Я тоже неспешно поднимаюсь, чтобы обменяться рукопожатиями с пролетевшими по всем пунктам соискателями. Не горю желанием, но деловой этикет требует. Ладонь мистера Доулта такая же скользкая, как и он сам.
«…Мистер Батлер обязуется не причинять серьезного физического вреда мисс Гордеевой…»
И тут, я так понимаю, я должна порадоваться? Это слово «серьезного» мне особо нравится.
Я думал, что она не в курсе.
– Ты как ребенок, – фыркает Эйнин. – Конечно, в курсе. Дурит и изводит Джареда, как обычно. А он прыгает, наверное, вокруг нее, как плюшевый тигр?
Мать его, он просто невыносим. Это «пробка» для подготовки к анальному сексу. Вновь бросаю тревожный взгляд на Джамаля, выражение лица которого не оставляет мне ни единого шанса на то, что мне удастся защитить свои сексуальные границы.
– Я сказала «нет», Джамаль, – твердым тоном озвучиваю свою позицию я.
– А я сказал «да», Эйнин. Запомни, детка. В нашей семье последнее слово за мужем
Ты собираешься меня трахнуть по чьей-то указке? Это должно меня чертовски возбудить, да? – вот теперь она снова злая. Я знаю способ, который заставит ее заткнуться.
Рассказы о тебе передаются из уст в уста, и я решила посмотреть своими глазами на ту, что удостоилась такой чести. И на ту, что отказала моему сыну. Тебе не по вкусу, красавец-Али?
Я поморщила нос, вспоминая черты лица Али и эту его мерзкую бородку. Да уж, а кому он по вкусу?
Какой ты хороший, малыш, – шепчу я, в надежде, что моя ласка подействует на зверя, и он не передумает, и не сожрет меня. На самом деле, тигр выглядит сытым и довольным. А то, что он ни на шаг от меня не отходит, больше похоже на интерес… и симпатию.