Цитаты из книги «Двенадцать стульев»

И посейчас там рояль есть… «Что-то не видел я там такого рояля», – подумал Остап, вспомнив застенчивое личико Альхена.

И долго еще старик глядел со слезами сочувствия на Остапа, хотя не далее как сегодня видел Елену Станиславовну на базаре, в мясном ряду.

Дворник покорно обнял милиционера за шею и заплакал.

Парламентарные выражения дворник богато перемежал нецензурными словами, которым отдавал предпочтение.

– Ворюги у вас в доме номер семь живут! – вопил дворник. – Сволота всякая! Гадюка семибатюшная! Среднее образование имеет!.. Я не посмотрю на среднее образование!.. Гангрена проклятая!.. В это время семибатюшная гадюка со средним образованием сидела за мусорным ящиком на бидоне и тосковала.

А в доме № 5, раскрытом настежь, происходили ужасные события

Однако временами Виктора Михайловича настигала стихия реального действия. На несколько дней он скрывался в мастерскую и молча работал. Дети свободно бегали по двору и кричали что хотели, ломовики описывали во дворе какие угодно кривые, телеги на улице вообще переставали сцепляться, и пожарные колесницы и катафалки в одиночестве катили на пожар – Виктор Михайлович работал

В собственной его мастерской, помещавшейся во втором дворе дома № 7 по Перелешинскому переулку, застать его было невозможно.

Елены Боур, старой своей возлюбленной, о которой секретарь суда когда-то сказал стихами, что она «к поцелуям зовущая, вся такая воздушная»

Таких усов, должно быть, нет даже у Аристида Бриана, – бодро заметил Остап, – но жить с такими ультрафиолетовыми волосами в Советской России не рекомендуется. Придется сбрить.