перебил я его.
– Потом, – продолжал Володя, нежно улыбаясь, – потом расцеловал бы ее пальчики, глазки, губки, носик, ножки – всю бы расцеловал…
– Глупости! – закричал я из-под подушек.
– Ты ничего не понимаешь, – презрительно сказал Володя.
– Нет, я понимаю, а вот ты не понимаешь и говоришь глупости, – сказал я сквозь слезы.
– Только плакать-то уж незачем. Настоящая девочка!