Цитаты из книги «Двадцать лет спустя»

Я был наготове и, конечно, мог бы убить его, но я не эгоист и приберег это лакомство для вас, Арамис, и для вас, Атос, чтобы вы хоть немного утешились

Слушайте, – сказал ему д’Артаньян, – я плохо понимаю по-английски; но так как английский язык есть не что иное, как испорченный французский, то даже я понимаю: «парламентс билл», конечно же, должно значить «парламентский билль».

Ну, хорошо же! – воскликнул наконец д’Артаньян, выходя из себя. – Пусть будет по-вашему! Раз уж вы непременно этого хотите, ляжем костьми в этой гнусной стране, где вечно холодно, где туман считается хорошей погодой, дождь – туманом, а поток – дождем, где солнце похоже на луну, а луна на сыр. Впрочем, если уж надо умереть, то не все ли равно где: здесь или в другом месте?

Все во Франции прогнило и пришло в упадок. У нас есть десятилетний король, который сам еще не знает, чего хочет; у нас есть королева, ослепленная своей запоздалой страстью; у нас есть министр, управляющий Францией, как огромной фермой, то есть занятый только тем, как бы выжать из нее побольше золота с помощью итальянского лукавства и интриг; у нас есть принцы, которые стоят в эгоистической оппозиции и добьются только того, что урвут у Мазарини немного золота или клочок власти. Я служил им не потому, что люблю их (богу известно, что я ценю их не больше, чем они стоят, а стоят они немного), но по убеждению.

Д’Артаньян подошел к нему и, заметив, что он глядит на него в упор, сказал: – Эй, любезный, я не люблю, чтобы меня так мерили с ног до головы.

что я с удовольствием закажу обедню за упокой его души

Какая ужасная несправедливость, мой милый больной! – воскликнула мадемуазель Поле. – У меня к нему так мало ненависти

о таких вещах не спрашивают. Если вы можете угадать по лицу женщины ее возраст – совершенно лишнее спрашивать об этом, если же не можете – ваш вопрос нескромен.

Каждого человека, как видно, на погибель души и тела небо наделило хоть одним из семи смертных грехов, если не двумя сразу

потому что это он воспитал меня, и не его вина, если ученик так плохо использовал его уроки.