Глава 4

Сквер напоминал разворошенный муравейник. Игра завершилась! Теперь все участники переводили дыхание и обсуждали события невероятно насыщенного дня. Споря до хрипоты, смеясь, перебивая друг друга и очень активно жестикулируя. Появились бутылки с пивом, минералка, чипсы, а кое у кого даже заранее припасенные бутерброды.

Алекс с Димоном вернулись самыми последними уже после официального окончания Игры. Дэн явно хотел сделать им выговор, но, увидев синяк на лице Алекса, решил повременить. В конце концов, четверть часа ничего не решает…

– Мы немного припозднились, – не извинился, а скорее констатировал Алекс.

Димон развел руки и пояснил:

– Пробки.

Некоторое время Дэн сверлил друзей недовольным взглядом, и только потом заметил, что на бицепсе Алекса отсутствует знак.

– Алекс проиграл?! – искренне удивился он. – На кого же записать сей подвиг?

– А ты как думаешь, – победно усмехнулся Димон. – Дракон повержен!

– Да здравствует дракон, – фыркнул Алекс. – Теперь ты займешь мое место. Станешь таким же умным, красивым и ловким как я.

Димон задумчиво посмотрел на его плечо.

– А татуировку такую же дадут?

Алекс автоматически провел ладонью по замысловатому рисунку.

– Э нет. Чтобы получить такую татуировку… нужно сделать нечто гораздо большее… – Он хищно усмехнулся. – Тебе такое не по силам…

И тут же замолчал, поняв, что сболтнул лишнее.

– Ну и черт с ним, – отмахнулся Димон, чьи мысли уже давно перепрыгнули на совершенно другую тему. – Давайте уже итоги подводить. Народ должен знать своих героев.

Единственная участвующая в Игре девушка, подошла к Димону со спины и ткнула его локотком под ребра.

– Эй, герой, а чего у тебя задница дырявая?

Димон рефлекторно дернул рукой и нащупал огромную дыру, демонстрирующую любому мало-мальски любопытному взгляду белые трусы с веселыми чертиками.

– И ты молчал?! – обиженно взревел Димон, ткнув Алекса в плечо кулаком.

– Подумаешь. Главное, что ты сегодня свои любимые стринги не одел, – расхохотался Алекс. – А эти семейники смотрятся очень даже ничего.

– Так вот куда исчезают мои трусики, – всплеснула руками Даша. – Фетишист, ё моё.

Димон обиженно насупился.

– Завистники!

Даша обняла его и положила голову на плечо. Ну, то есть попыталась, но дотянулась только до уровня бицепса.

– Ладно, ладно, ты у меня самый лучший и самый сильный. – Хитро прищурилась и добавила лилейным голоском: – Тарзанчик.

Все окружающие просто слегли от смеха. Алекс хохотал громче всех.

– Ой не могу… тарзанчик…

На самом пике всеобщего веселья раздался громкий голос Дэна:

– Подводим итоги!

Все замерли. Тишина обрушилась так неожиданно, что громкий голос одного из особенно неугомонных экстремалов прозвучал подобно трубе Иерихона:

– Вот помню, на прошлой Игре я с такой блондиночкой познакомился, так мы потом…

– Вася, заткнись! – раздраженно рявкнул Дэн. – Можно я быстренько озвучу результаты, а потом ты нам всем подробно расскажешь о своих сексуальных похождениях.

Высокий парень с донельзя умильным выражением лица ничуть не смутился и лилейным голосом протянул:

– Уговорил, противный.

– Тфу на тебя, – привычно отмахнулся Дэн. – Итак, выиграла команда…

Конечно, он не мог обойтись без долгой паузы.

– … Красных! С перевесом в один знак!

По парку пронесся радостный рев. Громче всех кричали уже знакомые Алексу Гном и Адидас. На их плечах красовались так и не сорванные метки, что, безусловно, делало их не меньшими героями, чем поймавший Алекса Димон. Конечно, обыграть такого известного в кругу экстремалов человека было очень почетно, но Димон и сам принадлежал к числу немногочисленных «старичков» – постоянных участников Игры. С тех пор, как Алекс первый раз познакомил друга с «паркуром», прошло уже больше года. Акробат влился в тусовку удивительно гармонично, мгновенно завоевав уважение товарищей благодаря отличной подготовке и практически полному отсутствию инстинкта самосохранения… Вот если бы Алекса поймал кто-нибудь из нубов, для него это стало бы настоящим подвигом. А так… друзья всегда соревновались друг с другом, и успех в этом состязании был довольно переменчивой штукой.

Алекс тоже изобразил некое подобие радости, ведь команда красных победила… но на самом деле ему было плевать. Сейчас его мысли занимал совершенно другой вопрос…

Как же так?!

Алекс чувствовал себя обманутым и опустошенным. Не каждый день у тебя появляется возможность почувствовать себя полным ничтожеством. Слабаком. И это после длительного времени работы над собой, многочисленных тренировок и каждодневного самосовершенствования!

Алекс с силой ударил кулаком по ладони.

Почему он оказался совершенно бессилен в бою против незнакомца?! И ведь тот непонятный «Смит» явно играл с ним и дрался не в полную силу! Эх, где же Сенсеич, когда он так нужен? Несколько ненавязчивых советов наверняка бы быстро расставили все по своим местам… Сенсеич никогда открыто не говорил, что нужно делать, и не высказывал свое мнение прямым текстом. Он предпочитал неторопливую беседу, обычно совершенно не касающуюся темы вопроса, и чаще всего даже по окончанию разговора Алекс не понимал, как все сказанное может быть связано с его проблемой. Зато спустя какое-то время осмысления… Не всегда, но довольно часто на него будто находило озарение, и он легко находил единственное верное решение. Как же ему сейчас не хватало хоть кого-то, с кем можно было бы обсудить события сегодняшнего дня, да и всего последнего года…

К Алексу подошли Гном и Адидас.

– Поздравляю. – Алекс постарался спрятать рвущиеся наружу злость и раздражение как можно глубже. – Вижу, вы так и не попались.

– Конечно, – хмыкнул Гном. – Ведь добрая треть команды синих гонялась за тобой. И, как я погляжу, догнали-таки.

В его голосе едва заметно проскользнули ехидные нотки – конечно, великого Алекса поймали, а они смогли уйти от всех преследователей, пусть их было и не так много.

– Бывает, – отмахнулся Алекс.

Они еще немного потоптались рядом но, поняв, что Алекс не расположен к разговорам, отошли к одной из весело галдящих компаний. Было еще несколько попыток со стороны знакомых завязать с ним беседу, но ничего путного из этого не вышло. Естественно, все логично предположили, что Алекс злится из-за поражения в Игре, хотя на самом деле это его сейчас волновало меньше всего.

– Слушай, а фингал тебе под глаз кто поставил? – спросил кто-то из команды синих. – Вроде бы драки в Игре запрещены. Или ты сам споткнулся?

Алекс смерил наглеца презрительным взглядом, и уголки его губ невольно поползли вверх.

Довольно подкачанный парень младшего студенческого возраста явно был очередным нубом, ведь иначе он не стал бы так шутить с Алексом – о его вспыльчивости ходили легенды, правда, как это обычно бывает, немного преувеличенные. Совсем чуть-чуть…

Удар открытой ладонью в лицо превратил нос парня, попавшего под горячую руку паркуриста, в некое подобие «оладушка». Ударь Алекс под другим углом, и хрящ запросто мог повредить мозг, но он ничего подобного делать, конечно же, не собирался. На самом деле это был даже не перелом, а легкое смещение перегородки, легко исправляющееся одним движением умелых рук.

Алекс неторопливо развернулся, засунул руки в карманы и двинулся в сторону лежащих на земле рюкзаков, брезгливо морщась от бьющего по ушам крика:

– Он мне нос сломал!

Как баба, честное слово, – раздраженно подумал Алекс. – Заплачь еще…

Конечно, он услышал приближающиеся шаги заранее, но даже не попытался увернуться от руки преследователя. Наверное, шестым, седьмым или сотым чувством почувствовал, что никто на него нападать не собирается.

Димон схватил Алекса за плечо и резким движением развернул лицом к себе.

– Ты что творишь?!

Алекс ответил ему жестким взглядом и после короткой паузы неохотно пояснил:

– Мне не нравится, когда надо мной шутят… такие уроды…

Теперь, когда он произнес это вслух, причина драки уже не казалась такой уж веской, и это раздражало еще сильнее.

– И все из-за проигрыша в Игре? Так ударил бы меня, что ж ты на других-то злость срываешь?! – неожиданно рявкнул Димон.

– Да плевать мне на Игру! – взорвался в ответ Алекс.

Схватив друга за рукав, он отвел его в сторону и яростно зашептал:

– Эти уроды в черных костюмах опустили нас, ты понимаешь?! – и дальше будто прорвало плотину: – Я не могу проиграть каким-то старикам!!! Столько лет потратить на каждодневные тренировки и быть так позорно побитым… Это же просто невозможно! А потом еще этот прыжок дурацкий…

Димон внимательно выслушал монолог Алекса а потом тихо сказал:

– Слушай, ты же раньше не был таким… Там, на крыше, ты ведь едва не убился! Если бы там не оказалось строительной люльки…

– Да ладно, – раздраженно отмахнулся Алекс. – У них же получилось, значит, и я должен был допрыгнуть… – Он сжал кулаки. – Должен…

Они недолго помолчали, каждый думая о своем, а потом Алекс глубоко вздохнул, подхватил с земли свой рюкзак и шагнул по направлению к выходу из сквера.

– У всех людей есть свой предел возможностей… – задумчиво протянул Димон, глядя в спину удаляющемуся другу.

Алекс резко развернулся, подскочил к акробату, схватил его за грудки и зло прошипел:

– Запомни, я – не все!

* * *

Рядом с выходом из скверика стоял небольшой фургончик с названием какого-то незнакомого телевизионного канала на борту. Стоило Алексу выйти на дорогу, как из машины выскочила миловидная дамочка и бородатый оператор с огромной видеокамерой наперевес.

Поджидали, – с ходу определил Алекс. – И как они нас все время находят? Наверняка ведь какой-нибудь придурок из мелких нубов болтает.

Лет дамочке было никак не меньше тридцати, хотя выглядела она на все двадцать пять. Ну да, макияжи, фитнессы, солярии-фигарии всякие…

– Здравствуйте! Канал ЖТВ, программа «Жизнь столицы», – с ходу выпалила она. – Мы хотим снять небольшой видеосюжет о… паркуристах.

– Хотите дальше, – хмыкнул Алекс, обходя женщину по широкой дуге. Впрочем, от цепких наманикюренных пальчиков его это не спасло. Журналистка схватила парня за руку и немного заискивающе посмотрела в глаза.

– Но мы хотим снять именно вас, Алекс, нам так много рассказывали о ваших достижениях…

И какая же зараза на меня указала? Узнаю – уши надеру! – раздраженно подумал Алекс и легко стряхнул руку журналистки.

Конечно, это было не слишком прилично, но ему сейчас было не до хороших манер. Встреча с грабителями сильно выбила Алекса из колеи, не говоря уже о полученном фингале. Неизвестно, как это родителям объяснить, да и в институте появляться с подбитым глазом не с руки…

– Простите, меня это не интересует, – немного резче, чем следовало, ответил он.

Женщина всплеснула руками, явно не ожидая подобной реакции. Конечно, в ее представлении Алекс должен быть встать на задние лапки и начать «служить», едва услышав о том, что его хотят показать по телевидению. Это же такая честь!

– Но как же, ведь это такая хорошая возможность рассказать о себе, о своих взглядах…

Ага, как же.

Алекс вымученно улыбнулся и поспешно свернул в ближайшую подворотню. Там он рванул с места и пробежал не менее двух кварталов, чтобы наверняка отвязаться от надоедливых телевизионщиков. И дело тут было не только в плохом настроении. Несколько раз он уже накалывался на подобных затеях. Хватит. Сперва наобещают с три короба, наснимают материала часа на два. Ты им прыгаешь, крутишь фишки, рассказываешь свое видение философии… А потом? В лучшем случае пара секунд прыжков, да две коротких ничего не значащих реплики – вот тебе и вся известность. А в худшем – перевернут все сказанное с ног на голову, и подгонят под свои интересы. Как ни крути, а время будет потрачено зря.

Алекс забрался по карнизам на крышу пятиэтажки и сел на краю, свесив ноги и подставив лицо вечернему ветерку.

А вопросы их дурацкие?

Думаете ли вы о своих близких, когда прыгаете? Не страшно ли вам? Что чувствуешь, когда срываешься или летишь и видишь, что не дотянешь до соседней крыши? Вы наркоман и зависите от адреналина?

И что им отвечать? Как ни крути, а паркуристы действительно постепенно превращаются в самовлюбленных эгоистов, адреналиновых наркоманов, да еще и явно шибанутых на голову. Даже нормальные парни не могут толком объяснить, почему они этим занимаются. Думать о близких? Экстремалы же сплошь молодые ребята, они вообще мало о чем думают. К тому же, ни один нормальный человек всерьез не примеривает на себя понятие смерти или серьезной травмы. Каждый думает, что это может случиться с кем угодно, но только не с ним. И это правильно, иначе жизнь превратилась бы в бесконечную фобию…

Алекс поднялся на ноги и окинул внимательным взглядом соседнюю крышу. Перехода по высоте нет, значит, спокойно можно прыгнуть максимум метров на пять. Поскольку дома, истинно по-русски, стоят наискось, то самое близкое место как раз составляет около четырех метров. С запасом даже.