Цитаты из книг автора «Алайна Салах»

Даже навешать тебе не хочется, – комментирует Машин дед, когда я в сомнамбулическом состоянии спускаюсь со второго этажа. – Морально тебя наша травоядная, вижу, уже отпиздила.

с чего ты взяла, что мозги дети наследуют от матери? – Я посмотрела рилс, – не моргнув глазом, отвечает она. – Там один очень умный мужчина сказал. – Тогда ясно, в кого я такой идиот. Ты передала свои мозги моей матери, а она передала их мне. Прояснилось.

Ваш кофе. – Передо мной с грохотом опускается чашка. Я закатываю глаза. На блюдце рядом с кусочками сахара лежит серебристый квадратик с надписью «Бравый гусар». В кофейнях кладут печеньки, а моя бабуля притащила гондон.

«Слушай, а что за дебильное название – «Эллада»? Не мог нормально контору свою назвать? Типа, «Тимур и его команда». Команда правда у тебя ебанная. Тимур и его ебанная команда. Аха-ха-ха».

Ты бы лицо Карлсона видела, когда та порно-модель на него верхом залезла. Я думал, либо в обморок грохнется, либо прощения просить начнет. Не стал, слава богу. Там же Максим еще припорол процесс контролировать. Этот тоже, конечно, борщит. – Дед раздраженно морщится. – Саня замуж быстро съебалась, так он решил младшей житья не дать… – Я что-то сути не улавливаю, – Люба переводит непонимающий взгляд на меня. – Причем тут Максим? – Суть, Люба, в том, что Карлсон на деву нашу Марию уже четыре года молится. Только дебил не заметит. Ну, или баба. – Дед наставительно смотрит на меня. – С горя себе говорящие сиськи нашел, а как избавиться теперь, не знает. А травоядной нашей лишь бы повод был погрустить всласть. Вчера аж два часа под музыку истуканом сидела, потом еще столько же каля-баля порисовала.

А что же моя внучка, напичканная всеми этими витаминами, такая унылая сидит, что смотреть противно? Молодежь нынче капризная, сил нет. Жена моя ей по заказу овощи каждое утро строгает, дедуля по сусекам поскреб и недвижимости отвалил для карьерного старта, а нашей хиппи все равно белый свет не мил.

А как же Марианна? Спросила та, кто танцевала приват и только что облизала мой палец. – Нет Марианны, – хрипло выдавливаю я, отказываясь выпускать Машу из своих рук. – Была и сплыла. – Ох, Тимур… – В ее глазах проступает сочувствие. Неподдельное, мать его. – Я не знала. И как ты себя сейчас чувствуешь? Обожаю попиздить о душевном, когда трусы дымятся. Прекрасно я себя чувствую. Великолепно просто. Даже зубы свело.

Что улыбаешься, дитя солнца? Тащи своего таксиста в дом. Будем заряженную воду пить и шаманские хороводы водить. Шутка. Ты мясо, надеюсь, ешь? Поняв, что этот вопрос адресован мне, я киваю. Какое отношение мой рост и пищевые привычки имеют к предстоящей беседе, и о чем, собственно, будет эта беседа, я пока не догадываюсь. – Люба! – громогласно рявкает старик. – Наша травоядная на ужин плотоядного привела. Мечи на стол пироги. Разговор разговаривать будем.

Как вы с Марианной познакомились? – Она голосовала на улице поздно вечером, – сдаваясь, отвечаю я. – Я ее подвез, и мы разговорились. – О, я тоже голосовала в этом году! За республиканцев. – Голосовала – это ловила такси. – А-а… Поняла. Марианне с тобой очень повезло. Ловить такси на улице поздно вечером одной все-таки небезопасно. А когда вы впервые поцеловались? – Я бы предпочел это не обсуждать, – бормочу я, в очередной раз дивясь Машиной прямолинейности. Едва ли ей стоит знать, что мы с Марианной переспали раньше, чем поцеловались. – Ясно. А помнишь наш с тобой первый поцелуй? Нахмурившись, я стискиваю руль. Дружить с Машей – это все равно, что ходить по минному полю.

А вы с Марианной давно встречаетесь? – не смолкает она. Женщины – коварные существа. К самым неприятным вопросам они переходят, когда убедятся, что ты лишен возможности сбежать.