Глава 6

Ветка под стопами хрустнула, не выдержав веса, и я сорвалась вниз, но сгладила силу удара от падения перекатом. Выпрямившись, сделала глубокий вдох и задрала голову к уже потемневшему небу.

- Как же я устала… - прошептала едва слышно.

Размяв шею, нашла взглядом брошенное древко и рухнула рядом с ним, уперевшись спиной в шершавую кору. Подхватив сырое, пока ещё не обтесанное основание, вытащила из-за пояса нож и приступила к делу.

Стружка летела во все стороны. Я делала рваные, резкие, нервные движения, но иначе не получалось. Я не могла взять себя в руки, судорожно втягивая в легкие воздух и осознавая, что хотела бы, чтобы меня обхватили его руки. Крепкие, умеющие держать меня мёртвой хваткой за талию или плечи в попытке удержать не только рядом с собой, но и меня саму от падения в бездну.

Лезвие срывалось, царапало кожу, резало пальцы, отрезало больше нужного, делая древко уродливым, но я не останавливалась. Ярость, смешанная с пожирающей тело и душу усталостью, накатила как мощный прилив и норовила утянуть меня на глубину, подальше от берега самоконтроля, подальше от возможности дышать полной грудью.

Всего один день. Один чертов день в его доме, с его запахом, с его голосом, с его касаниями, которые стирали границы быстрее, чем я успевала рисовать новые и я размякла. Сталь превратилась в глину… Понимаю, что должна держать дистанцию, приказываю себе не поддаваться, не дышать с ним одним воздухом, не смотреть в глаза, которые видят меня, а не Защитницу или ещё кого. Меня. Даже сквозь всю ложь, все барьеры, Саргону удаётся смотреть глубже, но… недостаточно. Не могла определиться хорошо это или плохо, поэтому постоянно убегала от этого вопроса.

Мы враги… чтобы между нами не было, мы враги, а я совершаю промах за промахом. Говорю лишнее. Смотрю слишком долго. Позволяю дистанции таять на глазах. Оставляю следы там, где должна быть только тишина и точный расчёт. Я слабею, злюсь, но в то же время наслаждаюсь моментами своей слабости. Мои щиты рушатся даже наедине с самой собой, и это самое страшное.

Каждый раз, глядя на Саргона, я вижу того, кого хочу защитить, коснуться, обнять… а затем перед глазами сверкает вспышка, будто во время грозы, и я вижу не его улыбку, а его окровавленное, обездвиженное тело, валяющееся на земле. Я не… вывожу. Не справляюсь. Мне плохо. Меня тянет вниз, к земле, к тому, чтобы рухнуть даже не на колени, а лицом в грязь и просто лежать.

Вот оно доказательство. Я снова ною, и от былой роскошной выдержки не осталось ни следа.

Рукоять ножа трещала от силы сжатия, костяшки побелели, по телу прошелся, удушающий жар, контрастируя с холодом, который леденил позвоночник и легкие. Меня начало трясти. Мелкая, неконтролируемая дрожь в плечах, в предплечьях, в горле. Я сжала древко так, что чуть не сломала его, но это не помогло. Ничего уже не помогало, и я сдалась.

Рот распахнулся, воздух, застрявший комом в горле, взорвался и беззвучно вырвался наружу, обжигая связки. Я орала в пустоту, слыша лишь шум в голове и скрип древка в руках. Я прожигала серое, низкое давящее небо взглядом, ощущая, как подкатывают слезы, но это был уже перебор. Только не они. Только не полный крах моего и так едва дышащего самоконтроля. Хватит и вековой усталости, въевшейся в кости и ставшей моей неотъемлемой частью. Хватит боли, которая душила лучше профессионального убийцы с местного острова.

Пальцы разжались, и я откинула древко, чтобы впиться в землю ногтями. Влажная, тяжёлая почва стала якорем, который пытался удержать меня, пока я раскачивалась вперёд-назад.

Вдох. Выдох. Я попыталась собрать себя по кусочкам и залатать трещины, но их было так много… так чертовски много… Бросив взгляд на реку, бегущую прочь от меня, вскочила на ноги и, не думая, сорвалась с места. Не выходит у меня, возможно, у воды получится лучше и она заткнет мои пробоины собой.

Холод ударил по щиколоткам, затем обхватил бедра и обнял за талию. Река была мелкой, но мне и этого хватило. Я рухнула на колени и ушла под воду с головой в попытке остудить кожу и проораться под толщей звуконепроницаемой стихии. Беззвучный крик хорош, но был огромный недостаток. Его и правда никто не слышал. Никто кроме меня самой.

Пять часов назад

Дверь за спиной закрылась с глухим щелчком, тем самым, отрезав меня от стен дома и позволив окунуться в зелёный мир. Босые ступни коснулись земли, затем травы, и я улыбнулась. Свежий воздух наполнил лёгкие, и тело уже было готово рвануть вперёд, чтобы пробежаться и размяться, но ощутив на себе взгляд, повернула голову в сторону. За стеклом, через которое я не могла видеть, кожей ощутила взгляд карих глаз. Саргон точно стоял возле окна и смотрел на меня. Наверняка переживал и мучался от волнения за то, что я сбегу от него. Дурак… Я покину его, только когда придёт время. Не раньше. Слегка улыбнувшись, оторвала взгляд от окна, сорвалась с места и рванула вперед, огибая стволы деревьев, кустарники и ощущая свободу. Лживую, недолгую, но всё же…

Пробежавшись, я добралась до сосны, возле которой видела тень прошлой ночью и пошла по следам. Лёгкие отпечатки стоп, сломанные ветви, обтертая кора. Я изучала всё и нюхала воздух, пытаясь уловить лишние для этого места запахи. В процессе выслеживания цели собрала немного корней и трав с грибами на чёрный день, который обязательно настанет. Привычные занятия успокаивали и вызывали приятные ощущения. Я скучала по своему миру, каким бы он ни был. Скучала…

Мысли прервал шорох, раздавшийся не справа, не слева, а сверху. Я замерла, затем отступила на шаг назад и задрала голову. Тень отделилась от ствола дерева и плавно, без лишних движений и шума, рухнула вниз, приземлившись почти беззвучно, несмотря на то, что на ногах были надеты ботинки.

Я медленно осмотрела копию своего комплекта Защитницы. Протертая кожа, мешочек, заплетенные волосы, стянутые в тугой хвост, нож на поясе и ещё один в зазоре между щиколоткой и ботинком. Лицо наполовину было скрыто тканевой зелёной маской для скрытия шрамов. Добравшись до глаз гостьи, увидела в них то, чего не хотела, но ожидала. Холод, упрёк, доля вины.

- Решила прогуляться по вражескому острову, Бейра, - я пропустила мимо ушей выделение моего имени интонацией.

- Не я одна, судя по всему. Рада тебя видеть, Табика, - сказала искренне.

- И я тебя.

Тишина повисла между нами удушающей двухсторонней петлёй, и я провела ладонью по лицу, стирая невидимую, но ощутимую грязь. Сделав глубокий вдох, прислонилась к дереву плечом, стараясь не думать об очевидном.

- Как тебе здесь? - задала вопрос, не глядя в глаза, скосив взгляд на её ботинки.

- Ничего, - ответила Табика, поведя плечом, не скрывая готовности наброситься на меня. - Местами живенько, местами убого.

Я усмехнулась и кивнула. Лучше не скажешь.

- Как давно ты здесь?

- Достаточно, чтобы осмотреться и увидеть то, что ты творишь, - отозвалась Табика.

Голос стал тише, но просачивался в мозг не хуже крика. Я медленно перевела взгляд и заглянула в её глаза.

- Не понимаю, о чём ты.

- Правда, сестрёнка? - с усмешкой спросила меня, добавив каплю яда в последнее слово. - Не видела отвращения на твоём лице, пока твой язык был в пасти твоего врага.

Желваки у меня заходили ходуном, в попытке перемолоть воздух, который вдруг стал слишком осязаемым. Пальцы сами нашли рукоять ножа, медленно вытащив его из крепления.

- Судя по засосам на твоей шее и груди, ты и сама недурно проводишь здесь время, сестрёнка.

- Это синяки.

Я приподняла бровь. Серьёзно?

- Попытаешься убить меня? - поинтересовалась у Табики, ощущая, как бессмысленно утекает время.

Она сделала шаг. Потом ещё один. Дистанция сократилась до вытянутой руки. Лезвие её ножа легло на моё предплечье и резко, молниеносно полоснуло по коже, позволив крови едва показаться из укрытия. Её глаза не отрывались от моих, но я не могла прочесть всё, что в них видела. Там было слишком много всего.

- Давно мы не бились на ножах, навык не растеряла?

Ответом послужил мой молниеносный выпад в её сторону. Лезвие полоснуло по её бедру, распоров плоть и позволив пролиться первой настоящей крови, окропившей землю. Я отскочила назад и, встав в стойку, приготовилась к тому, что грядёт.

- Как видишь, нет.

Усмешку на её лице сменил оскал, и мы с рёвом сошлись в попытке защитить свою правду. Проблема была в том, что у каждой из нас она была своя.

Вода стекала с волос, капала на колени и сбегала по коже на землю. Я сидела на берегу, подтянув колени к груди, и методично вгоняла нож в землю. Это должно было успокоить. Помочь плавно вернуться в состояние, когда я была гранитной стеной, сильной воительницей и не знающей страха девушкой. Это должно было успокоить… но внутри всё кипело и сотрясалось, а горячий, липкий ком в груди никак не рассасывался, лишь тяжелел.

Слух уловил шаги, но голову я так и не подняла, так как знала эту поступь. Знала, как сгущается воздух, когда он приближается ко мне. К моменту его появления рядом, на лице уже сидела маска. Кривая, уродливая, искривленная и стекающая с лица при каждом вздохе, но упорно натягиваемая обратно.

- К тебе можно?

Голос прозвучал приглушенно, как-то осторожно, словно Саргон боялся спугнуть меня. Думала, мы уже перешагнули эту черту…

- С каких пор ты спрашиваешь? - не хотела грубить или хотела… как я устала…от самой себя в том числе.

Подхватив камень с земли, завела руку за спину и швырнула в реку, подняв лёгкие брызги, но ни капли не облегчив своё балансирующее на грани краха состояние.

Саргон не ответил. Молча сел рядом настолько близко, что кожи коснулся лёгкий жар от его тела, а в нос ударил запах, от которого я зажмурила глаза, слегка отвернувшись. Мы оба смотрели на реку перед нами, но при этом я ощущала его взгляд на себе.

- Что? - бросила, не поворачиваясь, дабы натянутая до предела струна внутри меня, не спружинила и не полоснула по шее обладательницу.

- Ничего.

Я не могла не ощутить, вновь появившуюся между нами пропасть. Ее невозможно было увидеть, но я чувствовала её в повисшей тишине и напряженном воздухе. Должна была бы радоваться тому, что всё так, как и должно быть. Дистанция. Секреты. Тишина. Но…я испытывала, что угодно, кроме радости. Челюсти свело от напряжения, злость прожигала изнутри и доводила до трясучки. Эта, казалось бы, бесконечная игра в кошки-мышки, где мы с Саргоном оба были и хищниками, и добычей убивала. Медленно, злорадно, издевательски. Чем-то напоминало тропу из осколков и кусков металла в годы обучения. У меня так мало времени на пожить. На побыть просто человеком. Молодой девушкой, которая хочет…

- Послушай... - Саргон слегка наклонился ко мне. - Можешь, пожалуйста, надеть вот это.

Что-то маленькое упало мне на ладонь, и я опустила взгляд. Прохладный, гибкий, резиновый чёрный браслет с вставленным посередине куском пластика.

- И что это? - я перекатывала резинку между пальцев, пытаясь не показать, насколько ощутимо окаменели кости, чувствуя надвигающийся шторм.

- Устройство для слежения, - тихо сказал он. - Я смогу видеть, где ты. Буду знать всё, ли в порядке…

Моя выдержка сдетонировала. Спасибо, что хотя бы не соврал и не сказал, что это просто безделушка. Я натянула резиновый ремешок между пальцев и отправила в полет под ноги Саргона.

- Обойдусь. Я не хочу, чтобы за мной следили, - ощетинилась, голос стал острым, как заточенный кол, который хотелось вогнать кому-нибудь в…

- Это для твоей безопасности. Я не…

- Нет! - доходчиво отозвалась, рявкнув и поднявшись на ноги.

Мне хотелось уйти. Исчезнуть. Убить Саргона и одновременно с тем подойти, заглянуть в глаза и встряхнуть разок или несколько. Он же знает меня… как я думала. Как можно предложить надеть на меня ошейник? Желать контролировать?

Рыкнув, начала стремительно удаляться от придурка, дабы он не пострадал.

- Бейра! - его рука обхватила моё запястье и он рывком развернул меня к себе. - Одень этот чёртов браслет, - сверля меня взглядом, прошипел.

Я шагнула к нему и, оказавшись нос к носу, задрала подбородок и явила оскал.

- Нет.

У Саргона дрогнул лицевой нерв, и мы одновременно сцепились друг с другом. Началась отчаянная возня упёртых детей, которые отстаивали свои желания, не желая идти на уступки. Он пытался надеть мне резинку на руку, я выкручивалась, вырывалась, билась и рычала. Уже подумала и правда расцарапать ему лицо, но он вжал меня спиной в шершавую кору сосны и запер в клетке из мышц и жара своего тела. Одна рука прижала мои запястья к стволу, вторая возилась с застёжкой, в то время как его бедра вдавливали мои, чтобы я не лягалась.

- Чёрт, здесь опасно, - выдохнул мне в висок. - Я не хочу, чтобы тебе навредили. Одень его, мать твою, - натягивал браслет на мою руку. - Я лишь хочу…

- А я не хочу быть твоей игрушкой! - слова вырвались сами, и я подавилась воздухом, задержав дыхание.

Его пальцы замерли, а затем сжались сильнее. Резинка плотно села на запястье, но казалось, что обвилась вокруг горла, а не руки. Саргон не отступил, наоборот, подался ближе, грудь прижалась к моей, а взгляд впился в мой.

- Не смей так говорить, - угроза так и сочилась из него. - Ты для меня не игрушка.