Цитаты из книги «Дневник Анны Франк»

Пусть я неправа, пусть я неблагодарная, но себя не обманешь: хочу танцевать, свистеть, мчаться на велосипеде, хочу видеть мир, наслаждаться своей молодостью, хочу быть свободной!

Но теперь болезнь кончилась! Я опять на ногах, выросла на сантиметр и прибавила почти кило. Правда, я еще бледная, но уже жажду деятельности.

Я брожу по всему дому из комнаты в комнату, вверх, вниз. Я чувствую себя, словно певчая птичка, которой обрезали крылья, и она бьется в тесной клетке, натыкаясь в темноте на прутья. «На волю, на волю! – кричит все во мне. – Хочется дышать, смеяться!»

Многие ребятишки бегают в одних тонких платьицах, в деревянных башмаках на босу ногу, без пальто, без перчаток, без шапок. В желудках у них пусто, они жуют репу, из холодных комнат убегают на мокрые улицы, под дождь, ветер, потом приходят в сырую, нетопленную школу. Да, в Голландии дошло до того, что дети на улице выклянчивают у прохожих кусок хлеба! Я бы могла часами рассказывать, сколько горя принесла война, но мне от этого становится еще грустнее. Нам ничего не остается, как спокойно и стойко ждать, пока придет конец несчастьям. И все ждут – евреи, христиане, все народы, весь мир… А многие ждут смерти!

Лишь бы спасти человека, остальное не имеет значения», – говорит отец, и он совершенно прав.

Я смотрю на нее только как на мать. Но для меня она не такая мать, какая мне нужна. Приходится быть матерью самой себе.

Многих евреев – наших друзей и знакомых арестовали. Гестапо обходится с ними ужасно. Их грузят в теплушки и отправляют в еврейский концлагерь Вестерборк

Рабочие, которые рано шли на работу, смотрели на нас сочувственно. По их лицам было видно, что они огорчены за нас и им нас жалко, потому что мы должны тащить такую тяжесть на себе, а сесть в трамвай не можем. Все видели желтую звезду, и этого было достаточно.

Ты, наверно, удивляешься, что я в мои годы уже говорю о поклонниках. К сожалению, в нашей школе это – неизбежное зло.

Вся наша жизнь проходит в страхе