*В этом месте Дж.Р.Р. Мартин охватывает взглядом количество умерших персонажей, произносит “Я, пожалуй, попозже зайду” и уходит нервно курить в сторонке.
Впрочем, это всё шуточки. Настоящая азиатщина старой школы никогда не славилась ни хэппиэндами, ни хоть какой-то сюжетной бронёй для любого персонажа в ней (скорее наоборот). И в этом контексте вторая часть “Мелодии огня и ветра”, как мне кажется, опирается на старую классику, до всей этой красивой и выбеленной на импорт популяризации.
Сейчас и не верится даже, что начиналось всё так светло и красочно, напоминая чем-то в том числе классическую “Легенду об Аанге”. Теперь столь далёкое начало первой книги напоминает невинную, полную смеха и счастья юность, которую почти стёрли из памяти живущих горе и война. Ну и Пролог всей истории встал, наконец, на своё место. Он, кстати был отличным крючком: предвосхищал будущие события и заставлял задаваться вопросом, как герои оказались в том месте, где читатель видит их впервые?
Со второй книгой стало ясно, насколько масштабной была авторская задумка. Как арка Сюна и Лань, начавшись с радостного обучения Лань в Долине Ветров, падает в войну, раскидавшую их не просто по разные стороны баррикад, а сделавшую их обоих буквально флагманским оружием сторон в борьбе друг против друга. Здесь жизнь закаляет Сюна и ломает Лань, делая её объектом ненависти всего остального мира, которому бросил вызов её отец, император Редаута. К последнему, кстати, так и остался открытым вопрос: чего он пытался в итоге добиться всей этой войной? “Королевская битва” среди его многочисленных детей, вероятно, должна была отсеять среди них сильнейшего, достойного стать наследником, но чем и в окружении чего предполагалось будет править этот самый наследник, если бы что-то пошло не так? На что рассчитывал Рэйтан? Или Император и правда выстоял бы, не дрогни рука у Лань в самый ответственный миг?..
Ответ, возможно, будет сокрыт в третьей книге. Даже если нет, то судить об этом можно будет только видя всю композиции целиком.
Далее по хорошему должен был бы быть некролог на 10 листов с множеством имён. Война в книге не просто идёт: мы познакомимся в ней с каждым обречённым принцем Редаута, успеем проникнуться им и вскоре пронаблюдаем как и где он закончил жизнь. И по точно той же схеме с противоположной стороной: многие люди остальных царств, правители и простые воины, старые друзья, знакомые и соратники заставят нас испытывать к себе уважение и симпатию, а затем погибнут в этом безумном горниле. И читатель будет знать как, почему, о чём думал человек в последний момент и чего на самом деле хотел. Этих судеб-искорок, вспыхнувших и угасших на общем фоне, реально МНОГО, и при этом каждая умудряется быть уникальной в своём роде, за что автору поклон. Из общего безумия сама собой выкристаллизовывается мысль о том, как много всего уникального, драгоценного, неповторимого уничтожает война без жалости и не оглядываясь. Уничтожает навсегда.
И тем жутче было это читать, понимая, что в мире прямо сейчас происходит по сути то же самое.
Потом война заканчивается. А начатый ею круг бесконечной ненависти - нет, и это едва ли не хуже самой войны. Армию может победить другая армия. Но как победить злобу в умах простого народа, который будет вымещать её на таких же простых уроженцах Редаута? А те будут ненавидеть в ответ и защищаться в ответ, и цикл начнётся по новой.
Апогеем этого всего является, безусловно, бунт и подавление его в рудниках, куда сослали военнопленных и единственных дорогих сердцу Лань родичей. Честно: расправа над ними была для меня самым тяжёлым испытанием во всей книге. Виета и Эмин к этому моменту пережили уже столько, что я начала слабо надеяться на чудо. И тут происходит едва ли не самый сильный и противоречивый момент во всей истории: когда остатки редаутцев по сути делают Эмина знаменем своего восстания, ведь он - последний принц и наследник, а Эмин, с одной стороны, бросает их и подводит в самый ответственный миг, обрекая на смерть, а с другой стороны этим действом одиннадцатилетний мальчик пытается разорвать круг ненависти. Просто так, как может, и всё. С этого момента он обречён, но свою битву за душу он всё-таки выигрывает. Жаль, никто в мире не узнает об этом и не сможет оценить: лишившийся единственного мага-музыканта бунт будет подавлен, а все его участники - казнены. А потом тела брата и сестры увидит Лань, и это буквально запустит машину судного дня.
И вот тут пора уже обратиться к главным героям, ибо они в тайне от всех уберегали то, что можно всей этой ненависти противопоставить. Добрая, открытая, честная и сострадательная Лань в своё время тронула душу закрытого ото всех за стеной безупречных вежливости и спокойствия Сюна. Он запомнил её такой, он знал кто она внутри и пронёс это знание через огонь войны, в котором она была главным оружием против него. Сюн единственный продолжал видеть в ней человека в то время как весь остальной мир видел только чудовище, которым она никогда не являлась. Спас её женившись, отогрел в Долине Ветров, почти вернул её прежнюю, способную улыбаться… К слову, прекрасная любовная линия, выдержанная в духе сеттинга, где один нежный взгляд, брошенный Сюну, стоит дороже всей испанской страсти десяти обычных любовных романов! Но всё это лишь для того, чтоб в один непрекрасный день Лань добралась до места заточения брата с сестрой, и увидела то что увидела. И что сталось с ней после, насколько уничтожил её этот последний надлом, доведётся узнать только в третьей книге.
Любовь, этот антагонист ненависти, единственное чем можно побороть этот бесконечный круг, была пронесена героями сквозь пламя войны, и, кажется, со смертью Виеты и Эмина потерпела поражение. Все труды Сюна по реабилитации дорогой его сердцу девушки, ради которой он пожертвовал собственным добрым именем и подставил родного брата под политический удар (виданное ли дело: член правящей династии и герой войны тайно женился на главной военной преступнице!) кажется, пошли прахом. Но все эти события приводят его в итоге к опустошению и… освобождению. Серьёзно, в последней главе в конце её чувствуешь вздох облегчения: нельзя молча таскать боль в себе, так что порой богам приходится делать так, чтобы боли этой стало слишком много: не удержать больше, только выпустить. И в этом состоянии облегчения Сюн отправляется в третью книгу на поиски супруги. Но что с ней происходит сейчас - представить страшно.
Это всё так же по-азиатски красиво, выдержанно. И при этом только к концу книги у меня сложилось представление об общей композиции истории и её масштабах. Замысел грандиозный, и вопрос на кону: смогут ли герои сохранить среди всей этой разрухи любовь и человечность? И если смогут, то удасться ли им исцелить с их помощью хотя бы себя, или история, по старой доброй китайской\корейской\японской традиции, закончится смертью главных героев? Или совместится и, то и другое?...
Тут, кстати, с автора спрос: покаюсь, я так и не втянулась в современную азиатскую поп-культуру, не знаю что там сейчас сюжетно в треде, но вот в моё время *старческое кряхтение* качественная история с востока была одновременно ещё и огромной длинной метафорой чего-то за своими пределами. Впрочем, я занудно считаю, что этому правилу вообще все книги должны следовать, особенно фэнтезийные, но у “Огня и ветра” это вопрос решённый. Большого общечеловеческого смысла этой истории не занимать. Осталось узнать, к чему мы в итоге придём в конце, чтоб оценить всю композицию в целом.