Цитаты из книги «Дама с камелиями»

«Если бы кто-нибудь предложил мне такую жизнь, я бы умерла от страха и горя».

только бы ты меня любил, больше мне ничего не надо, а ты меня будешь любить и без лошадей, без шалей и без бриллиантов.

Вы меня любите? – Безумно. – Несмотря на мой дурной характер? – Несмотря ни на что. – Вы мне клянетесь в этом? – Да, – сказал я тихо.

Итак, вы берете на себя заботу обо мне? – Да. – Вы будете проводить со мной целые дни? – Да. – И целые ночи? – Все время, если я вам не надоем. – Как вы это называете? – Преданностью. – И откуда проистекает эта преданность? – Из непобедимой симпатии, которую я питаю к вам. – Значит, вы влюблены в меня? Признайтесь в этом поскорее, это проще. – Возможно, но сегодня я нам не могу этого сказать, когда-нибудь в другой раз.

я преклоняюсь перед вашей красотой и удаляюсь с сожалением.

Вы думали, что нужно только любить друг друга и жить в деревне идиллической жизнью? Нет, мой друг, нет. Рядом с идеальной жизнью есть другая, материальная, и самые чистые решения несвободны от железных пут необходимости.

Как сильно вы ни любите женщину, как ни доверяете ей, как ни верите в будущее, все же вы более или менее ревнуете.

Когда подобная женщина с порочным прошлым испытывает настоящую любовь, искреннюю, сильную, на которую она никогда не считала себя способной, когда она призналась в этой любви, – любимый человек всецело подчиняет ее себе! Он себя чувствует сильным благодаря своему жестокому праву сказать ей: ты делаешь для любви то же самое, что ты делала для денег.

К тому же как результат болезни или от природы, но в глазах этой женщины мелькали время от времени огоньки желания, сулившие неземные радости тому, кого она полюбит. Но тем, кто любил Маргариту, не было конца, она же не любила никого.

такая победа, которую может одержать всякий молодой человек в двадцать пять лет. И это так верно, что молодых девушек окружают надзором и затворами! Но у монастырей нет таких высоких стен, у матерей – таких крепких замков, у религии – таких строгих предписаний, чтобы запереть этих прелестных птичек в клетке, в которую даже не бросают цветов. Они должны мечтать о наслаждениях, которые от них скрывают, они должны верить в их соблазнительность, они должны послушаться первого голоса, который через решетки будет им рассказывать о таинственном, и благословить ту руку, которая впервые приподнимает уголок завесы.