Поход

Как я уже сказала, наша свадьба не состоялась. Я никогда не забуду тот день, когда мы с сэром Тимоти стояли на восточной башне замка. Я смотрела на изумрудно-зеленую равнину, озаренную солнечными лучами, и думала, что такой, именно такой будет вся моя жизнь. Я улыбнулась жениху, он ответил мне легкой полуулыбкой, но ничего не сказал. Он был молчалив, как и подобает мужчине. И в эту самую минуту на вершине холма показалось знамя. На секунду холодная рука страха сжала мне сердце, неужели опять кто-то попытается атаковать замок?

Отряд приближался. Всадники шли и шли, их было не счесть! Нет, это не могли быть соседи, у тех не было подобного войска! Да и на разбойников они не походили… Кем были эти рыцари, которые направлялись прямиком к Бритсбери?

– Святая Бригитта, это еще кто? – услышала я возглас Квентина с нижнего яруса башни. Тимоти нахмурился.

– Надеюсь, они пришли с добром. В любом случае я не буду дожидаться, пока они войдут в замок. Мы с рыцарями их встретим. Как радушные хозяева добрых гостей. Не бойся!

– Я поеду с тобой, – быстро проговорила я.

– Леди Ноэлла, останься в замке, – строго приказал Тимоти, и я была вынуждена повиноваться.

С высоты башни я наблюдала, как подняли ворота и лучшие рыцари Бритсбери направились навстречу незнакомцам. Это был совсем небольшой отряд – двадцать или тридцать человек, как могут они противостоять сотням, а может быть тысяче вооруженных воинов? Я восхищалась смелостью своего жениха, но и дрожала от страха за него.

Два отряда остановились, я подалась вперед, словно пытаясь подтянуться туда, услышать, о чем они говорят, что на таком расстоянии, конечно же, было невозможным.

Внезапно, произошло нечто странное. Сэр Тимоти соскочил на землю и опустился на колени перед одним из всадников, застыв в глубоком поклоне. Сидевший на коне сделал ему жест подняться. Тот встал, вскочил в седло и оба отряда, теперь уже единым войском направились в замок. Большая часть прибывших рыцарей осталась в деревне, в замок въехали лишь наиболее знатные.

Я бегом спустилась с башни и бросилась в свои покои. Кем бы ни был тот человек – мой жених встал перед ним на колени, а значит, к его визиту следует надеть парадное платье!

Моя служанка Глория, молодая веселая девушка, быстро подготовила длинное белое платье, расшитое золотыми нитями, причесала меня и помогла застегнуть тяжелый золотой пояс. Надела я и главную драгоценность – удивительной красоты ожерелье из сапфиров, которое передавалось в семье Бритсбери по женской линии из поколения в поколение.

По легенде, ходившей в замке, ожерелье было сделано мистическим народом Ши еще во времена короля Артура и обладало магической силой: только законную владелицу оно украшало, всех остальных уродовало и приносило несчастья.

Я с трепетом примерила ожерелье, я не смела надеть его прежде, из всех драгоценностей Бритсбери, лишь оно одно никогда не покидало шкатулки. Сапфиры удивительным образом отразились в моих глазах, подчеркнув их синеву, а Глория произнесла:

– Леди Ноэлла, вы никогда еще не были так прекрасны! – и я поняла, что ожерелье признало меня. Со счастливой улыбкой я выбежала во двор.

Кругом раздавался звон оружия, смех рыцарей, конский храп и цокот копыт. Я подбежала к Тимоти, он стоял рядом с высоким широкоплечим бородачом, тем самым, кому он кланялся. Я остановилась, и бородач заметил меня.

– А это что за красотка? – заинтересованно спросил он у сэра Тимоти.

Я опустила глаза и поклонилась.

– Позвольте представить, Ваше Величество, – ответил Тимоти, – Мою невесту, леди Ноэллу. Через неделю мы должны обвенчаться и стать мужем и женой.

Ваше Величество?! Я не осмеливалась поднять глаза, но мечтала снова взглянуть на него! Неужели этот бородач и есть великий король Британии Ричард, прозванный в народе Ричардом Львиное сердце?

– Ну, хватит, хватит, встань, – обратился ко мне король громовым голосом. Я выпрямилась и подняла глаза. Он улыбался.

– У тебя хорошая невеста, в замке будет достойная хозяйка, – заметил он, обращаясь к сэру Тимоти.

– Да у такого молодца иначе и быть не может. Я вскорости тоже собираюсь жениться, – добавил он и хитро улыбнулся, – Моя невеста не хуже твоей будет!

– Несомненно, Ее Величество должна быть так же красива, как храбр наш король, – быстро ответил Тимоти.

Ричард довольно засмеялся и хлопнул его по плечу так, что бедный рыцарь покачнулся в седле. После чего потребовал проводить его и отряд в покои, где они могли бы отдохнуть, а также добавил, что неплохо бы поужинать.

В замке царила суматоха. Совершенно сбившись с ног, казалось, я одновременно находилась между кухней, залой и покоями рыцарей, которые слуги приводили в порядок. Мне хотелось оказать королю, почтившему наш замок присутствием, достойный прием, и я сама проверяла хорошо ли прожарено мясо, лучший ли эль разливают слуги. Кроме того, нужно было проследить, чтобы конюшие накормили и почистили лошадей, как знать, вдруг завтра королевское войско отправится в дорогу?

На шумном пиру в свете факелов, плясавших на лицах собравшихся, под громкие крики и песни рыцарей и самого короля, который очень любил песнопения, я вдруг совершенно отчетливо поняла, что Ричард не случайно выступил с войском, не случайно оказался в Бритсбери. И также поняла, что моя свадьба не состоится. По крайней мере, не сейчас.

– Скажи мне, сэр Тимоти из Бритсбери, – обратился король к моему жениху, перекрикивая смех своих солдат, – Любишь ли ты сражаться?

– Каждый рыцарь рожден сражаться. А сражаться за государя – мой долг и главное счастье, – ответил сэр Тимоти.

– Что же дороже тебе: сражения или невеста? – продолжал король.

Сэр Тимоти молчал, не зная, что ответить, не обидев ни короля, ни меня. Ричард понял его мысли и захохотал. Потом глотнул еще эля и ударил кулаком по столу.

– Будь по твоему! – сказал он. – Оставь себе и то, и другое!

– Ваше Величество? – мой жених не понимал, к чему клонит король. Внезапно лицо Ричарда стало серьезным.

– Я слышал, ты хороший боец и знаком с военной наукой. Кроме того, у тебя немало рыцарей и тех, кто хотел бы стать рыцарем, сражаясь за меня. Я выступил в поход. Мы пойдем на восток, чтобы освободить город нашего Господа, Царствие небесное, от неверных врагов. Мы, благословлены Богом и Папой на новый Крестовый поход! Мы идем биться за правое дело воинов-крестоносцев. Доколе наши святыни будут во вражеских руках? Нет, пока Ричард – король, не бывать такому! Эти грязные собаки узнают нас! Они еще пожалеют, что родились на свет. Со мной ли ты, сэр Тимоти? Если да – бери свою невесту, женишься на ней, потом оставим ее фрейлиной при королеве, а сами отправимся дальше, в священный Иерусалим!

– Для меня честь участвовать в таком походе, – сэр Тимоти вскочил и поклонился, – Но последует ли за мной леди Ноэлла?

Я поднялась.

– А для меня, Ваше Величество, честь служить королеве и счастье следовать за мужем, – быстро ответила я.

– Вот и славно, – заметил Ричард, и по его тону было ясно, что он не сомневался в нашем ответе. – Повремените со свадьбой во имя благого дела, и Бог щедро наградит вас за терпение.

Он зевнул.

– Теперь пора бы поспать. Два-три дня на отдых для моих рыцарей и сборы нового отряда, после мы выступаем в путь. Он будет далеким, и не все вернутся домой.

Едва король сказал это, как я почувствовала тяжесть сапфиров, лежащих на моей груди. Ожерелье действительно было магическим. Мы не вернемся в Бритсбери. Ни я, ни сэр Тимоти. Мы не найдем путь домой… Я отогнала эти мысли.

Через несколько дней мы отправились в дорогу. С грустью простилась я с родным замком, обняла на прощанье мою верную Глорию, но в то же время никогда прежде я не была счастливее. Сэр Тимоти ехал рядом со мной, иногда он ободряюще улыбался, и от каждой его улыбки я чувствовала себя всесильной, мое лицо, видимо, светилось восторгом, потому что король время от времени насмешливо поглядывал на меня. Я чувствовала смущение от этих взглядов и опускала глаза. Я смотрела на зеленые холмы, на изумрудные равнины, прозрачные реки, и сердце мое сжималось, я чувствовала, что никогда больше уже не увидеть мне милые сердцу края.

Через несколько дней мы добрались до южного берега. Здесь начиналось море. Здесь ждали нас корабли.

Мы плыли по серому морю, оно кипело, вздымалось, буйные, невероятной силы волны, словно щепку, кидали наше суденышко из стороны в сторону. Я на удивление хорошо переносила качку, чего нельзя сказать о многих рыцарях и даже о короле. Он почти всегда был не в духе, в его глазах застыло мрачное выражение, а лицо стало суровым, словно высеченная из серого камня маска.

Я же стояла у борта, чувствуя, как соленые прохладные капли покрывают мое лицо, каждый раз, когда корабль падал с очередного гребня.

Но вот волны успокоились. Мы оказались на другом берегу Ла-Манша. И здесь произошло то, что неизбежно должно было случиться. Войскам было приказано разделиться. Часть из них продолжала движение на восток по морю. Другая, большая, направлялась по суше во Францию, чтобы соединиться с войсками Филиппа II Французского. И почему-то сэру Тимоти Ричард приказал плыть морем.

– Самые храбрые не нуждаются в союзниках, – сказал он. – Иди и докажи свою смелость! Мне хочется испытать тебя и твою верность!

Сэр Тимоти поклонился королю.

– Ваше Величество, прошу вас лишь об одном: проявите заботу о моей невесте, молодой деве не пристало плыть морем с войском, это слишком опасно.

– Не бойся, с твоей невестой ничего не случится. Плыви спокойно, – ответил Ричард.

Я не могла поверить в услышанное: неужели я оставила родной замок для того, чтобы вот так разлучиться с сэром Тимоти! Даже минутная разлука с ним казалась мне вечностью, мне хотелось быть рядом постоянно…

Слезы выступили у меня на глазах. Он заметил мое отчаяние. Обнимая меня, он произнес:

– Не бойся, моя дорогая, это недолгая разлука. Через несколько месяцев вы достигнете Средиземноморья, там мы и встретимся.

Несколько месяцев! Почти несколько столетий! Но разве мы могли обсуждать приказ короля!

Со мной остался Квентин, он поклялся сэру Тимоти защищать меня ценой собственной жизни и сдержал слово.

Корабли британских рыцарей ушли в море, унося с собой моего жениха. Мы же направились во Францию, где соединились с французской армией и продолжили путь на юг: отряды крестоносцев шли через Италию. Осенью мы достигли Сицилии.

Пройдя мимо Сциллы и Харибды, как называли в древности греки эти скалы, мы оказались в Мессине. Я была поражена синей красотой Средиземного моря, удивительными землями Сицилии: темно-зеленые утесы возвышались над водой, а поднявшись на вершину, можно было наблюдать волшебные картины, которые создавали сгущавшиеся над горизонтом облака. Подчас они играли со мной злую шутку, ведь я часто смотрела на море и все ждала, когда же подойдут английский корабли, когда наконец человек, любимый мною столь горячо, окажется рядом. Я никак не могла понять, почему мы не продолжаем поход, ведь наш путь лежал дальше, много дальше Сицилии, к священной земле Иерусалимской!

Однажды, когда я стояла на утесе, по-прежнему глядя на горизонт, подошел Квентин.

– Смотрите на волны, госпожа? – спросил он.

Я кивнула.

– Я кое-что слышал, из разговоров рыцарей, приближенных к королю, – заметил вдруг Квентин. Я обернулась: я ждала каждой новости!

– Филипп и Ричард решили, что выступать сейчас неразумно. Мы подойдем к Иерусалиму к концу осени, а войну придется вести зимой. На море в это время неспокойно, мы можем потерять корабли.

– Что это значит?

– Они решили ждать весны.

– Не может быть! – в моем возгласе было столько отчаяния, что Квентин пожалел меня.

– Возможно, другие корабли присоединятся к нам раньше. Остается лишь ждать.

Я вздохнула. Мы не могли противиться воле двух королей, никто в целом мире не мог… Значит, придется ждать.

Король Ричард был, несомненно, великим воителем. Но в мирное время никто не мог сравниться с ним в любви к развлечениям: многочисленные пиршества и турниры, празднования и охота – вот то, что составляло его дни на Сицилии. Мне часто доставалась роль хозяйки на пирах, ведь других знатных дам почти не было. Тем не менее, я должна отметить, что Ричард Львиное сердце относился ко мне с достаточным почтением, усаживал за столом подле себя, а я старалась, как могла, скрывать мою грусть. Ведь благородным дамам не пристало показывать истинные чувства. И я улыбалась.