Проснулась от того, что у меня затекла левая нога, где на лодыжки красовался инопланетный подарок. Первые несколько секунд, спросонья, я никак не могла смекнуть, где я и почему лежу на полу. Мне было очень спокойно, настолько, что в пору было тронуться по путям мечтании. Так и манило уставиться в потолок и ни о чем не думать. Мною овладело тихое отупение, я не чувствовала ни паники, ни боязни, ни переживания. Ничего. Словно внутри все застыло и угасло. Обвела ленивым взглядом все кругом, останавливая равнодушный взгляд на спящих людей по соседству. В ангаре стояла тишина, нарушаемая только сопением спящих людей и чьим-то храпом, который действовал на нервы. Была бы подушка, так бы и запустила в него, не переношу храпящих мужиков. Но и этот храп зафиксировала как – то вяло. Наверное, все так воспринимает наркоман, после приема очередной дозы. В голову забежала и застопорилась догадка, что нас намеренно усыпляют, добавляя в обед и в ужин снотворное, а может быть успокоительное или легкий наркотик. Завтрак, по всей видимости, идет без снотворного, так как после завтрака, мы бодрствуем, а вот после обеда и ужина, повальный тихий сон у всех.

Серое мозговое вещество, нехотя и дохло примкнул к работе, запуская нейроны и протоны в головной черепушке, и старался напомнить мне события последних двух дней.

Припомнила, что вчера после завтрака, в ангар забрел еще один индивидуум, из серий наших похитителей. Если я думала, что эти два урода, что приносили нам еду, большие, то сильно обманывалась. Этот кадр, который нанес мне визит, был намного выше и шире их, а его одежда, сильно отличалась от одежды наших нянек, как я их окрестила. Наверное, он имел отношение к более богатому сословию и занимал особый пост на корабле, раз смог себе позволить сапоги, черные блестящие штаны и что – то наподобие длинной рубашки, без рукавов. Приблизившись ко мне, что он что – то хрюкнул, но на это я не сосредоточила внимания, продолжая изучать его снизу вверх. Это его разозлило, так как присев на корточки, он грубо дернул за цепь, от чего я полетела, как пуля из пистолета, в его широкую грудь. Не долетев чуток до его груди, он меня словил, и, поставив, на ноги, заново хрюкнул. Лишь теперь, до меня дошло, что он собирается мне что – то сказать или донести. Я мотнула головой, давая понять, что не понимаю его. В его черных глазах, полыхнул похвальный огонек, видно, я, верно, разгадала его мысли, и он остался довольным, причислив меня к особо разумным особям. Отпустив меня бережно на пол, чтобы не повредить, мой новый знакомый, поднял свою правую руку, на которой, наблюдался браслет синего цвета с тремя кнопками: красной, желтой и зеленой. Не долго думая, он нажал на зеленую кнопку, и снова хрюкнул, а получив мой отрицательный наклон головы, повторил эту процедуру несколько раз с зеленой кнопкой, пока в моей голове я не услышала вопрос на русском языке.

– Как твое имя?

– Талия, – автоматически и ошеломлено ответила я, взяв на заметку, что этот браслет у него в качестве переводчика.

– “Какая Полезная Вещь! Гугл отдыхает!” – восхитилась я мысленно, рассматривая браслет.

– Сколько тебе лет?

– 26.

– Ты кто?

– Человек, а вы кто? – спросила я раньше, чем осознала, что ляпнула. В ответ услышала длинный хрюк, который переводчик перевел мне как смех.

– Мы великая раса Эбурийцев, – гордо сообщил он, хотя если честно, даже не ожидала, что он ответит и кто такие эбурийцы, понятия не имела. Но если ответил на один вопрос, может, ответит и на второй?

– Зачем мы вам? – была слабая надежда на ответ, но я, все равно, задала самый важный вопрос и посмотрела в его красные глаза.

– Нам вы не нужны. Вы нужны инейцам. Если будете себя хорошо вести, мы постараемся дать вам больше свободы. Передай это своим соотечественникам. – С этими словами он завершил наш диалог, поднялся и покинул нас, горемычных. Было большое желание узнать, как еще воплотить в жизнь его поручение, если мы все разговаривали на разных языках.

Среди нас были: два англичанина, один француз, испанец, негр, китаец, алжирец, албанец, индуска, папуаска… 30 человек! По всей видимости, они нас собирали по всей планете, в разных частях света, и если с англичанами и французом, я еще бы могла изъясниться, то со всеми остальными….

Сделав усилие над собой, решила пораскинуть сереньким веществом: а с чего это, вдруг, я пробудила вчера такой интерес у этого индивидуума? Почему именно ко мне подошел? Решил, что я самая адекватная? Или наши няньки доложили ему, что я самая спокойная и не конфликтная, поэтому и решил возложить на меня этот разговор с соотечественниками. Так я, их гадость и ела меньше всех, находясь два дня в отключке. Как же мне крупно подфартило, твою дивизию!!! Подумав еще немного, решила передать наш разговор французу, благо французский знала, и англичанам, а они пускай передают по цепочке дальше, глядишь, быть может, и получится.

А пока, мои соседи сладко спали и храпели, приняла решение провести разведку боем, поворотом головы, вправо и влево, обратив внимание, что не сплю только я.

Заняв позицию сидя и обхватив свои колени, стала с пристрастием исследовать цепь, а потом и зажим на ноге. Он был изготовлен не из металла, как я первоначально предполагала, а из какого – то прочно пластика, если, конечно, это был пластик. Во всяком случае, он был на него сильно похож. Зажим крепился на ноге и был спаян сбоку вместе с кольцом, в которое крепилась цепь. Проследив глазами за цепью, я сделал открытие: цепь крепится к полу в двух местах, что исключала возможность свободного перемещения. Перестав изучать свое ножное украшение, намерилась разобраться с сумкой, пока все спали. До этого все никак руки не доходили. Мы либо спали, либо лень было, что – либо делать. Повернувшись лицом к спящему Ивану, достала сумку из – под курки. Даже если он и проснется, меня не выдаст.

Открыв медленно сумку, взялась осторожно доставить из нее все. Мысленно рассуждала, что имеет первостепенное значение и может понадобиться, пригодиться, а что, можно выкинуть в туалет, вряд ли эти уроды полезут туда. Не знаю, кто из людей сказал, но сказал верно: «что в женской сумочки, при тщательной проверки, можно найти даже топор»….

Чего в ней только не было: три классных ножичка, карабин с пилой, компас, пилочка для ногтей, маленький зонтик, сигареты, зажигалка, невидимки и резинка для волос. Резинку я использовала сразу, собрав волосы, а бесполезный телефон, банковскую карту, записную книжку и мн.др., отложила в сторону.

Разобрала и разбила все на три кучки: на надо, пригодиться и не нужно. Надо и пригодиться, стала аккуратно распихивать по карманам куртки и джинсов. Все, что было лишнее, запихнула обратно в сумку и закрыла ее.

– Ты чего там творишь? – открыв глаза и наблюдая за моими действиями, тихим шепотом, нарушил тишину Иван.

– Думаю, как свалить отсюда и ищу средства к побегу, – не выдержала я и просветила его. – Может кто – то и решил сдаться на их милость, но я мало верю в такое чудо, что у них будет милосердие по отношению к нам.

– Тогда я с тобой, – заметил он и, не делая резких движений, повернулся на бок.

– Вань, у меня тут один вопрос назрел.… Скажи, мы всегда после обеда спим? – убирая сумку назад под куртку, задала мучивший меня вопрос.

– Хм… – он задумался и кивнул головой. – Да. Они видимо, что – то добавляют в еду, потому – то вырубает практически сразу.

– А после завтрака, не вырубает?

– Нет.

– Ясно.

– Что именно? – с иронией осведомился мой друг по несчастью. Где – то вначале, нашей бедовой колоны, кто – то проснулся и дернул цепь, из-за чего, Ваня тут же сел.

– Если не хотим превратиться в хомячков и хорьков, то советую, есть только завтрак.

– Я тоже думал об этом. А обед и ужин, сними что делать? – серьезным шепотом осведомился он и хитро взглянул на меня.

За эти дни мы подружились и старались поддерживать друг друга. Общее горе и беда, объединяют людей. Остальные тоже, мало-помалу начали общаться между собой, где на английском, где на арабском, благо времени было море.

– Выбрасывать в туалет, вряд ли они полезут его изучать.

– Хороший вариант, так и думал, что это скажешь, – тихо рассмеялся он. – Что придумала? Колись!

– Попробую ночью, пока все будут спать, снять это прекрасное украшение с себя.

– И каким образом ты планируешь это провернуть? Зубами грызть будешь?

– Ну почему, зубами? – уже заулыбалась я и загадочно посмотрела на него. – Зубы мне еще понадобятся.

– Слушай, малая, а ты кем работала?– задумчиво и с любопытством, спросил он и что – то странное проскользнула в его глазах.

– Неважно. Важно другое. Помнишь наш советский мультфильм «80 дней вокруг света»?

– Кто ж его не помнит?! – он засмеялся в кулак, маскирую под кашель. – Я своих пацанов, по этому мультику учил выживать в лесу. Решила взять пример с них? – я кивнула головой. – Хотя, в нашей ситуации, ты права. Если получится, будет здорово, если нет, то хоть совесть мучить не будет, что даже не пытались, что – либо сделать.

– Хочешь сказать, как Островский: “Чтобы не было мучительно больно, за бесцельно прожитые года?”. Умирать, так с песней и с танцами?

– А – то! Где наша не пропадала.

И мы, не изрекая больше ни слова, обнялись, как два родных человека, беззвучно оплакивая наше неисполненное будущее. Мы не были детьми и отдавали себе отчет, что если у нас и выйдет выбраться с ангара, то с корабля вряд – ли. Там, открытый космос, а мы…. Все, что мы умеем делать, это крутить руль автомобиля и педали велосипеда, а не космические корабли угонять. Здесь Гагарин с Титовым нужны, а не молодая женщина и отец семейства, которые мечтали дом построить и дерево вырасти. И я, и Ваня, знали, что это дорога в никуда и что это самоубийство, но вслух мы не произносили этого. Тешило наше самолюбие только то, что на прощанье, мы себе устроим развлекуху, а команде большой геморрой, чтобы запомнили нас: красивыми и молодыми….

До ужина не так много времени оставалось, и мы задались целью разработать план дальнейших действий: дождаться пока все крепко уснут и избавиться от зажима на ноге. Огонь, то есть, зажигалку использовать нельзя, мы не были уверены, есть ли здесь, камеры видеонаблюдения или нет. Я незаметно вытащила из кармана куртки карабин и показала Ване маленькую пилку. По идеи, она должна была нам помочь, ведь я заказывала ее с туристического сайта для альпинистов, а там снаряжение мастерили качественное. Исследовав карабин, Ваня согласился, что это может сработать. Второй план был таков: если удастся избавиться от зажима, Ваня сядет поближе к моей соседке и прикроет свободной ногой мою цепь, а я воспользуюсь тем, что наши няньки не особо смотрят по сторонам, проберусь на корабль в разведку. При успехе, если меня не схватят и не изобличат, я вернусь, и тогда вдвоем попытаемся слинять. Куда? Пока мы об этом не задумывались, по ходу дела, будет видно. В противном случае, если я не вернусь до ужина, у Вани будет шанс выбраться самому, найти кабеля и перерезать их. Умирать, так с музыкой, а мимоходом, и своих похитителей прихватить собой. Что – то нам подсказывало, что инейцы не просто так нас заказали и вряд ли нам придется по сердцу их гостеприимство. Уж лучше смерть, чем опыты и пытки.

– Вань, а ты служил? – задала я вопрос, который грыз меня давно. Ваня, выделялся среди наших мужиков на корабле, он был более коренаст, жилист, да и вел он себя более рассудительно и здравомысляще, чем остальные. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что он не на тренажерах качался. Да и татуировка на плече интересная была. Такую я уже видела у одного из своих друзей.

– Да, – он посмотрел на меня, и я попала в плен его серых глаз.– На Кубе и во Вьетнаме.

– Морской спецназ особого назначения? – уточнила я, давая понять, что я в курсе, кто там служил.

– Ты и такое знаешь?! – Вопрос его немного удивил. Подарив пронзительный взгляд,

от чего мне стало не по себе, сдавленно спросил: – Малая, а ты случаем не в КГБ работала?

– Не – а. – нервно засмеялась я в ответ, даже головой покачала. – У меня друг был, в Одессе. Мы его называли Ежом, настоящего его имени не знали. Он всем и всегда говорил, что его Ежом зовут. После развала Союза, он рассказывал много интересных истории, как служил на Кубе. Там, где проходил его спецотряд, оставалась пустынная земля. Таков был приказ: не дать возможность американцам захватить Кубу.

– Постой, постой.… Твой друг имел шрам на лице, около левого глаза? – подобравшись и присев поближе ко мне, поинтересовался он.

– Да, от левого глаза до подбородка. Его осколком от фугаски задело, – подтвердила я и уставилась уже сама на него.

– Мда, – и как – то странно выругавшись сквозь зубы, Иван, опустил голову на колени. – Правду говорят: пути Господни не исповедимы! Никогда не мог даже предположить и представить, что наступит момент, и я встречу молодую девушку, которая будет знакома с моим боевым товарищем и побратимом, с нашим Ежом! – Не задумываясь, он придвинул меня к себе поближе и шепнул мне на ухо, – Его Лешей зовут. Когда вернемся, привет ему передашь, от Моржа.

– Если доживу, то обязательно передам, – ком встрял мне поперек горла и чтобы не разреветься, я отвернулась, пожалев, что начала этот разговор. Ваня тоже смолк, очевидно, ему тоже пришлось приложить усилия и успокоить свою ноющую рану в груди.

После ужина, мы улеглись наравне со всеми и сделали вид, что уснули. Наш ужин почил с миром в унитазе, о чем мы не особо сокрушались, правда, есть все равно хотелось. Пришлось поделить леденцы и остаток воды на двоих и утихомирить желудок на время. Дождавшись, пока все крепко уснут, мы, еще битый час сопели, не делая резких движений и не зря. Двери бесшумно отворились и на пороге показались наши няньки. Постояв несколько минут в проеме и удостоверившись, что наш детский сад крепко спит, они развернулись и покинули нас. Двери также бесшумно затворились вслед за ними, что означала, что они их смазали или починили. Это плюс.

Развернувшись на 90 градусов, согнула ногу в колени, но не смогла дотянуться до ступни, пришлось сесть, достать пилку и начать пилить. От первых срезов, чуть не завопила в голос от радости. Моя пилка пилила, чертов пластик! Пришлось остановиться и подумать, что постелить под ногой, чтобы спрятать стружку от пластика. Ваня, следя за мной, и, смекнувши, с какой проблемой я столкнулась, расстегнул рубашку и молча, снял майку. Работа закипела. Спустя полтора часа, мое ножное украшение спало. Пришел черед Вани. Когда он управился со своим зажимом, майку свернули и спрятали под Ваниной рубашкой, утром выбросит в унитаз. Карабин, пилку, зонтик, ножи и зажигалку оставила ему для диверсионной работы на корабле, на случай если мне не повезет.

Время на Ваниных часах показывало 3 часа ночи, завтрак приносили к восьми. За последние несколько часов, наше настроение подпрыгнуло, и появился шанс, хоть и иллюзорный, но все – таки шанс на спасение.

– Тебе нужно добраться до спасательного отсека и посмотреть, есть ли у нас шанс свалить отсюда, – инструктировал меня Ваня. – Но сначала, малая, проверь верхние этажи, и попытайся примерно узнать, численность команды. От этого будет много завесить. И…. будь осторожна, малая, ты мне стала как дочь, мне будет больно тебя потерять.

– Ты себя тоже береги … отец… – мое сердце сжалось от необычных чувств и чтобы не разревется, я подвинулась к нему и крепко обняла его. – Если удастся и наш план получится, закатим пир на весь мир.

– Месяц гулять будем. Приедешь в Аймовир и познакомишься с моими пацанами и женой.

– А ты с семьей приедешь в Дижон и увидишь мою семью, – со слезами на глазах и болью в сердце, проговорила я. Мы оба понимали, на что идем и мы прощались, чтобы, в случае провала, встретиться за гранью. Получится или нет, но попытка – не пытка, стоило рискнуть.

Поговорив еще немного и поревев напоследок, я все – таки улеглась спать, а он остался охранять мой сон, до семи утра, чтобы разбудить. Пока все еще будут спать, я обязана буду пробраться к дверям и затаиться там, а дальше дело случая и везенья.

Как ни сопротивлялась, но уснула я быстро, по всей видимости, отразилось нервное напряжение. Но стоило мне только закрыть глаза и пуститься погулять по раздольям сновидений, как меня уже дергал за руку Ваня, вынуждая открыть глаза.

Зевнув несколько раз и еще раз, обнявшись напоследок, я стала на четвереньки и поползла в сторону дверей. Сумку, предварительно просмотрев еще ночью, сообща с Ваней, отправила вместе с майкой в биотуалет, чтобы не мешала, а все остальное, разделили с другом по несчастью на двоих, запихнув по карманам.

До дверей я доползла быстро, и, остановившись, постаралась найти себе более затемненное место и затаиться. Как всегда, в такие моменты, время ползло невыносимо долго. От ожидания и тихое сопение людей, сама едва не уснула, сидя на корточках. Раздавшийся громкий храп резко вырвал меня из полудремы, отчего тряхнула головой и больно стукнулась затылком об стену. Забыв на несколько минут как дышать от боли и пересчитав все звезды в глазах, кинула ненавистный взгляд на дверь, которая вот – вот должна была отвориться. Адреналин зашкаливал, страх, и азарт приключения перемешались воедино, вынуждая мою кровь бить ключом по моим венам, и я была готова к подвигам.

– “Десяти смертям не бывать, одной не миновать” – мысленно ухмыльнувшись, вспомнила я старую фразу, рассматривая спящих людей на полу.

По – тихонько, люди тоже начали просыпаться. Кто – то постанывал от жесткого пола, кто – то разминал ноги и руки. Ошеломил китаец, который проснувшись, взялся делать то ли гимнастику, то ли йогу на одной ноге и несколько женщин принялись за ним повторять. Вот что значит, жажда к жизни!

Когда отворились двери, все, как по команде, заняли свои места на полу в ожидании завтрака. Я застыла в позе кошечки, дожидаясь, пока наши няньки отдалятся подальше от дверей. Перед самым уходом, метнула последний взгляд в сторону Вани и, пытаясь не шуметь, вдоль стеночки пробралась к дверям, куда и юркнула со скоростью пули.

Глава 3

Коридор меня встретил ярким светом, и мне пришлось на секунду зажмурить глаза, чтобы не слепило. Распахнув глаза, живо отсканировала пространство вокруг себя. Справой стороны, вдоль всего коридора стояли коробки в ряд, где – то 1,5 метра в высоту и около метра в ширину. Между отдельными коробками было сохранено пространство, куда я и шмыгнула. Присев на корточки, и наклонив голову на колени, стремилась, стать как можно ниже и незаметнее, молясь, чтобы наши няньки не были настолько зоркими. Долго ждать их не пришлось. Мимо меня, катя тележку впереди себя, прошли эти два урода, о чем – то между собой хрюкая. Если не подняли тревогу, значит, мой побег они не засекли. Молодец Ванюша! Прикрыл! Но и здесь засиживаться тоже не повод.

Внутри все зашкаливало, как счетчик Гейгера, но мозг работал оперативно, трезво и рассудительно. Встав на ноги, пронеслась до конца коридора, но услышав шаги, опять притаилась среди коробок. Пока сидела и ожидала, чтобы этот незнакомец прошел мимо, задалась вопросом:

– “А почему коробки в коридоре? Неужели у них нет грузового отсека? – И тут меня осенило, что в грузовом отсеке поселили нас! Вот почему весь груз в коридоре! – Хм.… А они прилично затарились! Видать, приняли хороший заказ, раз так бережно расставили груз вдоль всего коридора”. – Мимо меня, прошел еще один индивид и свернул куда вбок…

Мне было очень важно, убраться как можно подальше от моего место заточения, но при этом еще и запомнить обратный маршрут. Главное, перемещаться по правой стороне, где можно было спрятаться в случае опасности. Пока двигалась по коридорам, концентрировала внимание на все, что попадалась на глаза: здесь лестница, уходит вниз, здесь лестница поднимается вверх, а там тупик….