– Уже позднее утро?
– Уже поздний обед, Снежинка. Выспался даже я, – усмехается Рома и переводит взгляд на сковороду, недовольно цокая, – эти чёртовы панкейки не хотят быть идеально круглыми.
Пальцы перебирают струны гитары, беря элементарные аккорды. Как там пел папаша в былые времена?
«Спрячь за высоким забором девчонку, выкраду вместе с забором.»
Я хожу вокруг телефона с видом женщины, которая сидит на диете, но знает, что в холодильнике лежит кусочек вкусного торта. Такого вкусного, что можно пальцы сожрать вместе с ним.
– Ты моя головная боль, Бес, а не парень. И у меня есть жених…
– Подвинется, Снежинка. Если не хочешь сказать мне целую на прощание, я тебе сам это скажу. Я тебя целую. Не в щёчку, а в твои пухлые губки. Много – много раз, ласкаясь о твой бойкий язычок…
Он что-то говорит еле слышно, но слов не разобрать. И не хочется. Земной шар остановился и… продолжил движение без нас, выкинутых далеко за пределы его орбиты.
Теперь понятно, откуда у такой блондинки смуглая кожа, естественного цвета. Не идёт ни в какое сравнение с тем оранжевым загаром курочек-гриль из-под ламп солярия.