Глава 2

Черный мрак окутывал меня, желая раздавить. Я точно ощущала физическую боль от его яростного давления. Меня снова пронзила невыносимая судорога – словно пламя прожгло все мои внутренности насквозь. Я выгнулась от зверской боли и, наконец, почувствовала свои руки и ноги, которые тут же обожгло огнем. Сильное жжение заставляло выгибаться снова и снова, я застонала оттого, что больше не могла стерпеть эти муки. Но в следующую секунду боль отпустила меня также быстро, как и накинулась. Я резко села и открыла глаза, где-то рядом послышался тревожный голос брата:

– Кира, Кира, с тобой все в порядке? – Он соскочил с кушетки и подскочил ко мне, осторожно взял меня за руку. Я сердито выдернула свою руку и холодно посмотрела ему в глаза.

– Что случилось? – раздраженно спросила его я и с трудом смогла узнать свой охрипший голос. Меня разобрал удушливый кашель, горло горело.

– Я хочу пить.

– Сейчас, – рассеянно буркнул Сережа и повернулся к белому столику. В медпункте мы находились одни, наверное, медсестра куда-то вышла. Брат сунул в лицо пластиковый стаканчик, и я с жадностью выпила всю воду, не сводя с него своих настороженных глаз.

– Так, ты объяснишь, что произошло? – немного мягче спросила я, в горле больше не першило.

– Ты упала в обморок, но медсестра говорит, что с тобой ничего плохого не случилось, иногда такое происходит во время экзаменов – нервы, понимаешь?!

– А ты что тут делаешь? Нина мне не простит, если ты не сдашь экзамен. – Между собой тетку мы называли по имени.

– Все хорошо, я принес тебя и отправился сдавать экзамены – тобой занималась медсестра.

Мои губы сжались в тонкую линию: откуда такая забота? Сережа словно прочел мои мысли, и я стыдливо опустил глаза.

– Сколько времени я здесь?

– Полчаса не больше, я быстро ответил на билет и пришел сюда.

– Тебе не следовало бы так утруждаться, – иронично заверила его я. Мне, конечно, была приятна его забота – но все еще никак не привыкла к ней. Когда я еще была совсем маленькой, я безумно радовалась, что у меня есть брат. Мне думалось, что в будущем он станет моим защитником, но он предал меня…

– Извини, – тихо прошептал он и попытался дотронуться до меня. Я сердито отдернула руку и простонала:

– Ох, только не надо этого! Со мной все хорошо. Я как-то раньше обходилась без всех этих нежностей, так что сейчас и подавно обойдусь.

– Кира!

– Что Кира? – холодно воскликнула я, – Даже не вздумай говорить, что я жестокая – мне это и без тебя известно, спасибо тебе. Нет! спасибо вам обоим – это вы сделали меня такой жестокой.

На моих глазах навернулись непрошенные слезы. Я поспешно соскочила с кушетки, брат попытался меня остановить, но я его отпихнула, и он упал на спину, зацепив при этом столик и кушетку. Я виновато посмотрела в его изумленные глаза и выскочила вон. Действительно не предполагала, что так выйдет. Сергей сильный и высокий и от легкого толчка не должен был упасть. Наверное поскользнулся, предположила я, но мои мысли уже поплыли по другому руслу.

Обида и злоба сжигали меня. Все это время Сережа мог изменить мою жизнь, наставить тетю на путь истинный, но он этого не сделал – он был эгоистом, и моя судьба была ему безразлична, теперь же, было слишком поздно что-либо менять. Моя жизнь уже не изменится. Из-за их безразличия я второсортная – безграмотная недоучка, которой в этой жизни останется одно лишь место – посудомойки и поломойки. С моими тройками ни один приличный институт меня не возьмет, даже ни одно училище. Я до боли сжала зубы и быстро зашагала от крыльца школы.

По щекам заструились слезы. Вот уже много лет я не плакала, просто не могла позволить себе этой роскоши. И сейчас с трудом сдерживала рыдания, как могла, но от этого мне становилось все хуже и хуже. Огромный комок, вставший в моей груди, разрастался и грозился разорвать мои легкие на части. Я на миг остановилась и сделала глубокий вздох: из горла вырвался утробный стон. Я быстро и глубоко задышала. Мне немного стало легче, и я вновь зашагала вперед. За спиной послышались чьи-то шаги. Жутко не хотелось, чтобы меня кто-то увидел зареванную и тем более стал успокаивать.

– Кира, – окликнул брат. Сердце вздрогнуло в груди от его мягкого тембра, но я не остановилась и не обернулась. Сережа догнал меня и попытался остановить, я стряхнула со своего плеча его руку и сквозь зубы процедила:

– Что ты от меня хочешь?

– Это, правда, что Леша говорит? На вас вчера напали хулиганы.

– А тебе, что от этого?

– Я хочу знать, правда это или нет?

– Не думаю, что, узнай ты правду, для тебя это что-то изменит?

– Если все что он рассказал действительно случилось, то я хотел бы услышать от тебя подробности.

Его любопытство меня разозлило, я резко развернулась и зло прорычала:

– Я их всех убила, ты доволен?

Брат от неожиданности попятился назад, и, заметив в его глазах испуг, я ехидно усмехнулась, а затем отвернулась и продолжила свой путь дальше. Сережа не отставал, я отчетливо слышала его нерешительные шаги и удивлялась, почему это меня смущает: никогда раньше не обращала на это никакого внимания. Каму, какое дело кто как ходит?!

– Кира, – снова раздался его голос из-за спины. Моя злость немного поутихла и я, вздохнув полной грудью, все-таки обернулась к нему.

– Это правда? – опять тот же вопрос!

– Что правда?! убила я их или нет? – Сережа сглотнул слюну, – Конечно, нет, но задницу надрала! Прости, мне пришлось так поступить, не могла же я просто стоять и смотреть, как они меня обижают, да и защитников у меня нет. Леша сбежал как последний трус – выглядело очень забавно.

– Ты сильно расстроилась из-за него? – вдруг спросил меня Сережа.

– Нет, не расстроилась, я привыкла ни на кого не рассчитывать. Каратэ в этом смысле мне очень помогло – не думала, что придется когда-нибудь им воспользоваться.

Сережа виновато смотрел в мои глаза, и я словно видела все его чувства и всю его горечь, которую он испытывал в муках, проснувшейся, совести. Мне даже стало, его немного жаль. Жаль, что его раскаяние ему уже ничем не поможет!

Все это мне вконец надоело, а еще меня ждали на работе. Я повернулась и, не сказав ни слова, зашагала вперед. Мой слух уловил его шаги снова, и я холодно процедила:

– Не надо, Сережа, ты мне уже не нужен, я слишком взрослая и самостоятельная. Ты упустил время, когда я была твоей маленькой сестрой, теперь я сама могу за себя постоять и уж поверь, в отличие от всех остальных, кто должен был это делать, я никогда не позволю никому себя обидеть.

Мои слова резали его как кинжалы, но я ничего не могла с этим поделать, по-другому его не остановить. А если я его не остановлю, то не смогу его не простить, и тогда прощу его, прощу всех, и всю оставшуюся жизнь буду ждать от них очередного предательства…

* * *

И снова эта гнетущая темнота и этот жуткий смех и эта невыносимая боль, словно сотни иголок воткнулись в каждую клеточку твоего тела. Из груди вырвался рев. Мои глаза тут же открылись: темная комната, но не такая темная как мой сон. Я глубоко и часто задышала. По моей коже маленькими бисеринками стекал горячий пот, а еще я услышала дыхание, но не сонное, размеренное, а взволнованное. Я повернулась и увидела Сережу. Он сидел на кровати, облокотившись спиной о стену, и смотрел на меня. Я видела его так отчетливо, точно это было днем, но никак не ночью как сейчас. Его испуганные глаза и настороженная поза встревожили меня не на шутку.

– Что? – раздраженно буркнула я.

– Ничего, просто ты спишь очень беспокойно, – прошептал он.

– И?

– И еще рычишь, – голос его чуть дрогнул.

– Не бойся, я не кусаюсь, просто приснился кошмар.

– Ясно. И давно тебя мучают кошмары? – он приподнял бровь, и я увидела, в его глазах ухмылку. Я промолчала. – Не хочешь говорить?

– А ты догадливый.

– Ну, тогда может, расскажешь, как ты разделалась с преступниками, которые напали на вас с Лешкой.

Мое лицо нахмурилось. Совсем не хотелось вспоминать то, что тогда произошло, точнее то, что я сделала. Не знаю, как это получилось, но меня это беспокоило. Из-за этого пришлось пропустить последние занятия в бассейне и соревнования по каратэ, так как не удавалось еще контролировать свою невероятную и непонятную силу, и мои партнеры сильно страдали. Кажется, что одному из них я сломала бедро и несколько ребер. Мурашки побежали по телу, вспоминать все это не хотелось. Сергею, тоже ничего не хотела рассказывать, но я отлично понимала, что пожирающее его любопытство не даст мне спокойно жить дальше. Нужно было все-таки что-то ему рассказать, чтобы он успокоился и перестал меня доставать своими вопросами.

– Ничего сверхъестественного не случилось, – попыталась я заверить брата, – мы шли домой и по дороге столкнулись с хулиганами, думаю, они больше хотели проверить, что будет делать в сложившейся ситуации Алексей. Уверена – он оправдал их ожидания, ну, а потом, после того как Лешка убежал, один попытался ко мне подойти, я ударила его рукой в живот и оттолкнула ногой. Два других хулигана даже не стали ввязываться в драку, просто убежали. – Я на миг прикрыла глаза, и вся картина как на ладони открылась предо мной. Обезумевшие глаза мужчин и их злобное дыхание. Такие – навряд ли испугались бы нескольких приемов каратэ. И все же, я постоянно задавалась вопросом, что эти громилы хотели от меня?

Мои глаза внимательно наблюдали за братом: его лицо не выражало никаких мыслей, и я решила, что он удовлетворился моим ответом. Мой взгляд переметнулся на дверь, над которой весели часы. Стрелки показывали пять утра. Сон совсем не шел ко мне, но я потянулась и наигранно зевнула, немного погодя повернулась к стене и сделала вид что засыпаю. Брат уснул спустя пять минут, а я тихо лежала и размышляла о своем бессмысленном существовании.

Прошедшая неделя после экзаменов длилась невыносимо долго. Мой странный недуг так и не прошел, и это заставляло меня сильно нервничать. Но, несмотря, на все это, я совсем не желала ни к кому обращаться. Ни к врачам, ни к психологам, ни вообще к каким-либо специалистам идти не хотелось. Что-то подсказывало, что никто не сможет ответить на то, что со мной происходит, а лишние вопросы только усугубят мое нервное состояние.

Каждый день приходилось уверять себя в том, что со мной все нормально и что все это со мной происходит из-за нервных переживаний. Мне очень хотелось в это верить и все это исправить. Я даже несколько дней назад ходила к школьному психологу, надеялась что, если я определюсь со своим будущим, то мои проблемы исчезнут сами собой…

* * *

Психолог………

Я нерешительно вошла в кабинет нашего психолога, она меня ждала. Мы предварительно с ней договорились о встрече. Майя Максимовна – худая темноволосая женщина без единой морщинки на лице смотрела на меня живыми коричневыми глазами. Казалось, что ты смотришь ни на человека, а на преданного пса, который тебя всегда поймет и простит. Нежная улыбка засияла на ее красивом лице, стало так спокойно.

– Кира, присаживайся, – вежливо попросила психолог и указала своей изящной рукой на мягкое кресло, – как я рада, что ты сегодня пришла. Мои наблюдения за тобой подсказали, что у тебя сейчас в жизни есть некоторые трудности.

– Да, – хрипло призналась я. Ее нежные глаза стали теплее, безумно захотелось поделиться с ней всем, что во мне накипело за всю мою жизнь. Но я сдержалась и сказала лишь то, что беспокоило меня в данный момент больше всего.

– Я растерянна и совсем не понимаю, что делать после школы. Это меня очень беспокоит и пугает.

– Это естественно, мне понятны твои переживания, – мягко согласилась со мной Майя Максимовна, – не беспокойся, мы с тобой обязательно во всем разберемся. Но мне кажется, что ты со мной не до конца откровенна?

Это заявление меня сильно напугало, и я опалила психолога недоумевающим взглядом, не знаю, что она увидела в моих глазах, но ее улыбка стала еще шире, и она поспешила успокоить:

– Не волнуйся, дорогая, ты можешь не рассказывать о том, о чем не хочешь. – Я кивнула головой. – Тогда сегодня будем заниматься только твоими профессиональными предпочтениями.

Целый час мы работали над психологическими тестами, и к своему удивлению мне это очень понравилось. Майя задавала совсем не сложные вопросы, а я просто отвечала. Психолог очень мне понравилась, и я лишь удивлялась ее спокойствию и безмятежности. Каждое ее движение, каждый жест, каждая улыбка – действовали на меня успокаивающе. Никогда не думала, что человек может быть так органичен со своим телом.

Тест закончился, но психолог продолжала со мной говорить и одновременно проверять тест. Мне нравилось с ней разговаривать, и я поймала себя на мысли, что если бы у меня появилась свободная минутка, то я обязательно пришла и поговорила с ней о других своих проблемах.

– Вот и готово, – мягкий голос вывел меня из мыслей, и я рассеянно посмотрела на психолога.

– Замечательно, – обрадовалась я и вскочила с кресла.

– Ох, – вздохнула Майя Максимовна, – сядь, пожалуйста, на свое место, я все сама тебе расскажу.

Я послушно повиновалась ее просьбе и села обратно в кресло. Любопытство так и жгло меня. В этот миг меня снова затрясло, и я до боли прикусила губу, боясь, что если мой приступ будет очень сильный, то это напугает Майю Максимовну.

Судорога прокатилась от головы до пят, мне с трудом удалось сохранить свой невозмутимый вид. Я сделала еще несколько глубоких вздохов, и недуг немного отступил от меня, правда в глазах потемнело, и закружилась голова. Как хорошо, что я сидела, и это помогло скрыть мое состояние от психолога.

– Все хорошо?

«Черт!» – Мысленно выругалась я и повернула свое лицо к Майе Максимовне. А она оказалась очень внимательной и проницательной. Нужно скорее отсюда сматываться!

Я растянула, как только могла, свои губы, как мне показалась, в милой улыбке и кивнула головой. Непонятный огонь вновь обжег мои внутренности, и мне с трудом удалось удержаться и не скривится от боли.

– Ну, тогда, слушай внимательно. Проанализировав наш тест, я поняла, что ты очень любишь физические нагрузки. И как мне припоминается, ты когда-то занималась плаваньем и каратэ. Я уже молчу о твоих постоянных участиях во всевозможных соревнованиях, – психолог не надолго умолкла, будто бы собиралась с мыслями и уже в следующую секунду заговорила увереннее: – Кира, мы хорошо понимаем, что ты способная девочка, но из-за некоторых проблем не смогла проявить свои таланты по многим предметам, так что я считаю, что тебе следует настроиться на спорте и попытаться поступить в физкультурный колледж.