Без присутствия в ней шторма по имени Родион. Сумасшедшего шторма, от которого срывает крышу: всего-то девять балов по шкале Бофорта
притиснул её к себе поближе, усаживая попкой прямиком на стояк. – Да прекратите вы! – Угу! Продолжай дёргаться, охренеть как приятно.
Марков, конечно, кое-как отёр свою красивую физиономию, но выглядел как житель придорожной канавы, напяливший на себя модные дизайнерские шмотки.
– Филя, не тупи, – тихо процедила я. – Не знаешь, что ли… Детям – мороженое, бабе – цветы!Вот и неси!