Но мы боимся даже подумать об этом, мы слишком цепляемся за жизнь, в нас еще звучит голос природы, и мы надеемся, надеемся, что все хорошо кончится. Пусть бы только что-нибудь произошло, даже если это неизбежно, пусть нас расстреляют, нет ничего хуже этой неизвестности, она совсем нас измучила.