1

Заканчивалась третья неделя с момента, как капитан Браун перестал присылать отчеты. Однако для полковника Ливингстона это не стало сюрпризом, ведь он задал тому слишком высокий темп.

Полковник понимал, что слишком рискует своим единственным настоящим сотрудником, но это казалось ему оправданным, поскольку его далеко идущие грандиозные планы оставались под угрозой, пока где-то имелся важный и опасный свидетель их с Брауном бизнеса в Океанике.

Но боялся Ливингстон не судебного преследования. С его деньгами он мог нанять достаточно профессиональных и влиятельных адвокатов, чтобы свести к минимуму возможные «потери». Однако этого судебного разбирательства для них с Брауном могло не состояться.

В этот крайний раз куратор их выручил, спрятав подальше и понадежнее, однако Ливингстон понимал, что при следующем таком случае, исходя из рациональности, от них могли избавиться, как от слишком проблемного актива.

Полковник поднялся из кресла и подошел к окну кабинета, откуда хорошо была видна стройка нового корпуса.

Ничего особенного, здание возводили из готовых панелей и строительство велось уже неделю прибывшей из округа бригадой.

Для него самого это стало новостью – район приобретал еще большее стратегическое значение и базу решили срочно усилить самым совершенным оборудованием и соответствующим персоналом.

Рабочий корпус уже достраивали, а на периферии – за плацем подготавливали площадку для небольшого жилого здания на тридцать человек. Но пока приказали готовиться принять лишь половину.

Пару дней назад Ливингстон с сержантом Митчеллом сгоняли на «гроге» в порт, чтобы засвидетельствовать прибытие контейнеров с оборудованием и полковник лично осмотрел затейливые спецпломбы на двадцатитонных контейнерах.

Потом сделал соответствующую запись в предоставленном ему планшете, чтобы в руководстве округа знали, что груз уже в порту.

Стены корпуса с окнами уже стояли и на первых двух этажах велись отладочные работы с монтажом и прокладкой энергомагистралей. Это была очень важная часть строительных работ, ведь им предстояло запитывать мощности новейшего оборудования в которое входили и обрабатывающие центры, и преобразователи СГД-частот, и высокоэффективные системы охлаждения, без которых преобразователи имели весьма скромные характеристики.

На усиленной крыше рабочие монтировали основания для антенных конструкций и защитных корпусов. А в конце этой строительной эпопеи должно было получиться очень внушительный объект футуристического вида. Ливингстону показывали его на картинке и это произвело на него должное впечатление.

Крепкий монтажник в оранжевой спецовки стоя на краю площадки беседовал с капралом Коуп.

Она улыбалась и это заставило полковника удивленно качнуть головой. Оказалось, что её интересовали не только подъем тяжестей и разборка старых серверов. Природа брала свое.

Ливингстон взглянул на часы. Время перерыва на отдых истекало и через десять минут следовало идти на обед в общую столовую.

Разумеется, он бы предпочел поесть в одиночестве, но помимо его желаний у него теперь было много настоящих командирских обязанностей.

Время от времени, приходилось обмениваться со своими офицерами какими-то соображениями, новостями, полезной информацией.

Расширение базы добавило хлопот, ведь помимо стройки и создаваемой ею суеты, специалистам базы предстояло доучиваться для работы на новой аппаратуре и Ливингстон заметил, что некоторые этого побаивались.

А новый персонал, который мог бы помочь в освоении передовых технологий, пока задерживался.

Впрочем, оборудование еще находилось в порту, а для его доставки был заранее зафрахтован геликоптер-тяжеловоз из военной транспортной компании.

Здоровенная такая машина размером с двухэтажный дом или даже больше. Полковник видел его в порту и был чрезвычайно удивлен видом этой могучей машины. Он и не представлял, что такие бывают.

Кроме персонала слегка волновался и сам Ливингстон, не зная чего в дальнейшем ожидать от этих перемен на базе. Он-то надеялся развернуть здесь в захолустье свой бизнес, а теперь к этому месту было привлечено слишком много внимания. Поэтому ему предстояло как-то скорректировать планы и придумать обходные варианты.

Впрочем, по этой части у полковника Ливингстона все было в порядке, поскольку с самого момента выпуска из академии ему пришлось крутиться в сплошном потоке хитрых комбинаций, интриг и обходных схем.

Иногда эти схемы были красивы, а иногда подобные маневры заводили его в такие тупики, что выйти из них казалось делом невозможным.

Это уже потом была Океаника и бегство из нее под прикрытием куратора. Но похоже даже он, со всем его могуществом, не сумел поднять всей информации о полковнике Ливингстоне.

2

На наручных часах сыграл крохотный гонг и надев фуражку полковник покинул кабинет, начав спускаться по лестнице.

Кабинет прежнего командира находился на первом этаже, но свой он перенес на второй этаж административного здания, в помещение меньшего размера, зато с двумя окнами на обе стороны из которых можно было контролировать большую часть территории базы.

Поглядывая из окон, Ливингстон замечал перемещения персонала и по тому, кто, куда и как следовал, мог догадываться о том, что происходило. А затем появлялся вдруг в служебных помещениях или операторской, чтобы сразу задать самый насущный вопрос, вызывая у подчиненных оторопь и немое восхищение.

Им и в голову не приходило, что завидя из окна кабинета спешившего старлея Календулу – начфина гарнизона, в сопровождении его немолодой сотрудницы миссис Савицки, которые, размахивая руками, что-то доказывали друг-другу, можно было предположить несостыковку в финансовой отчетности.

А если так же взволнованно жестикулировал начальник службы перехвата Харт, отсчитывая кого-то из следовавших за ним операторов, можно было предположить, что поймали пиратскую частоту, но не смогли удержать.

Или загнали в фотонную ловушку возвратный скрипт, но не пришли пока к согласию «радиопатрон» это или нет.

А вскоре в их служебных помещения появлялся полковник Ливингстон и окинув подчиненных проницательным взглядом, интересовался: а не случилось ли у вас того-то и того-то?

И пораженные его предвидением они подтверждали – случилось.

У входа в столовую Ливингстон столкнулся с бригадиром военных строителей.

– Сэр, нужно ваше разрешение на вскрытие бетонного покрытия плаца! – сходу выпалил тот, снимая строительную каску и приглаживая волосы.

Ливингстон не стал отвечать сразу, а прежде остановился и запрокинув голову, полюбовался грандиозными, уходящими в высоту куполами антенн и кружащими вокруг них дронами-имитаторами.

Обычно они отпугивали рои пчел, но сегодня этих работящих насекомых было мало, хотя в иные дни они, прямо таки, атаковали купола, привлекавшие их отражением солнечных лучей.

– Знаете, Казинс, мой ротный старшина в академии бывало говорил – плац, это воинская твердость солдата. Понимаете?

– Нет, – признался строитель и покосился на двери столовой, откуда доносился аппетитный запах макарон с мясом.

Ливингстон уже знал, что это любимая еда их прикомандированного военного строителя.

– Если лишить солдата строевой подготовки, он станет рыхлым и не стойким в бою. Так понятнее?

– Уже да.

– Плац не трогать. Если нужно согласовать обходной маршрут я приду после обеду к вам на участок и мы это решим.

– Благодарю, сэр. Ну… так что, я могу быть свободным?

– Иди уже к своим макаронам, – милостиво разрешил Ливингстон и улыбаясь проследовал за голодным бригадиром.

В зале строитель сразу присоединился к своим коллегам, обедавшим за отдельным столом, а Ливингстон – к своим, где сидел капитан-инженер Фритчерс, дежурный смены сержант Скуббер и Лейтенант Хольм, командир отделения операторов фотонного комплекса с парой своих инженеров.

Вероятно он был единственным, кто с нетерпением ждал прибытия нового оборудования, потому что пока обслуживал только передачу данных и иногда «фотонную ловушку». Других объектов фотонного комплекса на базе не было, поэтому часто подчиненными лейтенанта затыкали все прорехи в служебном графике, ставя инженеров на смены операторов разной направленности.

Разумеется лейтенанту это не нравилось.

Подойдя к столу полковник быстро сел, чтобы не доставлять подчиненным неудобства, поскольку они, так и порывались вскочить при появлении начальства, а в столовой это было не обязательно.

Подбежал повар-ефрейтор с заготовленным меню для командира, но полковник махнул рукой, давая понять, чтобы принесли «стандарт».

Питание на базе было вполне качественным, а за тот недолгий срок, что он тут пробыл, Ливингстон научился есть что подают, поскольку было много работы и слишком мало времени на рефлексы.

В связи с этим он даже заметно постройнел, что его радовало, поскольку до этого периода у себя в Океанике он постепенно набирал вес.

Пока повар собирал «стандарт», Ливингстон успел выслушать жалобы капитан-инженера на вибрацию от строительства, которая, то и дело сбивала «абсолютные нули» в настройках крипотоэлектронных модуляторов.

Сержант Скуббер попросился в недельный отпуск по семейным обстоятельствам, а один из инженеров из отделения лейтенанта Хольма заметил, что у них во Втором контуре процесс перебирает энергопотребление на пятнадцать процентов, хотя подозрительных подскриптов в хранилище уже нет.

Ливингстон вопросительно взглянул на лейтенанта – именно он должен был докладывать о проблеме на его участке.

– Сэр, у нас возникли профессиональные разногласия, – пояснил тот. – Я думаю, что всему виной банальный износ катушек.

– А у вашего инженера другое мнение?

– Другое.

Ливингстон вздохнул и вытер рот салфеткой. За чередой этих неформальных докладов он и не заметил, как съел свой «стандарт».

– Чем нам это грозит, если ваш инженер прав?

– Возможно «нейтринное заражение» и замена половины имеющегося приборного парка. Но это лишь в теории – из учебников. На практике я с таким не сталкивался.

– Причины возможного заражения?

– Новый вид зловредных подскриптов. Их еще называют антиматериальными.

– А в чем смысл?

– Разрушение, сэр. Они действуют, как фугасный снаряд.

Еще один вздох Ливингстон подавил. Только этого ему сейчас не хватало, ведь если так пойдет и дальше сюда наедут безопасники разных рангов и направлений, и начнется проверка всех и вся.

Так, на всякий случай. Ведь неизвестно откуда мог взяться зловредный скрипт – из радиоэфира, квантового канала или подброшен вражеским агентом вручную.