Кажется, Костя дразнился, до последнего сдерживая свои порывы. Он смотрел мне прямо в душу, ладонь мягко скользила по щеке. Я дрожала в приступе волнения, словно это первый контакт с противоположным полом. Мне хотелось целиком раствориться в этом моменте, ощутить каждую мелочь, выжать все до последней капельки.

Я призывно облизывала губки и пыталась сделать туманный взгляд, подобно актрисе взрослого кино, из груди вырывались томные вздохи. Порой мне самой казалось, что это выглядит нелепо, но уверенность в том, что подобное заводит мужчин была непоколебима. Наконец, наши губы соприкоснулись. В этот момент в моей психике произошел мощный эмоциональный взрыв. Это было похоже на укол адреналина в максимальной дозировке. Словно ждала этого всю жизнь, я стала плавно двигать губами, ноготки нервно впились в крепкие плечи. Костя все глубже уходил в поцелуй, рука вдруг скользнула по колену и “случайно” задрала платье. Не знаю, как это произошло… мои ноги раздвинулись сами по себе, чтобы пропустить наглеца. Теплая ладонь волнительно прижалась к внутренней стороне бедра, внизу живота поселилось необъяснимое ощущение.

Наш поцелуй становился резким, нетерпеливым. Он кружил голову, заставляя сердце биться быстрее, мне совсем не хотелось сопротивляться. Конечно, я не думала, что Костя зайдет так далеко, но в какой-то момент он попытался залезть в трусы.

– Перестань! – сорвалось с моих губ. – Совсем обалдел?

– Да ладно тебе, – хмыкнул искуситель, оттягивая тугую резинку.

– Мы же не одни здесь! – я возмущенно уставилась на мужчину.

– Все будет норм, – заверил он и ловко пробрался под белье.

– Костя! – я нервно вцепилась ему в руку, напряженный взгляд пробежался по темному кинозалу.

– Ох, как все гладенько! – мужчина шепотом засмеялся.

– Все? Проверил? – я засмеялась в ответ. – На месте?

– На месте, – Костя игриво закусил губу. – Куда же ей деться?

– Все, перестань! – посторонняя рука рядом с интимной зоной вызывала раздражение. – Мне неловко, когда там трогают.

– Почему неловко? – мужской пальчик отчаянно пытался нащупать самое чувственное.

– Перестань, я кому сказала! – мой голос прозвучал капризно.

– Это ты перестань ругаться, – улыбнулся Костя и вытащил руку из трусов, – тебе не идет быть сердитой.

– Знаешь, тебе тоже не идет быть с фингалом, – я усмехнулась. – Поэтому держи свои руки при себе.

– Ух, какая боевая девочка! – на мгновение мужские глаза зажглись. – Наверное, очень страстная.

– И не сомневайся, – я шутливо показала язык.

– Даже не думал сомневаться, – спокойно ответил Костя, его ладонь плавно поднялась к груди.

– Ну вот… – по моему лицу растянулась довольная улыбка. – С этого и надо было начинать.

– Внушительный размерчик, – с искренним восхищением произнес Костя. – Третий?

– Вообще-то, четвертый! – кажется, в моем голосе появились нотки гордости.

– Как арбузы, – искуситель шепотом засмеялся.

Под чуткими массирующими движениями мои “арбузы” набухли, а соски загудели от напряжения. Сладостное тепло чувственно разлилось по груди. Я сама возобновила поцелуй и осторожно накрыла мужскую ладонь, чтобы наглядно продемонстрировать нажим, который мне нравится. Костя показал себя очень внимательным, чутким мужчиной. Он обращался с грудью так бережно, словно боится повредить ее. Я тихо постанывала и с глубоким чувством утопала в собственных порывах, головокружительный вкус поцелуя захватил сознание.

Холод в душе

После этой встречи между нами воцарился холод. Пустота в общении обескуражила. Это случилось внезапно, ничего подобного в моей юной жизни никогда не происходило. Первое столкновение с мужским равнодушием, от которого становится холодно в душе, сердце замирает, жизнь окрашивается в серые тона. Костя вел себя так, словно между нами ничего не было, и мне было неведомо, что происходит, как реагировать на такое поведение. В моем сердце поселилась тоска. Она съедала изнутри, разрывала грудь.

Я вдруг ощутила себя обесцененной, не нужной в этом мире, все чувства и желания растворились в пустоте. Одиночество окружило мою сущность, словно из жизни ушли все, кто дорог. Успокоить ранимое сердце не получалось, внутренний мир покрылся мраком. Мне хотелось научиться управлять этим миром, но он взял под контроль мысли, чтобы реальность и влюбленность стали неразличимы. Чувства к Косте казались искренними, ведь на тот момент в моих ценностях не наблюдалось ничего низменного: деньги уже не играли большой роли, а секс был не знаком.

Разумеется, я всячески пыталась напомнить Косте о нас, только все казалось бесполезным. Работа волновала его гораздо больше, чем моя скромная персона. Равнодушные глаза сводили с ума, в них не было ни одной искорки, мозг разрывался в напряженных мыслях о том, как вернуть горящий взгляд. Тот самый, который прожигал меня насквозь в самом начале.

Честно говоря, я по-прежнему не заморачивалась над идеями сближения, прибегая к стандартным женским уловкам. Однако со зрелым мужчиной ничего не работало. Все хитрости, которым меня научила жизнь, оказались бесполезными. Костя читал мои мысли, как открытую книгу. Это напрягало, обезоруживало меня. Казалось, что мне связали руки, лишили возможности принимать решения. Наши разговоры звучали однообразно, словно их прописал скучный автор.

– Кость. У нас все в порядке? – периодически спрашивала я, оставаясь с ним наедине.

– Конечно, – спокойно отвечал мужчина, но его взгляд был далеко.

– Ты сам не свой, – я не хотела сдаваться.

– Не обращай внимания, – ответы Кости были чертовски похожи друг на друга, – заработался.

– Как не обращать внимание? – в эти моменты мой голос срывался. – Ты потерял ко мне интерес!

– Не выдумывай, Оль… – тон начальника был невозмутим. – Все в порядке.

Каждые выходные я бродила по впискам, где подсознательно пыталась найти замену тем чувствам, которые казались остывшими и бесполезными для сердца. Разумеется, ничего подобного отыскать на пьяных вечеринках у меня не получалось, но я продолжала вести разгульный образ жизни, словно это могло помочь в сложившейся ситуации.

Парни активно спаивали меня и всячески окружали вниманием. Наверное, им казалось, что перед ними– та самая “девочка-стопудняк”, которую можно напоить и воспользоваться открытым доступом. Горящие мужские глаза были прикованы лишь ко мне и безудержным танцулькам, где я буквально ходила по краю, изображая легкий стриптиз.

Но никто так и не смог добиться моего расположения, даже под этим алкогольным дурманом: все приставания пресекались на корню, и я тупо ложилась спать в отдельной комнате, со скандалом отгоняя от себя сексуальных охотников. Эти гулянки были протестом, который выражался Косте и его равнодушию, несмотря на то, что он ничего об этом не знает.

Первая царапинка в сердце

Мои опасения оказались напрасными и вскоре Костя снова пригласил меня на свидание, а точнее к себе домой. Честно говоря, я была удивлена такому решению, но согласилась. После работы мы зашли в супермаркет за продуктами. Разумеется, это был не наш магазин: палить свои отношения перед коллегами нам не хотелось. Костя крепко сжимал мою ладонь, его улыбка казалась неоднозначной.

– Что ты обычно пьешь? – вдруг спросил он, когда мы подошли к отделу с алкоголем.

– Вино, – я пожала плечами.

– Белое, красное? – мужчина поочередно разглядывал красивые бутылки.

– Красное, – смущенно ответила я, по-прежнему делая вид, что готова участвовать в выборе. Но в моей голове были совсем другие проблемы: страх перед первым сексом, который стремительно приближался.

Вскоре мы были в кухне. Я сидела на мужских коленях и беззаботно болтала ногами, теплая ладонь смело скользила по бедру, задирая платье.

– Так, мы договорились “просто посидеть!” – нахмурилась я, отдергивая наглую руку.

– Разумеется, мы просто посидим и все… – Костя неоднозначно улыбнулся.

– Вот и отлично! – я довольно улыбнулась. Не знаю, для чего нужна эта игра в недотрогу, но так было значительно легче думать о предстоящем. Самообман активно парил мне мозг. Он продолжал развиваться и даже для меня самой казался полным идиотизмом.

Когда первая бутылка вина опустела, Костя талантливо избавил меня от платья. Это произошло под предлогом танца, в котором я шутливо изображала стриптиз. Собственно, и сам Костя достаточно быстро остался в одних трусах, также принимая участие в безумном танце. Он прижимался ко мне сзади и плавно двигал бедрами под романтическую музыку, его ладони чувственно скользили по моему телу.

Вскоре мы были в кровати, звуки жарких поцелуев смешались с возбужденным дыханием. Телевизор создавал очаровательный полумрак, разноцветные лучики игриво танцевали по нашим телам. В какой-то момент Костя навалился на меня…

– Ммм, – я до боли закусила губу, из глубины души наружу вырвался плаксивый стон.

– Давай! – Костя резко двинул бедрами вперед.

– Мама! – в этот момент мои ноготки нервно впились мощные в плечи, ноги скрестились на спине. От страха все тело заполнилось мурашками, но назад дороги не было.

Больше Костя не совершал никаких резких движений, стараясь действовать как можно нежнее. Я закрыла глаза и попыталась настроиться на волну удовольствия. Разумеется, на тот момент мое тело не могло принять должные сексуальные ощущения, однако возбуждение было запредельным. Мне хотелось стонать во всю силу, рычать как зверь и непрерывно двигаться навстречу…

После этой ночи между нами действительно появилось какое-то новое понимание, словно мы стали парой. Костя смотрел на меня, как на ангела, который снизошел с небес, чтобы подарить ему свое горячее сердечко. По крайней мере, именно так я видела его отношение ко мне. Разумеется, для него это было очередной галочкой: только спустя какое-то время я узнала, что этот обаятельный искуситель коллекционирует девственниц…

Наши отношения быстро пошли на убыль. Костя снова стал равнодушным, словно между нами ничего не было. На этот раз он открытым текстом говорил “мы хорошо провели время, и ты не должна выдумывать чувства на пустом месте”. Этого следовало ожидать, но в силу юности мне совсем не хотелось воспринимать суровую правду жизни, она не укладывалась в голове, сердце разрывалось от боли.

Мои ночи были пропитаны слезами, я с трудом сдерживала крик отчаянья, грудь заполнилась адреналином. Костя не выходил из головы. Он словно поселился внутри и стал неделимой частицей, которую нельзя удалить безболезненно. Я бродила по замкнутому кругу, постоянно вспоминая наши встречи, взгляды, прикосновения. От этого становилось еще хуже.

Все мысли складывались в какой-то тоскливый сюжет о любви. Выбраться из этого дерьма у меня не получалось. Единственным способом избавиться от тоски был перевод в другой магазин. Собственно, так я и поступила, не увидев других вариантов. Это было проще: уйти, сбежать, исчезнуть. В новом магазине оказался сумасшедший объем работы, поэтому мысли о Косте достаточно быстро растворились в рабочих буднях и перестали терзать душу.

Несмотря на то, что в моем сердце появилась первая царапинка, этот опыт оказался настоящим билетом во взрослую жизнь, где я научилась отличать секс от любви и отношений. Костя стал прототипом моего секс-символа: уверенный в себе, умный, целеустремленный мужчина с нежным темпераментом.