включил свет от портативной мини-электростанции и девушки взяли на себя обязанности хозяек стола нашего храма.

Мы решили приготавливать себе пищу за пределами храма, чтобы не коптить святое место нашими спиртовками, газовыми горелками и полуфабрикатами продуктов.

Поэтому поместили свою кухню чуть в стороне от входа в храм, в пяти шагах от родника с живительной водой. Ян Робинсон установил там освещение.

Вскоре каменная чаша нашего места проживания наполнилась ароматом приготовления пищи.

Вполне естественно, что первый наш обед в этом каменном храме взялись готовить девушки.

– Мужчины! Просим к столу. Кушать подано. – услышали мы голос Касымовой Зухры, к ужину.

– Если бы вы знали, какой голодный! – потирая ладони, сказал Ахтам Бабаев. – Собаку бы съел.

– Между прочим, собаку ел. – сказал, присаживаясь к раскладному столику. – Когда работал с корейцами по орошению полей в Дангаринской долине. Корейцы сварили рагу по-флотски из собачьего мяса. Ничего, как, видите, жив.

– Это ты нам расскажешь в следующий раз, – прервал меня, Никифоров Сергей, – а сейчас ужин без собак. Иначе мы тебя съедим.

Ни стал возражать против замечания Никифорова Сергея и тут же принялся за свой ужин, который приготовили нам девушки из различных концентратов и полуфабрикатов сухих продуктов.

Это нельзя было назвать домашней кухней или индийской кухней, которой мы питались вчера и сегодня утром, но за накопившимся голодом нам было не до разбора вкусовых качеств.

Нам надо было уже привыкать к подобной кухни. Мы ели, не обсуждая приготовленные продукты на ужин.

Каждый так голоден за день, что спешил утолить свою жажду голода, словно его могли оставить голодным на целую ночь.

Даже девушки, которые всегда старались следить за своей фигурой и поэтому ограничивали себя в употреблении калорийной пищи, сейчас забыли о своей диете, ели все, что приготовили сами. Им теперь долго не придётся сидеть на диете.

– Спасибо, хозяйки, за ужин! – деловито, сказал Гиясов Морис, медленно поглаживая свой живот. – Сейчас не мешало бы мне прочитать вечерние новости и посмотреть телевизор на ночь. Жаль, что прессы здесь нет.

– Газету вечерних новостей вам не обещаю, – произнёс Томас Мартин, – но телевизор будет обязательно.

– Вот это да! – радостно, воскликнул Никифоров Сергей. – Тогда здесь можно долго жить! Хоть до глубокой старости.

– Насчёт долго жить, у меня нет желания. – подметил Ахтам Бабаев. – Меня дома ждёт семья. Вот если ты будешь так сильно орать в этом котле, то мы и до утра не доживём. Нас засыплет обвалами или землетрясением, которые можешь ты вызвать своими криками в котловане. Так что ты лучше здесь потеши говори.

Ахтам Бабаев был прав. После громкого возгласа Никифорова Сергея, раскатистое эхо прогромыхало в каменном котле нашего места жительства и с отвесных скал посыпались камешки.

Просто удивительно, как странные люди выдалбливали целый храм из каменных глыб и не вызвали обвалов.

В то время как громкий возглас Никифорова едва не устроил завал котловины. Возможно, тут был какой-то бесшумный метод обработки камня?

Однажды видел в Северной Осетии, как, чередуя струю огня и воды, почти бесшумно делали обелиск из каменной глыбы.