Небо томилось в однотонной пелене. Дали выглядели сумрачно. Морось наседала. Повеял тонкий ветерок. Автомобиль, качнувшись на небольших буграх и ухабах, чуть вильнул. Мотор работал ровно. На колёса наматывалась сырая глина и грязь. Она заметно отлетала в стороны. На стекле вновь скопилась влага. Водитель Юнген крепко держался за руль. И вёл отменно автомобиль. Он бегло глянул в зеркала заднего вида. И тут же устремил свой зоркий взор на дорогу. Офицер Герман ухмыльнулся, чутко глянув на своего приятеля.

– Да… Юнген слушайте Хинга… И точно здесь не застрянете… Хаахааааа…, – навеселе сказал Герман.

– Всё шутите Герман…

– Да уж какие шутки… Мне уже осточертела эта дорога… И этот путь. И погода меня подводит. У меня поднимается давление…

– И коньяк не помогает, – сказал Кент.

– Ещё как помогает… Но мне нужно много… Чёрт бы его побрал… Не хотите выпить?, – ответил Герман.

– Хаахахаааа… Нет. Спасибо Герман…, – сказал Кент.

– А вы Хинг. Когда вы вообще выпивали?

– Я…Я не пью Герман… Ну. Если только немного за обедом…

– У нас уже не было нормального обеда пару недель… Так точно… Как вы справляетесь… Я бы не вытерпел… Хаахахаааа…

– Терпение мой друг… Терпение…

– К чёрту терпение… Впереди там деревня какая – то… Дорога лежит через этот посёлок… Будь он неладен… А если там засада… От русских можно ожидать чего-угодно… Так что я лучше выпью сразу…

– Хаахахааа… Не волнуйтесь вы так… Наши доблестные гренадёры проверят местность… И путь будет совершенно безопасным для нас…, – ответил Хинг.

– Вы так уверены Хинг… Мне бы вашу уверенность…

– Бояться нечего… Русских здесь нет. Они отступили намного дальше, чем мы думали. Я бы уже почувствовал неладное… У меня всегда такое бывает… Я вас уверяю…, – заявил офицер Хинг.

– Вот как… Тогда нам бояться нечего… Хахаааа… Юнген рулите смело. И везите нас без всякой боязни… Хахааааа, – навеселе сказал Герман.

– Это точно…, – добавил Кент.

– Хахаааааа… За ваше отменное здоровье Хинг. И за вашу чуткую проницательность. Кент… Ваше тоже… Я выпью за вас мои друзья…, – сказал Герман.

– Хаахахааааа…

Веял тонкий ветерок. Автомобиль плавно двигался по глиняной дороге. На лобовом стекле копилась влага. Морось наседала. Офицер Герман вновь открыл свою фляжку. И выпил немного коньяка. Он широко улыбнулся, глядя на офицера Хинга. Тот был спокоен, как удав, который находился на высоком дереве. И знал всё наперёд отменно. Он был собран, как всегда. Офицер Кент чуть потянулся вперёд. Глаза свои хищные округлил. Он чутко глянул на местные окрестности. И остановил свой зоркий взор на деревушке, которая располагалась весьма высоко. Сейчас он походил на амфибию, которая готовилась к охоте.

– Дорога ведёт в эту деревню. Интересно, там кто – то есть или никого… Возможно…, – произнёс Кент.

– Мы это скоро узнаем Кент, – сказал Хинг.

– Вы слишком хладнокровны Хинг…

– Ничуть.

– Хахаааааа… Я выпью немного…

– И вы туда же Герман… Видимо, один я здесь волнуюсь…, – сказал Кент.

– Хаахахааааа… Кент впереди нас танковая бригада. И несколько тысяч гренадёров. Плюс бронетранспортёры. Эти парни уже показали себя в деле… Нам нечего бояться… И офицер Хинг со своей отменной и точной, как наши часы проницательностью… Лично я ему верю… И вы не сомневайтесь. Хаахахааа, – сказал Герман.

– Что мне остаётся? Я вам доверяю… Но всё же держу руку на пульсе…

– Как знаете Кент… Лучше выпейте немного… Я вам отвечаю. Вам станет легче сразу…

– В другой раз Герман. В другой раз…

– Ну как знаете… Тогда за вас выпью я… Хаахахаааа, – навеселе сказал Герман.

Офицер Герман вновь приложился к своей золотистой фляжке. Он выпил немного коньяка. И глаза округлил. Он заметно повеселел. И появилась приторная ухмылка на его порочном лице. Он чуть покосил глазами. И быстро закрыл фляжку плотной пробкой. Он облизнулся. И сейчас походил на сытого баварского кота, откуда он был родом. Но жил в провинции. Офицер Хинг сидел ровно. Он смотрел перед собой. И был собран как всегда. Кент чуть задумался. И засмотрелся на капли, которые плавно ползли по стеклу боковой автомобильной дверки.

Повеял лёгкий, беглый ветерок. Автомобиль живо скатился с небольшого склона. И тут же задним правым колесом утонул в глубокой луже. В стороны полетела грязь. Водитель Юнген слегка смутился. Он крепко держался за руль. И тут же плотно надавил на педаль газа. Мотор взревел. Из глушителя потянулся едкий дымок. Автомобиль слегка задёргался взад-вперёд. Но с места так и не сдвинулся. Кузов заметно забрызгало грязью. На стёкла ложились косые струи неугомонной мороси. Юнген вновь нажал на педаль газа. Но автомобиль его не слушался. Колёса прокручивались, находясь в слизкой и довольно глубокой луже. В стороны полетела грязь. Автомобиль, казалось, ещё больше погряз в размытой дорожной пучине. Офицеры бегло переглянулись. Герман ухмыльнулся. Он чуть помотал головой.

– Я не собираюсь вылезать из машины… Там просто сыро и грязно… Юнген вы что с ума сошли… Вы где права получили… Я вас отправлю на передовую…, – недовольно заявил Герман.

– Я очень извиняюсь. Дорога слизкая…, – ответил Юнген.

– Да будь она проклята… Но вы куда смотрели… Можно было и объехать…, – взорвался Герман.

– Да… Как не осмотрительно Юнген…, – добавил Кент.

– Герман. Ну что вы… Юнген сделал всё правильно… Здесь ехать только на танках и бронемашинах… Сейчас я всё улажу…, – сказал Хинг.

– Вот мило с вашей стороны… Сделайте одолжение… Юнген потерял ориентиры…, – язвил Герман.

– Хахаааааа…, – засмеялся офицер Кент.

– Неужели до самой Москвы мы будем ехать по таким дорогам… Я сойду с ума…, – недовольно сказал Герман.

– Не драматизируйте Герман…, – добавил Кент.

Офицер Герман заметно взбунтовался. Глаза выпучил. И сейчас походил на жуткую пиранью, готовую накинуться на кого угодно. Он нервно открыл свою фляжку. И быстро выпил несколько глотков конька. И, казалось, ему посвежело. Он глубоко выдохнул. Кент наоборот расслабился. Он навалился на спинку кожаного сидения. И прямо смотрел на своего визави. Лицо порозовело. И появилась небольшая, но едкая ухмылка. А тот дышал неровно. И, казалось, пускал пар, как разъярённый бык. Он исподлобья уставился на водителя. И вновь выпил немного коньяка из своей любимой золотистой фляжки. Водитель Юнген оставил в покое педаль газа. Теперь он просто держался за руль. И смотрел на дорогу. На дождевом стекле вновь скопилось много влаги. Офицер Хинг не стал ждать у моря погоды. Он, открыв дверку, выглянул наружу. Лицо тут же обуял прохладный ветерок и неугомонная морось. Хинг глубоко вздохнул, облюбовав заднее колесо. И тут же зорко глянул на солдат вермахта, которые стороной шли вперёд.

– Солдаты. Помогите нам выбраться из этой лужи… Нам нужно ехать… Помогите нам быстрее… Толкните автомобиль, чтобы мы выехали… Не хватало, чтобы мы здесь застряли… Быстрее солдаты…, – приказал офицер Хинг Штокен.

Веял тонкий ветерок. Солдаты вермахта тут же нарушили ровный строй колонны. И быстро обступили автомобиль со всех сторон. Они навалились всей гурьбой. И тут же толкнули, как могли. Автомобиль чуть двинулся вперёд. Водитель Юнген живо надавил на педаль газа. Мотор гулко взревел. И колёса, меся глину и грязь, живо закрутились. Солдаты вермахта надавили ещё сильнее. И все натужились, как могли. Автомобиль плавно выскочил из глубокой глиняной лужи. И живо покатился по сырой одноколейной дороге. Офицер Хинг, махнув рукой, поприветствовал войска. И тут же закрыл дверку легковой чёрной иномарки. Он слегка улыбнулся, бегло глянув на своих боевых приятелей.

– Молодец Юнген. Рули дальше… Только объезжай глубокие лужи… Дорога здесь дурная. Что не говори…, – сказал Хинг.

– Да дорога здесь просто отвратительная… Как и погода… Чёрт бы всё побрал…, – разгорячился Герман.

– Герман… Не пылите…

– А что я…Я ничего… Просто мне осточертела эта промозглая сырость… До Москвы ещё далеко…

– Ближе, чем вы думаете…, – ответил Хинг.

– Да… Ладно. Я выпью немного…, – сказал Герман.

– А вы немного пьёте? – улыбчиво добавил Кент.

– А ты что мой доктор. Сколько хочу, столько и пью. Это Юнгену нельзя. Он за рулём… Но и то рулит, как ребёнок… Хаахахааа…, – язвительно сказал Герман.

– Юнген не обижайтесь на него… Хахахааа… Он у нас горячий… Ему палец в рот не клади… Сразу обожжёшься…

– Это точно вы заметили господин Хинг Штокен. Очень точно заметили. Хаахахааа…

– Хахаааааа…, – засмеялся Кент.

– Да. Вы не так прост, как кажетесь…

– Хахаааааа…

– Всё же я выпью ещё глоток… У меня немного голова заболела от этого дурного переезда…, – сказал Герман.

Веял тонкий ветерок. Морось наседала. Водитель Юнген бегло глянул в зеркало заднего вида. Он крепко держался за руль. И старался управлять автомобиль правильно и надёжно. Он чутко смотрел на глиняную сырую дорогу, где то и дело попадались бугры и лужи. Автомобиль плавно ехал меж заметной колеи. Мотор работал ровно. Колёса наматывали на себя сырую глину и грязь. И иногда чуть скользили. Офицер СС Хинг Штокен сосредоточился, глядя на вершину, где красовалась с виду неприметная деревушка. Он слегка ухмыльнулся. Мысли путались. «Там никого… Вернее никакого сопротивления можно не ждать. Русские отступили. И им сейчас не до обороны… Наша разведка показала, что в этом районе никого не предвидится. Можно, спокойно прогуляться по этим местам… Ещё немного. И мы будем там… Колонна двигается небыстро… Всё же тяжёлая техника… Но мы уже отстаём от графика и генерального плана… Мы наращиваем группировку войск… Им нас не удержать. И скоро… Даже очень скоро Москва будет наша… Мы возьмём её до холодов… Успех будет за нами… Мы верны фюреру. И победа будет за нами… Им нас никак не удержать… У нас невероятная мощь… Мы уже завоевали полмира… И не собираемся останавливаться… Мы возьмём Москву очень скоро и быстро… У нас уже много побед… Им нас не остановить. Кажется, я себя успокаиваю… Нисколько не успокаиваю… Я верю в реальные цифры и факты. Я убеждён, что наша армия сильнейшая в мире. У нас такая мощь, – танки, самолёты, бронетранспортёры… У нас самые боевитые и смелые солдаты вермахта. И мы не раз уже показали себя во всей красе… Никто нас не сможет остановить… Бог с нами… И мы куём верные победы… Деревня близится… Там никого… Я в этом просто убеждён. Путь на Москву свободен…», – подумал он. Офицер СС Хинг Штокен ехидно ухмыльнулся. Он чуть прищурил глаза. И сейчас походил на кобру, которая готовилась пообедать. Он бегло глянул на гренадёров СС, которые тянулись в ряд. Они шли в небольшую горку и там терялись из виду. Колонна пехоты растянулась на сотни метров. Воздух сотрясала тяжёлая техника. Моторы гулко ревели. И выказывали свой неоднозначный и порой суровый нрав.