Захваченную собственность я продавал контрабандистам и торговцам с черного рынка народных республик Европы. Вы знаете, в каких условиях живут там люди? Поскольку производство и торговля — а не насилие — были объявлены преступлением, лучшие люди этих государств живут на милостыню от их собственных грабителей. Я