Цитаты из книг автора «Адам Грант»

Психологи продолжили исследование, изучив не одну сотню людей: жертв сексуального насилия и жестокого обращения, беженцев и военнопленных, тех, кто выжил при катастрофах и природных катаклизмах или пострадал от тяжелых травм и болезней. Многие из этих людей все еще находились во власти тревожности и депрессии. Однако наряду с негативными эмоциями были и некоторые положительные моменты. Прежде психологи в своих исследованиях рассматривали в основном два возможных варианта реакции на потрясение. Часть людей страдает: у них развивается посттравматическое стрессовое расстройство, серьезная депрессия и иные проблемы, мешающие нормальной жизни. Другие же оказываются более стойкими: они возвращаются к состоянию, в котором находились до травмы. Но теперь обнаружилась третья возможность: люди, перенесшие страдания, могут совершить рывок

«Я уязвимее, чем я думал, но гораздо сильнее, чем мог себе представить». Сталкиваясь с ударами судьбы, мы получаем раны, и шрамы остаются при нас. Но мы можем пойти дальше, обретя большую внутреннюю решимость.

дят, — сказал он. — Что девочки не изучают вычислительную математику, потому что не видят женщин-компьютерщиц. Что женщины не стремятся к руководящим должностям, потому что видят слишком мало женщин-лидеров. Это то же самое. Если не видишь, что рост возможен, ты не будешь его искать». И я согласилась, что попробую это увидеть. Мне пришлось признать: посттравматический рост — это звучит гораздо лучше, чем жизнь, полная горя и злости.

Адам понимал мой скептицизм и признался, что даже не упоминал о такой возможности в первые месяцы, потому что знал, что я не поверю в нее. Но теперь он решил, что я готова. Он сказал мне, что больше половины людей, переживших травматическое событие, сообщают хотя бы об одной позитивной перемене, а посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) развивается всего у 15%. А потом он сделал кое-что, что просто выбило меня из колеи: он процитировал мои же слова. «Ты часто говоришь, что люди не могут быть тем, кого не ви

Адам рассказал мне о посттравматическом росте спустя четыре месяца после смерти Дэйва. Тогда мне показалось, что этого не может быть. Просто модный термин. Слишком маловероятно. Да, наверное, есть люди, которые способны духовно вырасти после трагедии, поэтому можно предложить это в качестве надежды женщине, потерявшей мужа. Но мне казалось, что со мной такого не произойдет.

трудно поверить, но со временем вместо посттравматического стресса некоторые родители испытали посттравматический рост.

те Ричарда Тедески и Лоуренса Кэлхауна. Эти два психолога работали с горюющими родителями и, как и ожидалось, обнаружили у них признаки опустошения и посттравматического стресса. Но при этом они также обнаружили кое-что удивительное. Все родители страдали и были готовы на все, чтобы вернуть своих детей. Но в то же время многие описывали некие позитивные изменения, произошедшие в их жизни после потери. В это

В прошлом мне помогало составление списков благодарностей, но этот список выполнял другую функцию. Адам и его коллега Джейн Даттон выяснили, что, ведя счет полученным благам, мы не укрепляем уверенность в себе и это не стимулирует деятельность, а перечисление своих достижений может производить такой эффект. По мнению Адама и Джейн, это объясняется тем, что благодарность пассивна: мы говорим «спасибо» за то, что получаем. Собственные действия активны: они укрепляют нашу уверенность, напоминая нам о том, что мы сами способны что-то изменить. Теперь я сама советую своим друзьям и коллегам писать о том, что у них получается делать хорошо. Все, кто послушал меня и попробовал, говорят потом одно и то же: «Жаль, что я не начал делать это раньше».

В другом, более позднем исследовании испытуемые по пять–десять минут в день писали о том, что получилось у них «действительно хорошо» и почему; за три недели у них понизился уровень стресса, они стали меньше жаловаться на физическое здоровье и душевное состояние.

В одном эксперименте люди в течение недели каждый день записывали по три вещи, которые им удались, и почему это случилось. Спустя полгода они чувствовали себя более счастливыми, чем люди из группы, которых попросили писать о воспоминаниях из детства