Пушистое создание подозрительно выглянуло из кухни и уставилось своими небесными глазами на хозяйку, явно не понимая, чего от него хотят.

– Чего смотришь? Думаешь, хозяйка твоя ту-ту, – покрутила у виска девушка, улыбаясь.

Она в этот момент надела юбку и застегивала замок. Темно-серого цвета неброская ткань, классический покрой, длина чуть ниже колен, скромный поясок. Пиджак из точно такого же материала и точно такого же цвета пока лежал на диване и ждал своей очереди.

«… Передаю слово нашей коллеге Ираде, она сейчас находится в мэрии и хочет рассказать…»

– Обойдемся без мэрии, – сказала девушка и выключила «вещатель».

В гостиной сразу стало тихо и по-настоящему мрачно. Больше не было ни звуков, ни мерцания экрана. Даже кошка быстро спряталась на кухне, где свет проходил сквозь прозрачную занавеску и играл пусть и не яркими, но все же дневными серыми красками. Тяжелые тучи нависли над городом. Осень с каждым днем все сильнее напоминала, лето закончилось, пора перестраиваться на прохладу и унылость.

Девушка надела пиджак, и полностью готовая на сегодня, пошла на кухню, дабы приготовить завтрак, покормить кошку, а потом отправиться на работу.

*****

В полицейском участке сегодня было словно в улике. Шум, гам, радостные возгласы. Еще бы, почти месяц полицейские потратили на то, чтобы задержать самого опасного преступника за последние годы, а может и десятки лет. Во всяком случае, такие слухи ходили среди жителей города после того, как СМИ поставили в известность каждого. Именно журналисты добавили остроты и важности этому делу. А так ли это на самом деле, придется теперь узнать полицейским.

Убийства происходят каждый день, и многое остается за пределами знания горожан, но этот случай отчего-то не прошел мимо ушей и продолжал держать в напряжении до сегодня. Теперь каждый вздохнул с легкостью, а блюстители порядка – вдвойне. На небольшой отрезок времени горожане прекратят винить полицейских в бездействии. Но это не значит, будто работа на поимке преступника закончилась, начинается другая задача. Как говорится, довести дело до суда, убедиться в полном наличии улик и доказательств, чтобы воздалось по заслугам.

– Мартин, молодец! – Радостно хвалил шеф подчиненного, сидя в своем кабинете. – Благодаря твоей смекалке удалось найти этого подонка.

– Шеф, здесь не только моя заслуга, – отвечал мужчина чуть за тридцать, хотя по глазам было видно, ему льстила хвала начальника.

– Не прибедняйся, тебе единственному удалось понять ход действий этого недоинженера, – скривился начальник полицейского участка, не представляя, каким образом инженер мог пойти на серийное убийство. – Никогда бы не поверил, что человек такого ранга смог пойти на убийство четверых ни в чем не повинных людей. Это ужас.

– Вы же сами знаете, убийцами становятся кто угодно.

– Это точно. Просто мне все равно тяжело признать… – начальник решил не продолжать, потому что его внутреннее негодование в любом случае ничего не изменит.

Повисла недолгая пауза. Мартин не знал, о чем говорить и просто ждал, когда шеф обратится к нему. А тот, блуждая у себя в голове, пытался найти ответы.

Начальник полицейского участка поджал нижнюю губу, отчего его морщины стали еще заметнее. Немолодое лицо, пролысина на голове, впалые щеки, легкая щетина на щеках создавали образ человека, который досиживает свои последние дни в ожидании долгожданной пенсии. Он явно устал от работы, от постоянных проблем и хотел уйти от этого раз и навсегда. Впрочем, и в самом деле начальнику осталось не так много времени, всего две недели и он покинет свой пост заслуженно. А дальше будь что будет, но без него.

– Ты с ребятами расколол его? – Спросил шеф.

– Нет, – закачал Мартин головой, и его лицо немного нахмурилось.

– Упертый засранец, – злобно фыркнул начальник.

– Я сам удивляюсь, откуда в нем такая сила воли? Я думал, он расплачется, словно девочка и выложит все в подробностях, что натворил. А он упорно молчит, и ни одному из нас не удалось найти с ним точки соприкосновения. – Говорил Мартин, обдумывая, как поделикатнее сказать то, о чем он думает. – Шеф, а может, стоит чуть-чуть применить силу?

– Мартин, ты в своем уме? – Начальник поменял лицо до неузнаваемости. Светло-серые глаза расширились до предела, и казалось, зрачки слились полностью с белком.

– Я не говорю избивать до потери сознания, – Мартин пытался уточнить, что он имел в виду. – Просто надавить на него и вывести из зоны молчания.

– Вот из-за таких слов, Мартин, я и не хочу уходить на пенсию. Боюсь представить, что здесь будет происходить. – С укором смотрел шеф. – В моем участке, никогда и ни при каких обстоятельствах никого не избивают. Даже самого отъявленного и жестокого преступника. А знаешь почему?

Мартин лишь закачал головой.

– Потому что избиение со стороны полицейского говорит о его слабости и бессилии.

Мартин не совсем понял, о чем хотел сказать своими словами шеф, но не стал переспрашивать. Хотя от старого мудрого человека не скрыть во взгляде непонимание, поэтому начальник решил объяснить более понятным языком.

– Понимаешь, Мартин, каждый полицейский должен быть еще и психологом. Я бы сказал очень толковым психологом. Нужно знать слабые места преступника и давить на них с помощью слова. И когда убийца раскрывается перед тобой, он понимает, что проиграл. Ему не удалось вывести из равновесия тебя, меня или любого другого нашего коллегу. А самое главное он говорит правду. Но стоит применить силу, в первую очередь любой полицейский еще раз доказывает преступнику, мы, в действительности, против закона. Мы зло, каким нас любят величать. Но хуже даже история не про оборотней в погонах. А то, что мы можем правды вовсе не узнать. В конце концов, преступник сознается против своей воли и подписывает бумаги, хотя на самом деле все может быть не так.

– Я понял, шеф, о чем вы, – виновато ответил Мартин, еще раз убедившись, его начальник достойный человек и достойный полицейский.

Как правило, столько лет работая в полиции, очень часто охрана порядка забывает видеть и разделять положительное и отрицательное. Все смешивается в общую кашу, где хорошего попросту не видно, так как сама работа ничего доброго не несет. Тем более в таком отделе, где кроме маньяков, убийц, извращенцев, больше никого нет. Изо дня в день наблюдать за скрытой правдой тошно и это в какой-то степени уничтожает внутренние чувства. Все становится рутиной, на которую стоит реагировать сквозь особую пелену, пытаясь толком и не осознавать этого, и выполнять свой долг будто робот. Иначе психика может не выдержать. Особенно, когда вдаешься в подробности пути того или иного преступника, а самое страшное узнаешь мотивы.

– Шеф, тогда что нам делать? Ждать пока он решится заговорить? У нас времени не так-то много, вы же знаете приказ мэра.

– Ждать не надо. Надо пойти другим путем. – Размышлял шеф. – Если у ребят не получается, значит нужно подключить к работе другую личность.

– О ком вы говорите? – Не понял Мартин.

– Думаю Миранда – лучший кандидат.

– Вы думаете, у нее получится? – С сомнением в голосе спросил полицейский.

– Думаю да. У нее есть те данные, которыми, к сожалению, мы не обладаем.

– Психолог, – то ли спросил, то ли уточнил Мартин.

– Психолог это дополнение. В первую очередь, она молодая девушка. А, как правило, маньякам комфортнее находиться в присутствии симпатичной дамы, чем со злыми мужиками, готовыми зажать пальцы между дверей.

Мартин воспринял последние слова начальника напоминанием о его желании произвести насилие, и снова почувствовал укол в глубине себя.

– Более того, убийцы любят восхваляться перед теми, кто их слабее, чтобы показать свое величие, – закончил мысль шеф.

– Может вы и правы. Но что если у нее не получится?

– Давай решать проблемы по мере их поступления. Вся наша работа построена на случае и на предположении, поэтому доверимся возможностям Миранды.

– Шеф, я переживаю, что если вклинится какой-нибудь адвокат со стороны преступника и замнет это дело. В конце концов, его могут признать безумцем, и он просто осядет в городской психиатрической больнице, вместо справедливого приговора.

– Все может быть. Но наша работа в первую очередь сделать все, что требуется с нашей стороны, а остальное пусть решает суд.

– Вот этого я и боюсь. Столько трудов могут пойти впустую, – Мартин сделал на лице гримасу.

– Главное доказательная база. А дальше наши полномочия заканчиваются. Да и, Мартин, ты же сам читал дело по этому парню, у него есть все шансы и без адвоката пойти по другому пути. Ведь еще будет проводиться дополнительная судмедэкспертиза, психиатры поработают и на фоне их заключения может все измениться.

– Несправедливо все это. Он заслуживает высшей меры.

– Не нам решать и уж тем более судить кого-то. Наша задача остановить преступника. Мы это сделали. Теперь готовь документы, успокойся и двигайся дальше. Ты молодец, свою службу ведешь честно.

Мартин вышел из кабинета начальника и побрел к своему месту обитания. Общий офис был заставлен десятками столов, где находились простые полицейские и были поглощены работой. Вскоре все разойдутся по своим участкам и приступят к несению службы за пределами родных стен. Там, где они нужны больше всего, пускай об этом люди и не думают, пока горе не коснется их.

Для Мартина тоже работы в офисе не осталось. Ему не удалось разговорить преступника, а значит, находиться здесь нет смысла. Все равно разговор между Мирандой и убийцей должны записать на видео, и можно будет посмотреть позже. Во всяком случае, он рассчитывал на это. Поэтому отсиживаться в офисе без толку не хотелось. Лучше пойти с ребятами патрулировать улицы. Пусть погода не так хороша, как хотелось бы, все же лучше на свежем воздухе среди людей, чем сидеть в четырех стенах и грузиться по поводу дела, толком не зная, чем оно закончится в итоге.

Вскоре в офисе стало тихо. Полицейские разошлись, и в общей комнате осталась одна секретарь. Она с озабоченным видом что-то печатала на компьютере, вовлеченная в этот процесс полностью. Оторвать от дела ее смог телефонный звонок. На линии был шеф.

– Дженни, зайди ко мне, – послышался хриплый голос в трубке.

– Да, мистер Войт, иду, – ответила девушка и незамедлительно пошла в кабинет начальника.

– Дженни, можешь узнать, Миранда появилась на работе? – Спросил шеф, стоило только открыться двери.

– Хорошо, мистер Войт. Еще что-то? – Не поняла секретарша, почему этого он не сказал по телефону? Зачем было ее звать в кабинет? Вид у начальника показался ей странным. Будто сам не свой.

– Нет, это все, – шеф сначала хотел о чем-то еще сказать, а потом в последний момент не решился. Опустил взгляд на собственный стол.

– Хорошо, – кивнула Дженни и закрыла за собой дверь.

Через десять минут Миранда оказалась в кабинете начальника полицейского участка и странно поглядывала на него.

– Заходи, Миранда, спасибо что пришла, – возбужденно говорил Войт.

– Слушаю вас.

– У меня к тебе будет просьба. Я думаю ты уже слышала о том, что поймали того маньяка-убийцу?

– Какого? – Не поняла девушка.

– Ты утром телевизор не смотришь? – Удивился Войт.

– Я, наверное, в этот момент принимала душ, – пыталась Миранда вспомнить, что она слышала по телевизору, но зная себя с утра, все равно информация могла пройти мимо ее ушей.

– Правильно, – одобрительно кивнул шеф. – Лучше принять душ, чем слушать про всяких маньяков.

Девушка ничего не ответила, не понимая странного взгляда начальника полицейского участка.

– И все же придется тебе испортить нынешний день. Уж прости, просто обратиться мне больше не к кому.

– Что случилось? – Аккуратно спросила Миранда, дабы не показаться грубой. Но ей хотелось услышать суть.

– Мы поймали маньяка сегодня ночью, но вот проблемка. Он отказывается говорить с кем-либо из наших ребят. Я знаю у тебя большой опыт с такими неприятными личностями, – пытался сказать более культурно, хотя на языке крутилось несколько другое слово. – И мне нужно, чтобы ты попыталась войти с ним в контакт и узнать всю правду, а лучше всего выбить признание.

– Мистер Войт, вы меня простите, но я психолог, я не умею выбивать признание. Я могу с ним поговорить, но если он отказывается вести с кем-либо беседу, боюсь, я тут бессильна.

– Мирандочка, ты главное попробуй, хорошо? – Нежным голосом говорил начальник полицейского участка.

– Конечно, я попробую, но не обещаю.

– Спасибо, Миранда. Я ребят предупрежу, пусть тебя обезопасят максимально, на случай непредвиденного.

– Нет, мистер Войт, не нужно преступника заковывать в наручники, – возразила девушка. – Это лишнее.

– Почему? – Не понял шеф.

– Поверьте, так разговор у нас точно не состоится. Мы должны быть на равных.

– А если он кинется на тебя?

– Пусть лучше ваши ребята стоят за дверью, а если вдруг что-то произойдет, я крикну.

– Как скажешь, – не стал спорить шеф.

– Когда мне с ним поговорить?

– С кем? – Не сразу сообразил начальник полицейского участка, блуждая в своих мыслях.

– С преступником, – не понимала девушка, что могло повлиять на шефа, из-за чего он настолько растерян.

– А-а-а, – хлопнул ладошкой по столу Войт, – давай через часок в переговорной. Пока попей кофе, наберись сил перед разговором, а я попрошу привести того маньяка пакостного.

– Тогда я пойду.

– Конечно, иди.

Шеф дождался, когда снова оказался в комнате один и, схватив трубку телефона начал набирать.

– Дино, попроси привести через час в переговорную недоинженера, – в приказном тоне сказал начальник.

– Какого еще недоинженера? – Не понял мужчина на том конце провода.

– Какого, какого, – рявкнул Войт, – которого вчера поймали. Дино, проснись!

– Я вас понял, шеф. Будет сделано.

– Так бы сразу.

Начальник положил трубку, а сам откинулся в сидении и не знал, чем себя занять. Тревога внутри лишь нарастала. Но самое печальное для Войта, связано это вовсе не с работой. Свои проблемы он старался держать за пределами рабочего кабинета, и все же сейчас у него это не получалось. Поймать опасного преступника это хорошее дело. Еще чуть-чуть бы и пошло давление со стороны мэрии. Этого удалось избежать, вот только как быть с угнетающим и беспощадным бытом.

Войт нахмурился, достал сигару и закурил ее. Вместе с клубами дыма он находился где-то далеко от рабочего кабинета в поисках ответов. Никогда бы он не мог подумать, что пойдет на пенсию в тот самый момент, когда в этом толка больше нет.