Цитаты из книг автора «Адель Фабер»

второй этаж дома – далась мне с невероятным трудом. К концу четырех часов я превратилась в несчастную измученную развалину, которая полностью понимала, через что прошел ребенок. Мы поговорили. Хотя я не могла изменить требований врача, мы с Питером признали, что испытали одно и то же. Несомненно, все, что ему было нужно, это мое подтверждение того, как это тяжело и что я не способна справиться с этим так же, как он. С этого момента он стал добросовестно носить повязку каждый день по четыре часа во время школьных занятий. Его зрение не упало, и ему даже не пришлось носить очки. Я поняла, что иногда нужно просто поддержать ребенка в его чувствах. В другой раз надо пойти на дополнительный шаг и «посмотреть на все его глазами». * * * Я уже много лет преподаю семинары для групп по вашей книге «Как говорить…». С тех пор как я купила вашу первую книгу в 1976 году, я стала сторонницей ваших методов. В то время у меня только родился первый ребенок, Алан. Сейчас ему уже двадцать два года, и он страдает от психического расстройства. Это расстройство умственной деятельности, передающееся по наследству в моей семье. Благодаря навыкам, которым я научилась, у Алана перспективы намного лучше, чем у большинства пациентов, и я способна помочь ему в беде и признании своей беспомощности. Также благодаря навыкам я могу справиться с его эмоциональными взлетами и падениями, связанными с болезнью.

моего сына, Питера, обнаружили ослабление зрения в довольном уже взрослом возрасте, в шесть лет. Его врач объяснил нам, что нужно шесть месяцев носить повязку на очках, или зрение Питера в правом глазу рискует сильно упасть. От Питера требовалось носить повязку четыре часа в день, во время школьных занятий. Излишне говорить, что Питер стеснялся и чувствовал себя неловко. Он пытался избавиться от ношения повязки каждый день, и у меня уже лопалось терпение. Он жаловался, что у него из-за этого болит голова, что он видит хуже, чем раньше, и что ему больно. Я признавала его чувства и одновременно твердо стояла на своем, но его отношение не улучшалось. Наконец через пять или шесть дней я сломалась. Я сказала ему: – Слушай, Питер, я тоже надену на четыре часа повязку, чтобы знать, что это такое, а потом мы вместе что-нибудь придумаем, чтобы было легче носить ее. Я сказала это из жалости к нему, но не думала, что это даст результат. Через двадцать минут у меня жутко заболела голова. Я потеряла ощущение глубины, так что попытка заняться повседневными делами – открыть дверь в комнату, снять белье с сушилки, выпустить на улицу кошку или даже подняться

Прочитав вашу книгу, я задалась вопросом, сработают ли эти навыки с подобным ребенком. В общем, они сработали. Я заметила, что, если я говорю с ней по вашему методу после того, как она приняла свое лекарство, оно помогает ей весь день, особенно это касается ее социальных навыков. Уверена, что, если буду продолжать в том же духе, это поможет ей позже в жизни. Спасибо вам за книгу». * * * «Мы с мужем оба психологи. Недавно мы поставили нашему сыну (восемь лет) диагноз – синдром дефицита внимания с гиперактивностью. Нам с ним часто бывало очень тяжело. Подруга познакомила нас с вашими книгами «Свободные родители – свободные дети» и «Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили». Мы обнаружили в них самый полезный подход, с которым когда-либо сталкивались до настоящего времени. Мы оба вначале использовали бихевиоральные методы, которые с нашим сыном привели к обратным результатам. Ваш подход, основанный на взаимоуважении и взаимопонимании, постепенно помог нам получить от сына то, что нужно, хотя мы не пытались контролировать все, что происходит. Это было такое долгожданное облегчение! Я поняла, что мое знание модели взаимодействия находится в зачаточном состоянии, но я делилась тем, чему научилась в ходе лечебной практики. Ваши методы эффективны в различной обстановке и с разными людьми. Спасибо вам за вашу готовность делиться опытом и признавать свои слабые места. Это помогает вашим читателям

Требуется большая решительность и самоотверженность, чтобы использовать слова из книги и восторжествовать над душевной болью. * * * «Мой дом иногда напоминает мне декорации к третьей мировой войне. У моей дочери (семь лет) синдром дефицита внимания с гиперактивностью. Когда она пьет свои лекарства, она еще как-то поддается управлению. Но потом она полностью выходит из-под контроля. (Я знаю многих родителей детей с синдромом дефицита внимания и гиперактивностью, которые перешли к воспитанию кнутом.)

как она посетила своих родственников в Кейптауне, в Южной Африке: «Я встретилась с руководителем воспитательного центра, чтобы посмотреть, как они работают. Центр предлагал занятия для людей среднего класса, которые жили поблизости, и для жителей трущоб на окраине города, называвшейся Кейэлиша. В Кейэлише семьи жили в маленьких жестяных домиках – каждый домик размером со спальню, без электричества, воды и санитарно-технических сооружений. Люди из центра проводили тут занятия по книге «Как говорить…», а также переводили на африкаанс комиксы, чтобы жителям было понятно содержание. Они сказали, что у них в библиотеке есть около десяти экземпляров книги и все они уже истерлись и потрепались от бесконечного использования. Я им также прислала экземпляр вашей новой книги «Как говорить с детьми, чтобы они учились» подруге из Йоханнесбурга, которая проводит обучающие программы для учителей, работающих далеко от городов, в маленьких поселениях.

больше разговаривать с нами, и постепенно мы стали хорошими друзьями. – Ксинг Инг, ты так хорошо справляешься с Дженнифер, – сказали мне однажды благодарные родители. Сейчас я вернулась в Китай и сама стала матерью маленького мальчика. Я применяла по отношению к нему методы, о которых узнала из вашей книги, и они доказали свою эффективность. Теперь я хочу помочь другим китайским родителям стать счастливее в отношениях со своими детьми». * * * Виктория из Австралии написала: «Я использовала некоторые из ваших советов со своими детьми и обнаружила, что мои молчаливые дети, особенно двое старших, начали чаще разговаривать со мной. Когда они приходят домой из университета или школы, я встречаю их словами: «Я так рада, что ты пришел», а не так, как раньше: «Как дела в школе/университете?» Я улыбаюсь им. Моя старшая дочь сама начинает разговор и больше не избегает меня». * * * Социальный работник, которая преподавала нашу программу «Как говорить…» в Монреале в Квебеке, описала в письме

говорить…» была тут бестселлером). Один отец ответил ей: – Годами мы находились под властью коммунистов. Теперь у нас политическая свобода, но ваша книга демонстрирует нам, как быть свободными изнутри, как уважать себя и членов своей семьи. * * * Одна женщина написала из Китая: «Я преподаю английский в Гуанчжоу, в Китае. Когда я училась в Нью-Йорке, я также работала няней у Дженнифер, маленькой пятилетней девочки. До меня у нее была няня из другой страны, которая плохо обращалась с ребенком. Она ее била и время от времени запирала в темной комнате за то, что та не слушалась. В результате Дженнифер стала еще более странной и необщительной. Вдобавок ко всему она часто впадала в истерику. В первые несколько недель я применила к Дженнифер традиционные китайские методы, которые должны были показать ребенку, как себя вести. Однако они оказались неэффективными. Она еще чаще впадала в истерику и даже била меня. Мама Дженнифер так сочувствовала мне, что даже пошла к психологу за советом. Он посоветовал ей вашу книгу «Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили». Мы с ней охотно прочитали ее и приложили все усилия, чтобы использовать на практике навыки, о которых узнали из нее. Это привело нас к успеху. Дженнифер начала

вместе хвалим его. Мы обе описываем все, что у него хорошо получается в плане орфографии и чистописания («Ты не забыл написать букву «т» в слове часто»). Сегодня он ворвался в мою комнату и сообщил, что написал правильно девятнадцать слов из двадцати. Это была его первая пятерка по орфографии в жизни». * * * «Я – учебный диагност в большом школьном округе в Техасе. Несколько лет обучая учителей и экспериментируя с разнообразными методиками – модификациями поведения, теорией подкрепления, все более суровыми наказаниями, лишением каникул, задержками после уроков, временным прекращением процесса, – мои коллеги и я пришли к одному выводу. Мы должны использовать принципы и навыки, о которых вы писали во всех ваших книгах, и обучать им учителей. Мы убеждены, что класс работает тогда, когда «работают» отношения. А отношения хорошие тогда, когда общение строится на человечности и заботе». Отклики из-за границы Мы были просто зачарованы письмами, которые получали из других стран. Нас не переставало удивлять, что наша работа оказалась столь значимой для людей с совершенно другой культурой. Когда Элейн выступала на Международной книжной ярмарке в Варшаве, она попросила читателей объяснить, откуда такой горячий отклик на нашу книгу в Польше («Как

Может быть, мне надо делать записи. На следующий день Марко не только начал записывать, но поднимал руку и отвечал. Один из мальчиков сказал: – Черт, Марко. Ты, оказывается, что-то знаешь! Годами я советовал вашу книгу, одалживал ее и обсуждал буквально с сотнями родителей и учителей. Обычно у меня лежит один экземпляр на ночном столике. Сознательное внимание к ее принципам помогло мне стать таким отцом, мужем и другом, каким я хочу быть». * * * «Все мои ученики получили пользу от вашей главы про похвалу. У одного моего ученика синдром дефицита внимания. За девять месяцев он сдал только три задания. Прочитав «Как говорить…», я начала использовать описательный язык, чтобы указать ему на его положительные стороны. Я начала говорить такие вещи, как: «Ты смог посчитать», или «О, ты нашел свою ошибку», или «Ты продолжал считать, пока не получил правильный ответ». На следующей неделе он сдал все самые простые задания. Он так гордится своей работой, что хочет, чтобы я сказала об этом его маме на родительском собрании. У другого моего ученика жуткий почерк, даже он сам не может разобрать, что он написал. Оценки по орфографии у него тоже ниже среднего. Он ходит на дополнительные занятия к другой учительнице. Я поделилась с ней этой книгой, и мы

Ваша книга спасла мою жизнь. Она точно помогла мне стать хорошим учителем для моих учеников из седьмого и восьмого классов и стать счастливее. Когда я перестал спрашивать себя, как заставить детей учиться и хорошо себя вести, в моих мыслях произошли полезные изменения. Теперь я спрашиваю себя, как мотивировать учеников брать ответственность за свои проблемы. Недавно меня ждал успех с Марко, учеником, который сам себе определил роль клоуна, мешал другим детям и постоянно получал двойки по тестам. Как-то раз я попросил его остаться после занятий. Я сказал ему: – Марко, мне надо поговорить с тобой. Как ты считаешь, что тебе поможет лучше учиться? Мой вопрос ошеломил его. Думаю, он ожидал, что его пошлют к директору школы. После долгого молчания он произнес