Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
Написать рецензию
  • countymayo
    countymayo
    Оценка:
    114

    Одного молодого журналиста, не чуждого оппозиционности и донжуанства, ушли из редакции. Он не нашёл ничего лучшего, как пойти в школу словесником. Многообразные злоключения его на личном и общественном фронте составляют костяк "Работы над ошибками". В аннотации указано, что это нарушилась преемственность поколений. Боже правый, да она цветёт! И фрондируют исподтишка, и фигу в кармане крутят, и доносы пишут в качестве ultima ratio: точь-в-точь папаши-мамаши. Но ведь и требуют к себе снисхождения как к детям! "Работа над ошибками" была бы стандартной недоперепублицистикой, если бы не потерянная книга Николая Ивановича Пустырёва, погибшего на фронте, и гордый девиз старшеклассников: "Рукописи не горят".

    В повести чиновный родитель упрекает Андрея Михайловича: у вас мышление фельетониста. Этот укор можно бы адресовать и самому Юрию Полякову. Да, "Работа над ошибками" - не более чем злободневная поделка, много теряющая с уходом злобы дня. Но какая это искусная, боевитая, бодрая поделка! До чего привлекательны её мелкие детали!

    И ворона с победитовым клювом...
    И "Не от трудной личной жизни вздыхает учитель, а от безграмотности учащихся".
    И пишущая машинка-"электродрянь".
    И свежераспустившиеся листочки, похожие на новенькие «трехрублевки»...
    И малярная кисть, похожая на выросший до неприличных размеров помазок...
    И хорошенькая девочка-«бройлер»...
    И училка по прозвищу Гиря, называющая мужа "чулидой", а сынулю - Пушочком.
    И уничижительное, самоедское настроение, в каком древние выходили на большую дорогу, хватали первого попавшегося прокажённого и с упоением омывали его гноящиеся язвы…
    И слабенькая, очень капризная дочка от первого, познавательного брака...
    И "На платформе последнего мальчишку ещё отдирали от нагана, который сжимает в руке бронзовый матрос".
    И "Абсолютной тишины на уроке не бывает, как не бывает в природе абсолютного вакуума: все равно по классу блуждают молекулы шепотов, вздохов, хихиканий…" [Это у Стругацких было, не раз пародировалось: бесшумных засад не бывает].
    И "У него, как у многих детей из хороших семей, случались приступы самостоятельности".
    И специально уполномоченные римские богини: Итердука и Домидука: первая сопровождала детей на занятия, вторая приводила их домой.

    Shiloh ! Спасибо вам за этот флэшмобный совет, пахнущий свежей типографской краской журнала "Юность". С вашей помощью заинтересовалась я советской школьной литературой, которую можно назвать зеркалом... ну пусть не революции - эволюции. "Альтист Данилов", о котором я недавно писала - это дух последних брежневских лет. "Работа над ошибками" - сама перестройка с демократией и гласностью, с тем, что нам обещали и тем, что мы получили.
    А на черта им отлично учиться, если жестянщик автосервиса может кандидата наук садовником нанять?! На черта им учиться, если они в седьмом классе уже знают, что есть институты, куда поступают только по праву рождения, что престижная работа все равно достанется аристократенку, будь он хоть трижды заторможенным! А раз так, зачем уважать учителя? Гораздо интереснее двинуть ему в торец и наблюдать, как мы тут засуетимся!
    Что изменилось? Что?!

    Читать полностью
  • nad1204
    nad1204
    Оценка:
    43

    Хорошая ровная повесть о школе 80-х годов. О взаимоотношениях педагогов и учеников, педагогов и родителей, родителей и детей. Есть конфликты, но вот остроты не хватает! Да и незаконченные они какие-то. А вот взаимопонимания почти нет. Или это я не увидела? Но нет, все же я права! Андрей Петрушов — случайный человек в школе. Он учитель по образованию, но вот никак ни по призванию! И он сам это понимает. Нет, он не хуже других учителей, во многом даже лучше. По крайней мере, Петрушов видит свои ошибки, ошибки коллег и друзей, пытается найти общий язык с ребятами, пытается убеждать, а не действовать силой. Все это хорошо, но недостаточно.

    Так что, если вы любите читать о школе (подчеркиваю: о доперестроечной школе!), то книга вам понравится. Но особых страстей, ярких героев, динамичного сюжета не ждите. Просто повесть о школе.

    Читать полностью
  • satanakoga
    satanakoga
    Оценка:
    23

    Вторая книга у Полякова. А он, оказывается, не пошлый и не циничный (разве что слегка), и так может, и сяк, и на фортепьянах, и везде, где скажу (с). Слегка побитому личной и общественной жизнью журналисту Петрушову предлагают поработать в школе, а он и соглашается. Конечно, никакого пламенного призвания здесь нет, как нет и настоящей заинтересованности в деле и людях - так, лёгкий интерес, слегка брезгливое внимание, почти равнодушное фиксирование: "Иванов прогулял, Петров влюбился, Сидорова строит глазки, завуч - дура, директор - молоток". Сам же Петрушов - человек со стороны, личность временная и зыбкая. Зачем вникать, зачем привязываться, зачем жить чужими жизнями, если и со своей толком не разобрался?
    Дрейф в тихой, по сравнению с редакционной работой, гавани школы помогает главному герою разобраться в себе, провести инвентаризацию, списать ненужный хлам, выписать самому себе штрафы за упущенное и загубленное.

    Как бы там ни было, а неспешные рефлексии Петрушова на фоне школьных бурлений читать интересно.
    Хотя вот кульминация - драка ученика и учителя - точка невозврата, позор, полная потеря авторитета учителя - меня позабавила. Может быть, так бывает в идеальном мире со сферическими учителями и вакуумными учениками. У нас вот учительница по русской литературе у мальчиков жвачку изо рта пальцами вынимала, а однажды открыла одним учеником дверь, а он в неё стулом швырнул. И ничего, практически без скандала обошлось - родители ещё хвалили, мол, наконец-то кто-то нашего оболтуса на место поставил!
    Но это лирика. У меня похлеще история есть.

    Встретилась мне на одном семейном застолье поэтесса
    (масштаба
    "Раз пропали депозиты
    В перестройку паразиты
    наши вклады умыкнули
    А на СССР свернули!")
    В прошлом поэтесса педагог.
    Поэтесса рассказала эту леденящую кровь историю, которой она, впрочем, страшно гордится.
    История о том, что у неё в классе был непослушный мальчик, который любил скрипеть партой. Урок идёт,а он как скрипнет, гадёныш, сил нету. Ну, поэтессе это как-то раз надоело, она подкралась к маленькому негодяю сзади и долбанула ему по шее ребром ладони. Видали, говорит нам, какая она у меня? Я, говорит, без всякого молотка балконную дверь заколачиваю, когда надо, так что огого! Вот сила была! Гадёныш не растерялся и подстерёг её после уроков, но она не растерялась и ещё раз как долбанёт.

    И что вы думаете? Стенка на стенку? Цепи, ломики, колония, прости меня, мама, хорошего сына, твой сын не такой, как был вчерааа? Фигу. В люди выбился - перестал шалить на уроках, вскружил голову тихой отличнице, а потом и вовсе вознёсся на сияющую вершину личностного роста - стал краснодеревщиком. А всё почему, говорит? Потому что получил, когда надо было. Это у поэтессы не единственный повод для гордости, она также вывела в люди и таксисты жутко чумазого мальчика, который не желал умываться, приходилось его по щекам хлестать. "Приходит такой красный, но зато ведь чистый!" Вот-вот, говорит бабушка мужа, я-то никогда никого не била из учеников. А почему? Трусиха была!

    Я, конечно, нелепо сдетонировала и задвинула пламенную речь про вон из профессии ("Хворостина! Мокрая! Вот чего не хватает молодёжи"), как так можно ("а что такого?"), а если бы вашего ребёнка чужая тётка так("а мои воспитанные!") и т.д.
    Ничего не смогла доказать, она и вправду горда собой. Бережёт эту историю у сердца, завещает её своим(воспитанным) внукам или даже правнукам

    А книга всё равно хорошая, стоит прочесть.

    Читать полностью
  • Imbir
    Imbir
    Оценка:
    21

    Молодой журналист волей случая оказывается в школе, где ему приходится сеять доброе, светлое, вечное… Время происходящего - 80-е прошлого века. Найти общий язык новому педагогу с подопечными девятиклассниками очень хочется, но не всегда можется. Кажется, если поменять антураж, общую внешнюю картинку – мы окажется в школе нынешней. Дети и учителя, учителя и дети – не простой, особенный мир. Для каждого ведь школа остается своей - для кого-то любимой, для кого-то ненавистной, кого-то из учителей помнишь годами, кого-то вспоминаешь с содроганием, а о ком-то всегда рассказываешь с доброй улыбкой.

    Погружение в школьную атмосферу, своеобразный авторский стиль, мягко приправленный хорошим юмором, позитивно-светлое окончание повести – удовольствие гарантировано.

    Читать полностью
  • margo000
    margo000
    Оценка:
    20

    (никак не могла найти нужную мне обложку - или здесь только один вариант вбит?)

    Люблю, очень люблю!
    Увлекательная и очень полезная для педагогов вещь, расказанная от лица журналиста, волею судеб попавшего - свят-свят-свят - в советскую школу 80-х.
    Перечитаю, обязательно перечитаю!

Другие книги подборки «15 книг об учителях»