Jasmine Guillory

The wedding date

Copyright © 2018 by Jasmine Guillory

© Нина Семенова, перевод, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Дизайн обложки: Юлия Межова

* * *

1

В тот вечер четверга, заходя в отель «Фэйрмонт» в Сан-Франциско, Алекса Монро была в любимых красных туфлях на каблуках, слегка нервозная от кофе и с бутылкой шампанского «Вдова Клико» в сумочке. Она достала телефон, чтобы написать сестре, Оливии, пребывавшей наверху, в одном из номеров.

«Сажусь в лифт!!!»

Оливию всегда нужно было несколько раз предупреждать заранее. И без разницы, что ее совсем недавно сделали партнером в юридической фирме в Нью-Йорке: некоторые вещи не меняются.

«О нет, я только в душ собралась».

Алекса получила ответ, как раз заходя в лифт. Усмехнулась, нажимая на кнопку нужного этажа, – смех успокоил тревогу. Она с нетерпением ждала этой вечеринки со старшей сестрой, даже несмотря на… нет, возможно, как раз потому, что их отношения через столько лет все еще оставались непростыми.

Лифт взмыл в воздух гладко и бесшумно, как и поступают лифты в дорогих отелях, а Алекса тем временем в третий раз проверила сумочку, чтобы убедиться, что не забыла крекеры и сыр бри. Им по-любому понадобится закуска перед ужином: не хотелось, чтобы шампанское сразу ударило в голову. Жаль, что испечь брауни вчера вечером она не успела. Оливия обожает ее брауни.

Она отыскала сыр с крекерами в углу сумочки придавленными тяжелой бутылкой. Тут лифт дернулся и встал. Мгновением позже погас свет.

– В чем дело? – вслух спросила Алекса сама у себя.

Несколько секунд спустя зажглось аварийное освещение, но лифт не двинулся с места. Алекса поглядела вверх и по сторонам и тут же подскочила на месте: в противоположном углу кабины стоял мужчина с чемоданом.

– Вы что, все время тут были? – спросила она.

– А кто я, по-вашему, – джинн? – ухмыльнулся в ответ тот.

– Вообще, на джинна вы, пожалуй, не очень похожи.

Он был высоким, светлокожим, но с загаром, взъерошенными темными волосами и примерно дневной давности щетиной на месте бороды. Алексе вдруг захотелось приложить к его щеке ладонь, чтобы проверить, насколько она колючая. Как она вообще могла не заметить такого мужчину рядом с собой в лифте?

– Наверное, за это я должен сказать вам спасибо. Но ведь и джинн так сказал бы, не так ли? – заметил мужчина. – Вы, случайно, не страдаете клаустрофобией?

– Э-э, не думаю. А если бы я сказала, что страдаю, вы бы воспользовались своей джинновой магией, чтобы вызволить нас отсюда?

Он рассмеялся:

– Похоже, теперь вы так и не узнаете, есть ли она у меня.

– Ну, мне однажды делали МРТ, – сообщила Алекса, – и лежать в этой тесной машине было вовсе не весело. Так что, возможно, у меня и есть клаустрофобия.

– Простите, но вы уже упустили шанс испытать мою магию. – Он шагнул к дверям лифта и снял трубку экстренной связи. – Посмотрим, ответят ли они, через сколько смогут нас вытащить.

Алекса старалась не таращиться на него в тусклом аварийном свете, но никак не могла упустить возможность глянуть на зад в идеально сидящих джинсах. Зад был так же хорош, как и все остальное. Она попыталась убрать с лица улыбку на случай, если он обернется.

Такие вот штуки никогда не происходили с ней. Нет, не лифтово-застревательные штуки – подобного рода мини-кризисов в ее жизни было как раз полным-полно. А вот застрять в лифте с привлекательным парнем – это было уже необычно. В самолете ей вечно доставалось место рядом с лепечущим младенцем, или вяжущей бабулькой, или занудным студентом колледжа, а вот со знойным мужчиной – фигушки.

Прошла примерно минута, заполненная его «Окей… окей…», причем каждое новое «окей» звучало напряженнее предыдущего. Затем он повесил трубку:

– Что ж… – Мужчина замялся и улыбнулся ей: – Погодите, я ведь даже не знаю, как вас зовут, моя новая подруга по лифту.

– Алекса. А вас как зовут, джинн?

– Дрю. Рад познакомиться, Алекса.

– Очень приятно, Дрю, хотя…

– Верно, обстоятельства для знакомства не идеальные. Итак, плохие новости заключаются в том, что электричество пропало во всем отеле.

В этот же миг экран ее телефона засветился: пришло сообщение от Оливии.

«У меня электричество вырубило. Ты где??»

– Ага, меня только что об этом предупредили. – Алекса подняла мобильник, прежде чем набрать ответ Оливии.

«И во всем отеле, а я застряла в лифте».

– По крайней мере из этого следует, что мне не соврали, – заметил Дрю. – Хорошие новости, как мне сказали, заключаются в том, что у них есть генераторы, так что вскоре лифты снова запустят.

Алекса сползла на пол, аккуратно пристроив сумочку рядом. Разбить бутылку такого шампанского было бы трагедией.

– Все равно ждать можно и с комфортом, – сказала она.

Любимые красные туфли на каблуках были вполне удобными первые пять часов, а она не снимала их уже больше девяти.

Дрю скинул с плеч кожаную куртку, дав Алексе возможность торопливо оценить мускулы живота, когда серая футболка задралась. Мммм. Горячий мужчина с чувством юмора, который ненароком демонстрирует ей свой пресс. У нее что, день рождения?

– Так вы остановились здесь, Дрю? – спросила она, чтобы перестать пялиться на соседа. – Откуда приехали?

– Только прилетел из Лос-Анджелеса. – Он уселся рядом с ней: – А вы?

– О, я здесь живу. Ну, на самом деле в Беркли. А в этом отеле навещаю кое-кого.

Он скользнул взглядом по ее телефону, туфлям, затем снова посмотрел на нее:

– Кое-кого очень особенного – в таких-то туфлях да с той улыбкой, которая была у вас на лице, когда вы входили в лифт и даже не заметили, что здесь есть кто-то еще.

– Очень особенного, – подтвердила Алекса, и ухмылка Дрю стала шире. – Погодите, нет, не в этом смысле особенного! А старшую сестру! Она приехала из Нью-Йорка по работе.

Н-да, вот так она обычно и вела себя со знойными мужчинами. Трусила встретиться с ними взглядом, таращила глаза на их пресс и выпаливала что-то несуразное.

– А-а-а! – Дрю рассмеялся. – Окей, ладно, я действительно подумал, что это именно в том смысле кто-то особенный. Вы вдвоем запланировали веселый вечер в городе?

Алекса положила ногу на ногу и одернула черное платье, чтобы, вдобавок ко всему прочему, еще и случайно не продемонстрировать этому типу белье.

– Вроде того. У нас вечеринка. Ее только что сделали партнером в юридической фирме, где она работает!

Алекса с улыбкой покосилась на сумочку, полную вкусностей, а потом снова подняла глаза на него. Нет, даже сыр с этим чуваком не сравнится.

Дрю прищурился, смотря на нее. Светло-каряя радужка с очень темным ободком. Такие красивые глаза, что она вновь отвела взгляд. Слава богу, коричневая кожа не может уж слишком сильно покраснеть, а не то ее щеки уже светились бы в полумраке.

– Окей, рад за вашу сестру, но что такого в вашей сумке? Вы все время поглядываете туда, словно там Святой Грааль.

Алекса засмеялась:

– Просто шампанское и некоторые закуски. План заключается в том, чтобы выпить его здесь, а потом пойти куда-нибудь поужинать… То есть заключался. Теперь еще надо посмотреть, сколько мы проторчим в лифте.

Дрю придвинулся ближе и заглянул в сумочку. Алекса подтолкнула ее к нему, чтобы в слабом свете ему было лучше видно. Вообще-то, она не позволяла незнакомцам шарить по своей сумке, но ладно уж, парень был симпатичный, а ситуация нестандартная.

– Очень хорошо! Стало быть, у нас есть провиант на случай, если мы задержимся здесь на несколько часов. Шампанское – очень удобно, не нужен штопор, а здесь еще… О, вы только гляньте – сыр и крекеры. Идеальный лифтово-застревательный перекус.

Алекса оперлась о деревянную панель на стене.

– Вы уже застревали в лифте с разнообразной едой и имели возможность определить, какие продукты лучше всего подходят для данной ситуации? – поинтересовалась она.

– Нет, но это же очевидно: сыр с крекерами здесь – лучший вариант. Прежде всего, вы прозорливо взяли с собой мягкий сыр, так что нам не понадобится нож, – можно просто класть его на крекеры и размазывать по ним пальцами. А во-вторых, разве с вами бывало когда-нибудь такое, чтобы сыр и крекеры не доставили удовольствия? Чтобы вы не подумали: «Ох, черт, этот сыр и крекеры – то самое, что мне сейчас было так нужно?»

На минутку Алекса задумалась.

– Стоп, нет, хватит сомневаться, – заявил он. – Вы же знаете, что ответ – нет. Крекеры и сыр – объективно лучшая закуска на всем белом свете.

Она рассмеялась и шлепнула его по пальцам, заставляя убрать их от пачки крекеров:

– Хорошо, вы правы. Но, знаете ли, вам не удастся уболтать меня поделиться угощением в честь партнерства Оливии.

Дрю вытянул ноги на полу и снова глянул в сумочку:

– Я этого боялся. Что ж, остается только надеяться, что мы пробудем здесь достаточно долго, чтобы вы надо мной сжалились.

Алекса наполовину стащила с ног туфли, чтобы они не жали пальцы так сильно:

– Без обид, Дрю, но моя цель не в том, чтобы проторчать с вами в этом лифте всю ночь.

Хотя этот пресс… Нет. Забыла про Оливию? Про свою сестру? Вот именно, Оливия! Пора бы задать ему очередной вопрос, чтобы перестать пялиться.

– А у вас разве нет планов на вечер? Вообще, как вы проводите уик-энд здесь, в Сан-Франциско?

Дрю сделал кислую мину:

– Иду на свадьбу.

Алекса вернула ему гримасу:

– Не произносите это так, будто тюремный приговор зачитываете.

Он прислонился к стене:

– Существуй на свете тюремные сроки длиной в выходные, это вполне сошло бы за приговор. Да, конечно, тюрьмой служит уютный отель, но все-таки.

Алекса обвела взглядом полутемный неподвижный лифт:

– Пока – не такой уж уютный. Что в этой свадьбе такого ужасного?

Дрю вскинул руки в воздух:

– Даже не знаю, с чего и начать. – Он поднял один палец: – Во-первых, это свадьба моей бывшей девушки.

Алекса поморщилась. В таких ситуациях и она бывала. Даже при самом удачном стечении обстоятельств свадьбы бывших – всегда испытание.

В ход пошел второй палец:

– Во-вторых, она выходит за одного из моих лучших друзей по медицинскому училищу.

Алекса прикрыла глаза ладонью. Да уж, пожалуй, у него есть основания выражать недовольство.

– А они…

– Нет, она не обманывала меня с ним, но… просто скажем, что меня не особенно обрадовало то, как все повернулось, хорошо?

– Ой. Ну, тогда я понимаю, почему вы…

Он воздел еще один палец:

– И В-ТРЕТЬИХ.

Алекса выпрямила спину:

– Есть еще что-то? Третий палец?

– О да! – Дрю помахал отогнутым средним пальцем в воздухе: – И, по сути дела, этот палец – хуже всех. В-третьих, я – шафер.

Повернувшись всем корпусом, Алекса уставилась на него с раскрытым ртом:

– Вы меня разыгрываете? Шафер? Что? Почему? Как?

– Да, вы подняли весьма важные вопросы. Те самые, которые Джошу, Молли и мне стоило задать друг другу перед тем, как начался весь этот свадебный кошмар длиной в уик-энд. Как минимум «что» и «почему». Что вообще навело его на мысль попросить меня стать его шафером? Почему он это сделал? Почему она на это согласилась? А я-то ПОЧЕМУ согласился? Как такое могло произойти? Все эти вопросы должны были прозвучать – но, тем не менее, мы имеем то, что имеем.

– Боже мой, Дрю! Я уже почти готова дать вам немного сыра.

Он потрепал Алексу по плечу. Сыра? Черт, да если он еще хоть на несколько секунд задержит ладонь у нее на плече, она будет готова дать ему куда больше.

– Алекса, я тронут. Правда. А ведь… – Он помахал в воздухе очередным пальцем: – …Есть еще и четвертый пункт.

– Ох, Господь всемогущий, что же тут еще может быть? Что, на свадьбу приезжают ваши разведенные родители со своими новыми супругами или что-то такое?

Он прыснул:

– Нет, хотя версия хорошая. Это был бы первостатейный триллер. Но нет, «в-четвертых» заключается в том, что я не просто шафер на свадьбе бывшей девушки с лучшим другом, а одинокий шафер на свадьбе своих бывших девушки и лучшего друга. Подруга продинамила меня в последний момент, так что я буду иметь самый жалкий вид, наверняка напьюсь, буду приставать к подружкам невесты, и вся эта затея обернется настоящим кошмаром.

Алекса отмахнулась от его слов:

– Ой, умоляю, все с вами будет в порядке. Свадьбы – отличная возможность познакомиться с людьми. И даже лучше, что вы без пары. Как всегда говорит моя подруга Коллин: «Не ходи на шведский стол со своими бутербродами».

Дрю хохотнул:

– Я совершенно точно сворую у вас эту фразочку. В девяноста пяти процентах случаев я сказал бы, что ваша подруга Коллин права на все сто, но текущая ситуация относится к тем самым пяти процентам, в которых собственный бутерброд спас бы меня от пищевого отравления. Вы даже не представляете, сколько сочувствующих взглядов я соберу. А хуже всего то, что, отвечая на приглашение, я указал статус «со спутницей», так что теперь за главным столом окажется пустое место. А я множество раз услышу: «Что стряслось с твоей девушкой, Дрю, она не смогла приехать?» Буду просто улыбаться и глотать все это, хотя существует примерно тридцатипроцентная вероятность того, что я опрокину слишком много стаканчиков бурбона и ударюсь в буйство.

Алекса дотронулась до его руки, постаравшись не затягивать прикосновение:

– Ладно, вы правы, иногда бутерброд – это необходимый страховочный трос. Мне жаль, что подруга вас бросила.

Он опять заглянул к ней в сумочку:

– Алекса, я вынужден просить вас перестать упоминать о еде, если не хотите, чтобы я просто украл у вас этот сыр.

Схватив сумочку, она переставила ее на другую сторону:

– Теперь соблазн будет меньше. Так лучше?

Дрю посмотрел на нее, потом на сумочку, потом опять на нее. Алекса улыбнулась, не снимая ладони с ручек:

– Итак, Дрю. Что же стряслось с вашей девушкой?

Дрю уставился на нее, сузив глаза, и она снова рассмеялась.

– Ладно. Прежде всего, Эмма не была моей девушкой. Мы просто тусовались вместе, и только.

Алекса нахмурилась, глядя на него. Этому парню, как и ей, где-то за тридцать. Разве к этому возрасту люди уже не перестают «просто тусоваться» с другими?

– Не смотрите на меня так! Я не из тех, у кого бывают серьезные отношения! И начав замечать, что ей, пожалуй, хочется чего-то большего, я все свернул. Причем очень аккуратно! Просто я не завожу себе девушку. Не заводил со времен… – Он вздохнул: – Со времен Молли. Да и ладно. Разве что не стоило забывать, что пара понадобится для этой проклятой свадьбы.

Алекса указала на четвертый палец, который он так и держал оттопыренным:

– Вы так и не рассказали. Как же, собственно, она вас продинамила?

Дрю потряс пальцем перед ее носом:

– Не начинайте! Нечего меня обвинять. Я тут ни при чем. И она, на самом деле, тоже – несмотря на все произошедшее, она все равно собиралась пойти со мной на свадьбу, но завтра у ее отца операция, так что она не смогла приехать.

Как привлекательно движутся мышцы этого пресса, когда он вздыхает!

– Конечно же, я сочувствую ей по поводу отца и вовсе не виню в случившемся. Просто считаю это лишним подтверждением того, что во всем, связанном с этой свадьбой, я проклят.

Алекса засмеялась и расслабилась, откинувшись на стенку лифта. А уж если из-за этого она придвинулась поближе к Дрю, так это просто дополнительный бонус. Да ладно, ей же не грозит стать не-девушкой этого парня – так почему бы не побаловать себя хотя бы парой случайных соприкосновений руками, пока лифт снова не завелся?

– Вероятно, вы чем-то это заслужили.

Дрю перегнулся через нее и схватил сумочку:

– Да неужто? Значит, я вам тут изливаю душу насчет этого кошмара со свадьбой и того, что у меня не будет спутницы, и всех жутких вещей, которые вследствие этого произойдут, а вы, выслушав мое горестное повествование, сообщаете, что я чем-то все это заслужил? Да за одно только это я забираю у вас сыр.

Он залез в сумочку, но затем замешкался на секунду и вопросительно поднял брови. Алекса, вздохнув, кивнула:

– Ладно, можете съесть часть сыра, но оставьте немного для Оливии. И не надо ничего размазывать пальцами. Что я – неандерталец, по-вашему? Там есть нож.

Дрю просиял. Милосердный Господь, какая опасная улыбка! Алекса отвернулась и нашарила столовый прибор, чтобы не броситься ему на шею.

Он только-только откусил от третьего крекера с сыром, когда лампочки на потолке загорелись и лифт рывком тронулся с места.

– Ого, мы и правда едем? – Алекса села прямо.

– Похоже, урвать еще и шампанское мне не удастся.

Дрю встал на ноги и протянул руку, чтобы помочь девушке. Это лишь ее фантазии или он и правда задержал ее ладонь в своей?

Наверняка фантазии. У нее очень живое воображение. Помогает справляться с текущим дефицитом романтики в жизни.

За считаные секунды они доехали до шестнадцатого этажа. Дрю снова надел куртку, введя Алексу в искушение еще разок глянуть на его пресс.

– Кажется, ваша сестра и я живем на одном этаже, – заметил он, когда они оба шагнули к выходу.

– Похоже на то. – Алекса улыбалась и смотрела ему в глаза некоторое время, после чего опять потупилась.

– В какой стороне ее номер?

Оба посмотрели на стрелки, указывающие путь к номерам из лифтового холла.

– Сюда, – определила Алекса и указала налево.

Дрю сверился с биркой на ключе:

– А, а мне туда. – Он ткнул вправо.

Улыбнувшись друг другу, они на мгновение замолчали.

– Могу откровенно заявить, что еще никогда не проводил время в лифте так весело. Спасибо за это. – Дрю протянул ей руку.

– Взаимно. – Алекса ответила на рукопожатие. – Удачи вам на свадьбе.

Он рассмеялся с гримасой:

– Не напоминайте. Мои поздравления вашей сестре.

Алекса поблагодарила и направилась по коридору в сторону номера Оливии. Хотелось бы знать, что еще можно или нужно было сказать, чтобы их разговор не закончился. Она вздохнула и зашагала дальше.

– Алекса! Подождите!

Это было настоящим безумием. Дрю глядел на себя со стороны и видел, что собирается сделать полнейшую глупость. Но девушка повернулась, чтобы уйти, и уже через долю секунды он окликнул ее.

– Да? – Она обернулась. – Остаток сыра я вам не отдам даже в качестве прощального подарка.

Итак, вот его возможность съехать с темы: притвориться, что он только об этом и хотел попросить, в последний раз переброситься шуткой с этой милой и веселой женщиной с великолепным декольте, потом развернуться, дойти до номера и подготовиться к суровым выходным… Ну, если глядеть под таким углом, то, может, не такое уж и безумие.

– Вы… вы, случайно, не свободны на этих выходных, нет? Ваша сестра надолго в городе?

Теперь пути назад нет.

– Она уезжает завтра, после присяги. А я работаю в субботу. У меня мероприятие в…

– В субботу днем работаете, а что насчет субботнего вечера? И… пятничного?