© Ждан Мусин, 2025

ISBN 978-5-0059-0878-0 (т. 5)

ISBN 978-5-0056-9739-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

Крайний день августа не заладился. Дождь лил с утра и до вечера и лишь ненадолго прекращался, а затем вновь шарманщик включал свою шарманку. Но кому-то это даже нравилось. Лёгкий ветерок порой поднимал резкую волну или вовсе пропадал. На деревьях шелестела ещё зелёная листва. Небольшое захолустье в «В» области именуемое городом «К» сковала непогода. Уже гулял поздний вечер. На окраине протяжно завыли бродячие псы, а моментами, казалось, они бились дико и остервенело, что прямо пух летел в разные стороны. В нормальном сознании невольно рождалось такое чувство. Здесь резко воздух сотрясли выстрелы из охотничьего ружья, потом пронёсся гул ярких петард и в итоге что-то где-то громко бахнуло. В центре городка мелькала ярко афиша простого питейного заедания под названием «Пир на весь мир». Здесь сегодня банкетный зал занимали гости. Вместе со всеми охотно веселились и задорно молодожёны. Свадьба пела и плясала. Здесь задавали тон молодые эксцентричные ведущие Георгий и Натали. Они прямо и пели, и плясали, и байки травили, и шутили дико и весело. Они на пару очень игриво забавляли честной народ. Кто-то из них явно был тамада на миллион. Они постоянно делили и рвали эту «шубу». Типа кто из них лучше. Они, видимо, поспорили за кулисами, кто круче и порой не могли друг с другом совладать. Они друг другу являлись дальними родственниками, что их подогревало ещё больше. Георгий прямо истинный мачо. Он фактурный. Лицо восточное. Глаза глубокие тёмные с искрой. Натали статная кокетка. Лицо приятное деловое. Глаза тёмные бойкие. Она чем-то напоминает знаменитую артистку. Она сексуальная, что ни говори. Грудь сочная и колесом. Ноги стройные и от ушей. Она даже поработала моделью. Девушка ходила по подиуму, но быстро надоело. Её хотел изнасиловать известный рослый солидный кутюрье Филип Киркорин. Но она не далась и даже сломала нос напыщенному тучному балбесу. Он сразу уволил милашку, хотя уволить не мог. Она работала неофициально. Натали занялась праздниками. Язык у неё без костей. Она уже год проводила свадьбы и корпоративы. К ней пришёл просто нереальный успех. Она пригласила своего родственника. Они теперь играют и в соло, а когда вместе, то прямо не дают поблажки даже друг другу. Что там говорить про гостей. Они порой крепко веселится, что дух захватывает. Их даже кто-то хотел избить, но обошлось. Они продолжают устраивать крутые праздники и застолья. Это их престиж или перформанс. Они сейчас шутили с огоньком, весело и кричали громко «горько». Молодожёны Витя Кузнецкин и Валя Дристихина, сидя за столом, целовались много и часто. Но они уж как-то заметно не походили друг на друга. Он невысокий, статный. Лицо как мордочка у пингвина что ли. Нос как обломанная сосулька. Глаза узкие, тёмно-золотистые выражают всегда небольшую буйность. Рот как тростинка. Она же рослая и развитая. Она раньше в молодости играла в любительский баскетбол. Но она забивала мало и чаще всего в свою корзину. У неё небольшое косоглазие синих глаз. Нос большой и ровный. Губы как будто накачены силиконом. Валя увлекается всякими подтяжками лица. Хотя она молодая, видная и бойкая. Она уже побывала один раз замужем и чуть не прибила своего мужа за пьянство. Валя теперь решила вновь попытать счастья. Она влюбилась и уже находилась в положении. Она ждала долгожданного ребёнка. У неё уже значилось сроку три месяца. Она хотела девочку и заготовила имя Анжелика. Витя же хотел мальчика. Он просто жаждал назвать его младшим Витей. У них уж так заведено в большой семье с далёкими традициями. Что ни говори. Он хотел первенца Витю и не больше и не меньше. Витя сейчас выпивал много, но сильно не пьянел. Он такой и есть до мозга костей. Он успевал вкусно целовать любимую невесту. Валя тоже нисколько не смущалась. Она отвечала игривой взаимностью. Она старалась умело и живо крутить языком у супруга во рту. Но у неё получалось неважно. Она всё же старалась. Но у неё много слюней во рту, что уже оценил жених. Им теперь то и дело гости кричали горько. Они целовались вновь и вновь. Губы уже прямо гудели и твердели. Но поцелуи молодожёнов не заканчивались. Гости веселились и уже заметно опьянели. Но праздник был в самом разгаре. Весь второй этаж прямо звенел. На первом этаже кафе «Пир на весь мир» играла романтичная музыка, которая задавала тон. Здесь всегда уютно. На стенках большие картины, где изображены разные стихии. Потолок высокий золотистый, где висят округлые лампы, которые сейчас сияли томно. Здесь кругом расположены кожаные диваны и округлые столики. Мебель расположена вдоль стен. Сейчас в кафе аншлага не наблюдалось. Здесь восседала пара алкашей да один гастролёр. Тучный мужик Влас Суворов выпивал кружку пива уже около часа. Он что-то усердно читал в своём планшете. Алкаши вели себя мирно. Они, выпивая водку, тайком доставали пиво, которое принесли с собой с семечками и вяленой воблой. Их уже запалили, но служащие не подавали виду. Они просто не хотели связываться с известными на всю округу буйными балбесами. Они на самом деле порой ведут себя бурно и даже ради забавы машут руками. За барной стойкой находилась молодая и дерзкая девушка Кира Богатырёва. Она с виду пацанка. Она коренастая, упитанная в меру. Лицо щекастое, округлое, приятное всегда выражает лёгкую страсть. Волосы короткие тёмные отдавали блеском. У неё часто стильная причёска. Она всегда выглядит мило и сексуально. Уши проколоты много раз. Раньше у неё и в носу имелось кольцо. У девушки даже язык проколот для орального секса. Но сейчас она все эти «игрушки» сняла. Ими она не особо пользовалась в постели. Глаза светло-голубые смотрят прямо. Нос небольшой, как у крольчихи. Губы полные, алые. Она с виду милашка, но характер дурной и бурный. Она может легко взорваться и даже легко иногда бьёт парней. Так что с ней шутки плохи. Кире сил не занимать. Она уже замужем. У неё двое детей, а ещё от первого замужества есть ребёнок. Она бойкая лихая, что ни говори. Кира сейчас немного пританцовывала, находясь за барной стойкой. У неё особых дел не имелось.

Мелодия задавала тон. Молодая фирменная официантка Надя Кравцова томилась в уборной кафе. Она милая и даже несколько симпатичная. Рост невысокий. Тело статное. Лицо миловидное, но всегда с лёгким напряжением. Глаза большие, тёмно-синие смотрят всегда прямо. Нос тонкий, изящный. Губы полные и одарены природой лёгкой улыбочкой. Она прямо от природы симпатичная и милая. Грудь второго размера. У неё покладистый характер. Но всё же она бывает часто редкой стервой. Она пару недель назад вскрыла конверт и узнала, что уже страдает венерическими заболеваниями. Надя прямо не могла успокоиться. Она делала анонимно обследования и теперь не находила себе места. Она моментами сильно просто бесилась. Надя Кравцова сейчас находилась в уборной. Она, стоя перед зеркалом, умыла лицо холодной водой из-под крана. Девушка прямо глянула на своё милое личико. Её широкие тёмные глаза немного порозовели. Она незаметно страдала и мучилась. Надя прямо сильно, душевно и больно переживала. Её украшал фирменный оранжево-розовый фартук. Под ним имелась короткая тёмная юбка, которая богато открывала стройные ножки. На них блестели лакированные туфли. Белая футболка сверху прямо подчёркивала довольно большую грудь, которая смотрелась красиво, а острые соски слегка касались тонкую ткань. Надя страдала. Глаза немного налились слезами. Её постоянно посещали дурные мысли. «Как же так случилось. Я не верю. Этого не может быть. Я больна сифилисом. Вот откуда у меня пятна. И что хуже всего я больна СПИДом. Я просто не верю в это. Как это может быть? Когда я успела это всё подхватить. Пить надо меньше. Вот когда. Я была на вечеринке у этой дуры Ули Тышковец. А ещё у этой придурошной Марины Поповой. Две дуры блин. Так ещё кто-то был из знакомых. Это же они меня заманили на вечеринку. Я там выпила лишнего и мне захотелось близости. Они знают, что у меня сейчас никого. Типа хотели меня с кем-то свести. Эта Уля дура полная. Это всё она сучка. И Марина не лучше. Они две сучки. Как же так. Кого они пригласили на эту долбаную вечеринку. Туда приходили все, кому не лень. И я с кем-то… Боже ты мой. Я не хочу болеть этим. Но уже ощутила эту хрень. И я хочу отомстить. Они сегодня придут… Я уверена. Я неделю назад ездила в деревню к бабке одной. Её зовут Фёкла Смородина… Так вроде бы её и зовут. Это не суть. Я взяла у неё какой-то раствор багряный мать его… Он жуткий. Прямо кипит что-то в бутылке. Я угощу этих сучек. Пускай дрищут неделю, а то и больше. Я уже всё решила. Но как же так. Этим уже мне не поможешь и мне легче не станет. Может, у меня только сифилис. Но эта дурная зараза откуда? Я не хочу страдать СПИДом. От кого я там заразилась? Вот же стервы. Им бы только самим потрахаться. Но они ничем не болеют. Я с кем-то там переспала дура и не предохранялась. Они меня напоили сучки такие… Они хотели меня там с кем-то свести. Типа мы найдём тебе парня. Вот же сучки. Я им поднасру. Хоть бы так. Бабка сказала, что эта микстура очищает организм на раз. И указала на бутылочку. Она близорукая эта бабка. Видит плохо. И руки у неё дрожат, как у пьяной дуры. Я взяла. Кажется, то самое взяла. Хотя там у неё много всего и бутылки похожи… Но она сказала это. Да пофиг. Не всё ли равно. У неё там всё от расстройства желудка. Я их угощу. Пускай друщут сучки… Они меня заразили. Кто ещё? И тот урод сифилисный. Он со мной переспал специально. Или мне так кажется. Кто туда к ним приходил на квартиру. Я не знаю и знать не хочу. Я напилась дура и даже не могу вспомнить с кем трахалась дура. Но всё же помню. Такой рослый урод. Его, кажется, Ваня зовут. А если он наврал. А фамилия как-то Разумовинов вроде бы… Они же говорили. Он ещё на гитаре там играл и шутил всё с мной. А потом он на меня напал в спальне. Он был пьян. Он закрыл дверь и быстро на меня напал. Вот же урод. Я уже была пьяная и не смогла ничего сделать. Но я его не хотела. А потом ничего не помню. Я отключилась. Как мне плохо. А если кто-то воспользовался тем, что я пьяная лежа на диване. Может, это не он больной такой?… Боже мой. Мне дурно. Если кто-то ещё ко мне приближался. Эти сучки не скажут. Они дуры полные. Я им звонила. Но они не особо со много разговаривают. Типа твои проблемы. Сама их и решай. Я им ничего не говорил про сифилис. Может, они тоже больные. Как вариант. Вот же тупые сучки. Особенно эта Уля. Она любит трахаться дура. Мне говорили, что она любит быстро в уборной. Но я не поняла сразу. Не надо было ходить на эту их долбанную вечеринку. Но они меня уговорили и я теперь мучаюсь. Так бы и вырвала член этому уроду. Я не хочу так страдать. Я даже думала, чтобы руки на себя наложить. Но не стала. Это грех больной. А если всё не так плохо. Но мне дурно. Всё же я сдала ещё раз анализы. А вдруг я не больна. Но всё же мне дурно. Я чувствую слабость. И у меня появились пятна на бёдрах небольшие. Я смотрела в интернете и это признаки сифилиса. Значит, всё сходится. Боже мой. Я не хочу страдать так. Эти сучки резвятся. А я буду страдать. Всё было нормально. Но не сейчас. Я их угощу сучек таких дурных. Надо чтобы они пришли в кафе. Но я их давно не видела. Кажется, кто-то идёт. Я давно уже здесь в уборной. Мне дурно. Мне плохо. Кто мне поможет, если не я сама. У кого взять совет. Я не знаю. Бабка и то меня отшила. Но дала какой-то порошок. Она сказала тупо прими в полнолуние. Она выжила из ума. Это точно. Так не вылечиться. Ещё она сказала, что, мол, от этой болезни ничего не помогает. Я сказала, что у подружки такой недуг. А она ответила, что лучше утопиться. Но всё же бабка дала зелье и сказала ещё, что надо поваляться на фекалиях козлиных. Она из ума выжила точно. Это не поможет… Она дура полая. Ещё бы ей уже за сто лет что ли. Вот же дура старая. Но я угощу её раствором этих сучек. Пускай дрищут месяц или больше. Они меня привели на эту вечеринку. Мать их ети. Они своё получат. Я их угощу. Только бы пришли сюда. И я их угощу…», – подумала она. Надя вновь включила смеситель кран и умыла лицо водой. Она прямо глянула на своё милое отражение в зеркале и тонко улыбнулась. Она смыла слезинки и прямо глянула на двери. За ними уже кто-то стоял и резко дёрнул за ручку. По красному дереву тут же раздался стук. Официантка Надя Кравцова оживилась. Она ещё раз утёрла салфетками лицо и живо подошла к дверке, которую мигом открыла. Она освободила шпингалет. Глаза округлила и тут же увидела перед собой Киру Богатырёву. Она стояла прямо. Глаза бойкие выражали небольшую гневность и разочарование. Она немного зевнула и смотрела по-хозяйски на официантку.

– Подруга ты, что тут делаешь? Бесишь меня. Уснула что ли на унитазе. Там гости пришли. Надо заказы принимать. Кухня кричит уже…, – бурно начала Кира, – Совсем что ли. Иди, работай. Пока я добрая…, – важно сказала Кира, – Давай уже шевели булками. Ты что тут уснула что ли?…

– Да я так замечталась.

– Замечталась она. Ну, подруга…, – помотала головой Кира, – Смотри, уволю к чёртовой матери. Иди уже заказы принимай. Тоже мне принцесса.

– Я иду.

– Иди, давай.

Кира Богатырёва недовольно проводила важным взглядом девушку. Она тут же прошла в уборную. Она бегло глянула на себя любимую в зеркало и тут же прошла в кабинку, где живо спустила с себя штанишки и кружевные тёмно-алые трусики. Воздух сотрясся небольшими пуканиями и хлопками. Кира задумалась. Её мысли немного путались. «Вот же мне официантки. Наберут по объявлению. А я хожу и расхлёбываю все дела. Дура блин эта Надя. Ей бы поэтессой быть. А не официанткой. Она то по телефону болтает часами, то сидит в уборной по полчаса. Вот же дура… Но она мне нравится. Она милая. И люди к ней тянутся. Это хорошо. Пускай работает. Ещё глянем на неё. Но ведёт она себя странно иногда. Надо тоже идти за кассу. Может, пива купят алкаши местные. А то сегодня мало людей. Наверху свадьба. Орут блин громко. Бесят уже. Побыстрее бы моя смена закончилась. Но ещё долго до раннего утра Надо идти за кассу…», – подумала она. Кира взяла в руки туалетную бумагу и не колебалась. Она всегда всё делает быстро.