2

Тучи унеслись на север и снова вышло солнце. Паркер перевел дух и вернулся к терминалу. Привычно положил пальцы на сенсоры и… по экрану пробежала полоска настроек. Блок ожил и сообщил об этом сигналом зуммера.

– Вот, что значит успокоиться! – с победной интонацией произнес Паркер и еще раз добрым словом вспомнил старого сержанта Шварца. Вспомнил также его коморку с громоздившимися до потолка блоками, которые следовало починить. Тогда эта задача казалась Паркеру-ученику неподъемной.

Мастерская сержанта оказалась почти лабораторией с разнообразным, но уже устаревшим оборудованием, опираясь на которое требовалось возвращать в оборот блоки и приводы, бывшие на три, а то пять поколений моложе ремонтной базы самой мастерской.

– Мы с вами все это должны починить? – спросил тогда Паркер, запрокинув голову и оценивая предстоящую работу.

– Глаза бояться, а долг платежом в первую очередь. К тому же чинить не обязательно, достаточно просто привести в порядок.

– А в чем разница?

– Полностью исправленные блоки должны выдавать характеристики производителя. Но нам этого не нужно, достаточно чтобы они могли по минимуму выполнять свои функции внутри большой машины. Усек эту разницу?

– Так точно.

– Тебя где подстрелили?

– На Вондере. И не подстрелили, а…

– Да я в курсе, что ты на полном восстановлении лежал. Честно говоря даже странно, что на своих ногах ходишь. Обычно клиенты из отделения доктора Фенгерна уже, так себе бойцы. Давай, подходи к стапелю, не бойся. Я кратко объясню тебе что и как.

Паркер помнил, как робко приближался к огромному столу заваленному неисправными блоками и заставленному тестовой аппаратурой.

О назначении этих приборов он не имел ни малейшего представления.

– Если что, у меня в школе был посредственный балл по физике, – пошутил он, пряча за шуткой свою робость.

– Тут твоя школа не нужна, только концентрация и внимание.

– Откуда вы знаете, что у меня это имеется?

– Я видел твои глаза там – за тренажером. Потому и обратился именно к тебе. Ну, приступим.

3

Паркер достал диспикер и отправил сообщение заказчику, о том, что его блок удалось починить.

Через минуту тот перезвонил.

– О, мистер Паркер, неужели это правда?

– Да, я прогнал все тесты. Коробочка полностью функционирует.

– Ну, вы на ровном месте создали мне праздник! Я уже приготовился распрощаться с десятью тысячами и, честно говоря, не очень верил в ваши возможности. Знаете что, давайте встретимся в «Ванде». Вы когда освободитесь?

– Вообще-то хотел еще поработать.

– Давайте пересечёмся через три часа, и я, как вы и просили, принесу расчетный чип, чтобы без всяких переводов.

– Хорошо, через три часа в «Ванде», – сказал Паркер, чтобы не трепаться по общественной связи о таком вопросе, как оплата наличными.

Если в налоговом департаменте узнают, что он, пользуясь программой минимальных налоговых отчислений, как какой-нибудь уборщик туалетов, на самом деле занимается квалифицированным трудом, будут проблемы. Они не только вцепятся в него согласно своим интересам, но еще подключат лицензионную палату и тогда ему не избежать судебного разбирательства за оказание инженерных услуг без лицензии.

Пока же, Паркер, что называется «косил под простака», подписывая с клиентами договоры на чистку корпусов блоков и потому в договорах, разумеется, фигурировали совершенно другие суммы. Ну, сколько можно взять за то, чтобы помыть пластиковую коробку?

Упаковав исправленный блок в герметичный одноразовый пакет, Паркер принес из кладовке еще пару блоков, но уже не таких дорогих.

Вместо золотых проводников, там использовался промышленный больц, в вместо вакуума чистоты в «четыре нуля», обходились средой из инертных газов.

С такими тоже приходилось помучиться, поскольку восстанавливать приходилось не единственный генеральный канал, а целую дюжину проводников. Правда, они были в сотню раз толще и охотнее шли в тепловую ловушку.

За каждый такой блок ему платили по паре сотен. Деньги неплохие, но и эту работу Паркеру приносили не так часто, как хотелось.

Остаток свободного времени он потратил на который уже, осмотр недавно приобретенной аппаратуры: супертестер и «магнитный модулятор зоны».

С первым было все понятно, Паркер давно пользовался похожими устройствами, только значительно более простыми и с меньшим количеством настроек. А вот ММЗ – совсем другое дело. В свое время сержант Шварц лишь на словах рассказывал о возможностях этого прибора, потому что его у него в наличии не было.

– Какие он чудеса творит, Джон, ты бы видел. Нет проводника – сгорел весь, разнесло его на атомы так, что остатки на линзы осели. Обычно такую поломку даже не думают как-то восстанавливать – сразу в переработку. А «модулятор зоны» может в нужном месте снова собрать проводник из распыленного металла.

– Так ты его видел, что ли? – спросил тогда Паркер.

К тому времени он отработал у сержанта уже пару месяцев и кое в чем разбирался.

– Видел?! Да я на нем семь минут отработал! Сначала ни хрена не получалось, а потом я нашел нужные настройки и бац! – просветлил четыре линзовых камеры и собрал проводники заново, как тебе такое?

– И все работало?

Сержант в ответ только вздохнул и почесав седую макушку, признался:

– Не успел протестировать. Земляк мой вернулся и чуть не пришиб меня куском двухдюймового кабеля, когда увидел, что я там творю.

– Так ты без разрешения все это делал?

– Ну, а то! Кто бы мне разрешил залезть в такую технику. Это же центральная лаборатория ракетно-артиллерийского вооружения флота.

– Если бы ты там напортачил, твоего земляка могли бы под суд отдать.

– Ой, хватит уже. Работай давай, к нам завтра из филиала приедут всю партию принимать, а у нас только диагностика готова.