Глава 7.

Сархан.

Бэмби. Олененок с огромными миндальными глазами. Во все лицо. Стоял, смотрел в эти бездонные омуты и насмотреться не мог. Наваждение…

Девчонка. Появившаяся у меня на пороге. Стояла напротив. Дрожала. Тряслась от страха. Ресницами хлопала. Крохотные кулачки сжимала, того и гляди сейчас бросилась бы прочь без оглядки. Но стояла и сказать что-то хотела.

– Что нужно? – кинул ей, чувствуя, как ствол каменел, натягивал штаны, будто и не драл ту шмару, что без сил сейчас сидела у кровати, ожидая моего возвращения, – Шлюх больше не заказывал.

– Я не шлюха! – пискнула, возмущаясь, будто я ей член в глотку засунул, – Вы… Вы всем мешаете. Убирайтесь вон. Проваливайте из этого дома.

Наивная… Откуда только взялась? Щеки горели. Алые, будто я своим стояком по ним прошелся.

– Дерзкая? – спросил, залипая на ее сочные, пухлые губы.

Осатанел, глядя на то, как она поджала их, облизнув одну.

– Да! – вскинула подбородок. Посмотрела дерзко. Храбрости набралась?

Забавно.

– Прекратите сейчас же. Кругом старики и дети, а вы… вы… занимаетесь этим… – проговорила, будто нравоучения мне читала.

Оху..ть.

– Чем? – смех пробирал, – Скажи! Ну? – усмехнулся.

– Вы сами знаете… Так нельзя! – жалобно пискнула, отводя в сторону глаза.

Еще и целомудренная. Обалдеть просто…

– С чего бы? Или… может, ты хочешь оказаться на ее месте? – отошел в сторону и нарочно позволил рассмотреть голую телку, сидящую на полу.

Глаза напротив стали огромными, выпученными. Ох, бля..ь…

– Так я вмиг исполню твое желание, – схватил и медленно потянул к себе. Хрен, как по сигналу, задергался.

Выдрать бы ее до судорог. Чтоб стоять, сидеть не могла. Выдолбать во все щели, как шлюху грязную, на всю длину. С оттяжкой. Задница у нее круглая, стройная, обтянута джинсой. Дразнила… На грех нарывалась. Представил ее под собой, аж яйца заныли.

– Нет! – закричала, перепонки мне рвя. Цеплялась руками за дверной проем, – Не трогайте. Не смейте ко мне прикасаться! – пыталась ударить. Замахивалась… Но какое там…

Смех, да и только. Сама непорочность. Точно целка… Никто не сорвал…

Засмеялся, не имея сил сдерживаться. Подыхал от смеха.

– Блаженная, – отпустил ее руку, – Лети, бабочка, пока крылья еще целы. И запомни. Увижу еще раз – горько пожалеешь…

Чистая. Не про мою честь… Обалдеть. Я ее отпустил… Сдержался. Самому себе не верилось. Дьявол. Просто жесть… Яйца скрутило в тисках. Болезненно так. Аж в глазах потемнело.

Долбануться просто.

Со всей силы хлопнул дверью, едва не снося ее с петель. Повернулся к прожжённой шалаве и меня замутило. Не то. Не ее хотел. Другую, что бежала вниз по ступеням.

Вот дерьмо.

Я привык трахать опытных телок. Бывалых. Которые не пускали сопли, а знали свое дело. Целки не возбуждали. С ними мороки много. Не мое это.

А тут шибануло. Потянуло потрогать. Попробовать ее. По губам болтом поводить. Разложить под собой и драть жестко. Ошалело, чтобы дымилось… До искр из глаз. Выдолбать всю ее непорочность.

Вибрация телефона привлекла мое внимание. Знал, кто звонил. Сходу догадался. Самир. Больше некому. Слухи разносились со скоростью света. И он знал. Все знал, что этой ночью я убрал предпоследнего человека из своего длинного списка. Стоял у самой цели, у финишной прямой, собираясь закончить свою давнюю игру, затеянную ради мести за тех, кто мне был когда-то дорог.

– Алло, – рявкнул я, даже не смотря на высветившийся номер.

– Приветствую, брат, – услышал знакомый голос единственного человека, которого мог с уверенностью назвать своим другом. Он был свидетелем тех давних событий. Знал все в подробностях и даже несколько раз оказывал свою помощь, когда она мне была необходима.

– Здравствуй, Самир, – выдал я, ища глазами куртку.

Обнаружив ее в кресле, рывком достал из кармана бумажник и вытащил из него несколько бумажек зелени. Кинул их к ногам шлюхи и указал ей на дверь.

Понятливая баба. Тут же схватила деньги и стала быстро натягивать на себя свое шмотье.

– Слышал, ты вчера немного развеялся, – начал он и тут же замолк, – Как сам?

– Что мне сделается? Ты же знаешь, – хмыкнул я.

– Знаю, – засмеялся он, – Но будь осторожен. Шакал готовится. Ссыт от страха и пытается угадать следующий твой ход, – криво ухмыльнулся на это.

Обломится. Не по зубам я ему.

– Ожидаемо, – оборвал его, – Но он не знает, что я готовлю для него что-то очень особенное, – довольно засмеялся, смотря, как шлюха покидает мое временное пристанище, где я отсиживался, планировал нанести последний сокрушительный удар по Юсупову. По этой жирной твари, что превратила меня в, одержимое местью, животное.

– Может, пора остановиться? Ты многих наказал, – спросил меня снова, как делал это уже не раз.

– Нет, – отрезал сразу, – Я пойду до конца, – вспомнил прошлое и кровь закипела. Ярость в жилах забурлила, в мозг ударила. Я слишком долго к этому шел. Шаг за шагом продвигался к своей главной цели. Остался последний рывок и все закончится, – Он мне слишком многое задолжал, чтобы я останавливался.

До этого была разминка. Тренировка, так сказать. Месиво начнется только сейчас. Война будет. Кровь будет течь рекой. Эта падаль захлебнется ею. Кишки собственные жрать будет.

– Береги себя, – сказал Самир и перед тем, как сбросить вызов, добавил:

– Брат!

К чему эти сопли? Будет все хорошо. Все спланировано до мелочей. Рвать буду мразь. На мелкие кусочки. Мокрого места не оставлю.

Звонок оборвался, и я быстро вытащил сим-карту, номер которой знал только Самир, и разломил ее пополам.

Все. Больше ему ни к чему со мной базарить. Лишнее. Дальше я сам. В одного, как делал это не раз. Незачем его подставлять под пули. Ведь знал, что будет пытаться помочь. Хреновая затея… У него семья, дети. Будущее…Мне же, в отличие от него, нечего терять.

Подошел к окну, достал сигарету, прикурил и выпустил сизый дым, глядя во двор.

Сука. Снова эта девка. Бэмби. С дедом каким-то возится. Как есть не от мира сего.

Скривился в усмешке. Сложил руки на груди и курил, созерцая происходящее на улице.

Долг. Вот о чем думать нужно, а не на девку пялиться. Продолжил смотреть на нее. Намылилась с кульком куда-то, что-то собралась делать. Остановилась, посмотрела на дверь.

Пизд..ц я придурок. Еще чуть, и лысого гонять начну. Отошел в сторону, чтобы не палиться. Не смотреть. Сел в старое, потрепанное временем кресло. Продолжил курить. Вспомнил, ради чего я здесь. Обдумал детали. Еще раз прогнал поэтапно все ходы.

Вот черт! Снова это лицо. Глаза. Огромные. С длинными ресницами. Красивая.

Вскочил с места и снова подошел к окну.

Девка сидела на корточках, а за ее спиной какой-то хмырь стоял. Бэмби дернулась. Встала и обернулась, испуганно смотря на мужика. Лица не вижу. Не дрыщ. Крепкий, но в возрасте. Что ему от нее нужно? Рука сама по себе сжалась в кулак. Что за нахрен? Какое мне дело до них? Вообще пох..й!

Что-то екнуло в сознании. Уловил профиль мужика и охренел. Бекзат. Правая рука Юсупова. Плохой знак. Рядом рыщут. Совсем близко. Похоже, я недооценил своего врага. Рука сама к стволу в тумбочке потянулась. Замерла. Что-то не так… Не мог понять, что именно…

Девка кивнула и ушла к деду на лавке. Бекзат пошел к джипу. Сидел. Не рыпался.

Ситуация непонятная, но дергаться рано. Смотрел. Выжидал.

Бэмби выбежала из дома и прямо к машине. Села в нее. Не задумываясь, запрыгнула. Шмара, как и все. Ошибся в ней. Плевать… Сейчас не об этом.

Смотрел, как тронулся с места джип. Хреновы дела. Пора менять хату. Чуял нехорошее. Нужно перестраховаться. Запутать следы. Победа должна быть за мной, другого не дано.

Но вначале тряхнуть деда, что снизу жил, инфу выведать. По-любому знает что-то.

Глава 8.

Аселия.

Стон. Развратный. Оглушительный, пугающий до дрожи. Похожий на тот, что издает падшая женщина.

Откуда он? Кому принадлежит?

Боже… Мне…

Он вырывается из моего горла…

Мужские руки ласкают, доводят до умопомрачения. Я изнемогаю. Хочу прекратить… Остановить, но тело не подчиняется. Ватное. Безвольное. Совсем не принадлежит мне.

Смотрю на мужчину в черной маске. Знаю, что это Бекзат. Интуитивно чувствую…

Видны только холодные темные глаза. Они подавляют. Пробирают насквозь.

Мужские ласки вперемешку с наслаждением причиняют адскую боль. Жуть.

Тошнота подкатывает к горлу. Чувствую отвращение к самой себе от того, что испытываю наслаждение. Презираю за слабость… Ноги слабеют. В пот бросает.

– Моя, – хрипло говорит он, подавляя своей звериной аурой.

– Я не боюсь. Не боюсь, – стараюсь кричать, но на деле выходит едва различимый шепот.

– Бойся, – слышу совсем другой голос, не принадлежащий тому, кто скоро станет моим мужем. Незнакомый. Мрачный…

– Я предупреждал… – обдает льдом с ног до головы.

Срывает маску, и я вижу его. Того самого мужчину, что жил по соседству со стариком.

Преступник. Жуткий. Похожий на бандита.

Ухмыляется. Криво. Лениво. Скользит небрежно взглядом по моему телу.

Хищный зверь. Сейчас он красив. Дико. Дьявольски привлекательный. Короткая щетина на лице не портит его идеальные черты. Напротив, завораживает. Притягивает взгляд.

Прикосновение пальцев к моей коже обжигает. Будто жжет насквозь, клеймит.

Дергаюсь. Пытаюсь вырваться.

– Предупрежда-а-ал… – тянет он, обволакивая обманчивой нежностью, пряча ухмылку в уголке жестких губ.

И резко. Молниеносно к полу приписывает. Не дает пошевелиться.

Мне не убежать. Не выбраться из-под этого страшного монстра. Громилы. Зверюги.

– Нет, – задыхаюсь.

Протестую. Пытаюсь столкнуть с себя амбала. Не выходит.

– Не дергайся. Тебе же нравится… – слежу за небрежным движением губ и понимаю, что он прав.

Черт подери, прав! Мне нравится. Все! Первобытные чувства пробирают насквозь. Подавляют страх и требуют продолжения…

Пытаюсь укротить разгоряченные чувства. Взять эмоции под контроль. Дать отпор. Проявить стойкость. Но не успеваю…

Декорации меняются. Мы с незнакомцем на краю обрыва. В любой момент можем сорваться в пропасть. Хочу заорать. Цепляюсь за мощные мужские плечи. Боюсь отпустить и полететь в черную бездну. Льну к зверюге и замечаю его улыбку. Холодный оскал… Дикий, жуткий…

– Запомни. Ты моя… – голос до нутра пробирает.

Смотрит в глаза, мою плоть сминает до боли, до искр из глаз, как свою собственность. Сердце бьет набатом. Сглатываю. Отшатываюсь… И… Резко просыпаюсь…

Села и с шумом выдохнула, смотря в одну точку. С ума сойти!

Сгребла простынь в кулак и начала возвращаться в реальность.

Сон. Это сон. Нереальный. Бредовый. И такой чудовищно обескураживающий.

Содрогнулась от кошмара. Ощутила, что покрылась холодным, липким потом, а по щекам потекли слезы.

Глава 9.

Лежала с открытыми глазами до самого утра. Не спалось. Уснуть не могла, ворочалась с боку на бок. Думала, размышляла.

Почему все так обернулось? И без того сложная жизнь в одночасье стала просто невыносимой.

Всему виной был злейший враг нашей семьи. Сархан. Этот мерзавец, которого все кругом боялись. Именно из-за него отцу пришлось принять это ужасное, скоропалительное решение о моей свадьбе. Будь она неладна…

Нежеланное замужество теперь занимало все мои мысли. Сводило с ума днем, а теперь еще и ночью.

Узнав о том, что стану второй женой Бекзату, и вовсе впала в отчаяние. Этот факт меня обескуражил, унизил, потому что будущее положение не соответствовало моему статусу. Но видимо о нем думали в меньшей степени, пытаясь просто меня спасти. Ведь враг, если доберется до отца, не пощадит никого. И даже меня…

Как так вышло, что я не знала о том, что Бекзат уже женат? Видимо потому что я никогда и не интересовалась жизнью мужчин, служащих моему отцу.

Бекзат. Я его терпеть не могла, именно по этой причине не знала о нем ничего. Избегала. Старалась даже не смотреть в его сторону, а теперь…

Я стану его второй женой! Не главной… А побочной… Той, с которой не станут считаться… Без права голоса. Которая подвергнется нападкам со стороны старшей жены. Обычно именно так все и было. Страшно подумать, что меня ждет в будущем… До слез обидно.

Что, если жена Бекзата окажется настоящим монстром, на фоне которой даже тетка Есенгалия покажется безобидным зверьком?

Я не смогу… Не выдержу… Даже подумать жутко…

Почему отец не посчитался со мной? Обрек меня на такие страдания? Неужели, в случае самого страшного исхода той самой встречи с врагом, которую все так ждут, только Бекзат смог бы справиться с делами отца? Скорее всего все именно так.

Слезы стыли в глазах. Страх перед собственным будущим сковывал жилы.

– Эль, госпожа, нужно спешить, – проговорила, входя в мою комнату, Айбике, кидая на меня взволнованный взгляд, – Вам приказано собраться и спуститься вниз. Как можно быстрее. Времени в обрез.

Маленькая. В скромном платье, с испуганными глазами… Но ближе всех, кто находился в этом доме.

– Отец? – спросила ее, из-за усталости и бессилия, не двигаясь с места. Тревоги и переживания высосали из меня всю силу и желание жить.

– Нет, не он. Бекзат. Приказал приготовить машину и отвезти вас в центр, – опустив вниз голову, тихо проговорила она.

Горько усмехнулась.

Теперь он стал отдавать мне приказы? Уже считает меня своей собственностью?

Отвернувшись к окну, вздохнула, смотря на тонкий лучик света, пробивающийся через плотные шторы.

– Госпожа, прошу вас… – взмолилась Айбике, – Нельзя ослушаться. Будет плохо…Очень плохо…

Плохо? Да уж куда хуже? Мне приказывал, по сути, посторонний человек. Никто! Вынуждал поехать на встречу, которая мне претила…

Встреча. С первой женой того, кому скоро буду принадлежать. Если бы только могла, то лучше бы забыла о ней. Стерла из своей памяти. Но разве мне это позволят?

– Айбике, ты знала, что у Бекзата есть жена? – повернув к ней голову, задала беспокоивший меня вопрос. Хотелось перед тем, как встретиться лицом к лицу, узнать о ней как можно больше.

– Да, – кивнула она, – Но вам лучше бы с ней никогда не пересекаться. Зумрат – страшная женщина.

Не пересекаться? Как? Именно к ней-то меня и повезут. Хотя… Откуда служанке об этом знать?

– Я бы многое отдала, чтобы этого не произошло, – выдохнула я, – Но я уже ничего не решаю. Зумрат? Что ж, помоги мне подготовиться к встрече с этим “изумрудом”.

Ошарашено посматривая на меня, служанка поспешила к шкафу, чтобы исполнить просьбу своей госпожи.

– Аллах-Аллах, – бормотала она, перебирая мои вещи, – Не к добру это. Как есть не к добру…

Какое уж тут добро. Свадьба со стариком, да еще и против воли. Но меня ведь никто не спрашивал…

Насильно запихнув в себя чашку чая, спешно спустилась вниз, чтобы не вызвать гнев Бекзата.

События прошлой ночи были еще слишком свежи, и я с содроганием думала о нашей с ним следующей встрече.

Но, оказавшись в просторном холле, к великому своему изумлению вместо него обнаружила совсем другого, незнакомого человека.

– Ерден, – проговорил он, дерзко осматривая меня неприемлемым для слуг взглядом, – Ну вот мы и встретились, – оскалился, склоняя голову набок.

Кто этот наглец? Почему позволил себе общаться со мной таким тоном, будто мы на равных? Отец никогда бы не принял на работу такого нахала. Значит, он не слуга.

– Вы кто? – спросила я как можно увереннее, начиная нервничать.

Присутствие этого мужчины меня напрягало. Его взгляд был пристальным. Изучающим. Оценивающим со всех сторон.

– Долбануться! Ты не знаешь? Бекзат – мой отец! – самодовольно ответил он, – Теперь мы станем родственниками, так ведь, малышка? – искривил полные губы.

Сын? Этого не может быть. Этот мужчина… Он старше меня и просто не может быть сыном Бекзата. Страшная рожа. Неприятные черты лица. Обрюзгшее тело…

Находилась на грани шока. Шумно втянула воздух. По инерции сделала шаг назад.

– Удивлена? – ухмыльнулся он, – Представляю твое лицо, когда ты познакомишься с моей матерью, – открыто засмеялся, обнажая свои зубы, – А ты красивая. Но для тебя это обернется проблемой. Шлюхи отца долго не живут, – бросил он с издевкой, вышибая воздух из легких.

– Я стану женой… – поправила с нажимом. Горло саднило, обида пробирала до костей. Он явно не соображал, что вообще говорил…

– Забудь. И даже не произноси это вслух. Ты просто станешь официальной шлюхой, жизнь которой будет зависеть только от воли моей матери, – вынес вердикт, произнося невозмутимо.

Сдерживала истерику. Едва не теряла рассудок… В глазах какая-то пелена.

– Нет. Так не должно быть… – пробормотала, звучно сглатывая.

Не правда. Это какая-то злая шутка. Или нет?

– Не должно, согласен. Но так все и есть. А ты знаешь… Я бы мог тебе помочь… – заговорил вкрадчиво, не сводя с меня глаз.

Сердце стрекотало в горле. Кровь оглушительно била по вискам, отдавая болью в затылок.

Помощь? Мне бы она сейчас пригодилась, независимо от того, кто ее предложил. Согласна… Только бы помогло…

– Я заберу тебя себе. Не женой… Для постели…